Бессердечный принц. Смута

Глава 8. Влад

Запах лекарств, надоедливый писк аппаратов, снующий туда-сюда персонал и раздраженные нянечки-чертовки с тележками.

Места хуже, чем наш ведомственный госпиталь, места не придумать. Не здесь я хотел провести последние три часа, слоняясь из кабинета в кабинет за многочисленными справками, анализами и посещая процедуры.

Каким образом моей трещине в кости помогала физиотерапия?

«Назначили — иди. Поноете потом, генерал-майор», — сказал главный лекарь, когда подписывал мое направление.

Теперь я стоял в ожидании очередного анализа, который мне сделали час назад. Попутно я пытался придумать, что такого купить на ужин. Не заставлять же Катю готовить, а напрягать бабу Яну не хотелось.

Сыпанет какие-нибудь детозачатные травки в тарелку борща, и добро пожаловать в храм.

— Сука, курить хочу.

Пару раз я встретился зудящим затылком с шершавой стеной. Ее унылый цвет детской неожиданности вгонял в депрессию, а от многочисленных плакатов с последствиями венерических и не только заболеваний хотелось повеситься. Прямо здесь. Посреди переполненного коридора, по которому изредка проносились то лекари, то медсестры, то недовольные жизнью и законами вселенной уборщицы-домовихи.

— Че встали тутачки? Ноги раздвигай, служака! — гаркнул одна такая на молодого офицера, который испуганно распахнул глаза. — Чего барабульки вылупил, как немая рыбеха? Быстро вон тудысь! Да не тудысь, а тудысь, — она махнула тряпкой едва ли не в конец очереди и забухтела под нос: — Встанут посреди дороги, нормальным нелюдям работать мешают…

Бедолага заметался, из-за чего едва не выронил градусник. Кто-то из парней вовремя остановил его и шикнул, чтобы спрятался за кадку со здоровенной пальмой. Иначе так бы и скакал с места на место, пока домовиха гоняла его сослуживцев.

— Комиссию, что ли, проходят?

Я покосился на пожилого мужчину. По выправке — какой-то вояка в отставке. Пришел, как и всегда, сдавать кровь и проверять легкие для поездки в санаторий. Если судить по листку с длинным списком назначенных врачей, который он задумчиво мял в руке.

— Рановато, — лениво брякнул я. — Весенний призыв нескоро, а наших и ведомства гоняют обычно к маю.

— Сборы, — крякнул стоящий рядом волколак, не поднимая взгляда от экрана смартфона. — Сейчас всех будут муштровать. Его императорское величество издал указ, чтобы все резервы прошли медкомиссию и съездили по разочку на учения.

М-м-м, ясно.

Я все пропустил, пока занимался государственными делами. Стоило бы почаще открывать новости и смотреть, что там творилось в стране. Хотя для этого мне не обязательно читать желтушные статейки, достаточно запросить дела за последние полгода. Там всякого интересного на неделю чтения нашлось бы.

Я вздохнул, прикрыл глаза и тут же вздрогнул, когда услышал громкий голос. Только звучал он не от кого-то из толпы, а из телефона, по которому говорил бредущий по коридору Василий Шумский.

— Таки шо я не знаю, чем тебя кормит твоя кладбищенская поганка?! Мамочка, зачем тебя такого красивого растила? Шобы эта вобла с лопатой тебя угробила гастритом, раком желудка и генно-модифицированными пельменями?!

— Мам, как у тебя одно вытекает из другого?

Я протянул руку, и Вася на автомате схватил ее. Замерев у кабинета, диакон проигнорировал насмешливые взоры стоящих неподалеку ребят. Ему не было дело до того, как он выглядит перед взрослыми мужиками, пока его по телефону отчитывала мать, Иуда Авраамовна.

Только тут я понял, что Вася не в привычной рясе духовного лица, а в обычной одежде. В джинсах, тонком свитере, а поверх него — белый халат. В руке он держал пакет с какими-то гостинцами и периодически им помахивал.

При этом игнорировал недовольное ворчание уборщицы.

Впрочем… Мог и не слышать.

Заговоренные беруши, которые снижали давление на перепонку, помогали ему не сойти с ума от шума вокруг. С даром звуковика, помноженным на хаос, жить в современном городе тяжело. Неудивительно, что они с Кристиной не любили приезжать в столицу из Урюпинска.

— Сыночка, мама лучше знает, как тебя воспитывать! Ты хумус взял в клинику? — закончила с отчитыванием Иуда Авраамовна.

— Взял, взял. Мам, тут Влад. Я пошёл.

— Владик? Скажи Владику, шо тетя Иуда переедает ему привет!

— Здравствуйте, Иуда Авраамовна, — я вежливо откликнулся, когда Вася поднес к моему лицу смартфон. — Как там капитан Лисин? Как остальные?

— Тю, та шо у нас будет твоему Лисину? Кражу салфеток из ресторана на Пыхтино расследует. Говорят, демоненок какой-то начудил. А Олежка со Станкой первенца родили… Слышал, Васечка? Первенца! А мамочке, когда благую весть принесешь? К похоронам или сорока дням? — вновь завелась Иуда Авраамовна, и диакон вздохнул.

— Пока, мам. Мне пора.

— Что? Вася! Василий, не смей бросать тру…

Разговор прервался, стоящие мужики сочувствующе зароптали и без прежнего ехидства косились на Васю. Пожав плечами, тот сунул телефон в задний карман, поудобнее перехватил пакет и пробормотал:

— Мамы такие мамы.