Бессмертные связи

Глава 6

Я сидела на диване, сжимая в руках чашку чая, который давно остыл. Комната тонула в полутьме — я забыла включить свет, но мне было всё равно. Единственный звук, что наполнял пространство, — тихое потрескивание радиоприёмника, который, казалось, пытался настроиться на волну моего хаотичного состояния.

Почему я всё время думаю о нём? Почему каждый его взгляд, каждое движение прочно застряли в моих мыслях?

Я сделала глоток чая и поморщилась. Холодный, как лёд, и такой же безвкусный. Это напомнило мне, как Остин однажды с явным отвращением посмотрел на мой кофе, тихо бросив, что "не понимает, как люди могут пить это без жизни".

"Без жизни". Странный выбор слов.

Я усмехнулась. Может, мне просто нравится придумывать значения там, где их нет. Или, может, во всём этом действительно есть что-то, чего я не понимаю.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

— Кто ещё там? — пробормотала я, вставая.

Подойдя к двери, я посмотрела в глазок. Конечно, это был он. Как будто моих мыслей было недостаточно, чтобы он материализовался прямо на пороге.

Я открыла дверь.

— Ты всегда так громко стучишь, или это особый стиль? — спросила я, скрестив руки на груди.

Остин стоял в своём неизменном чёрном пальто. Он выглядел абсолютно собранным, как всегда, но в его глазах было что-то необычное — взгляд, который будто видел меня насквозь.

— Это чтобы ты точно услышала. Могу уйти, если я не вовремя.

— Уже поздно. Ты здесь, так что заходи.

Он переступил порог, и с ним будто пришёл лёгкий холодок. Я закрыла дверь и посмотрела на него.

— Что-то случилось?

— Просто решил проверить, как ты. Ты вроде как сама на себя не похожа.

Я прищурилась, пытаясь понять, это было сочувствие или привычная для него беспечность.

— Я в полном порядке, спасибо за беспокойство, мистер заботливый.

— Ты и сарказм. Вот что в тебе неизменно.

— А ты и твоя холодная выдержка, — парировала я, проходя обратно в комнату.

Он огляделся, будто проверял, нет ли здесь чего-то необычного. Его движения были, как всегда, странно грациозными, почти нечеловеческими. Мне вдруг стало интересно, сколько раз я видела эти жесты, не придавая значения, и сколько из них было ненормально идеальными.

— Ты серьёзно в порядке? — его голос прервал мои мысли.

— Более-менее. Просто всё слишком... много всего сразу, — призналась я, опустив глаза.

Он присел напротив меня, слегка наклонив голову.

— Это из-за медальона? Или...

— Или? — я подняла бровь.

— Или из-за меня, — сказал он тихо, но в его тоне не было ни вызова, ни насмешки.

Я сглотнула, но быстро взяла себя в руки.

— Конечно, из-за медальона.

— Хорошо, — он кивнул, и его губы тронула лёгкая улыбка.

Мы сидели молча, но мне показалось, что эта тишина была куда громче, чем все наши разговоры до этого. Я чувствовала его присутствие так остро, будто в комнате стало меньше воздуха.

— Остин, — начала я, не зная, как закончить фразу.

Он посмотрел на меня, ожидая.

— Ты... Почему ты всегда такой спокойный?

— Это не спокойствие. Это просто опыт.

— Опыт чего?

Он замялся, словно подбирал слова.

— Опыт быть рядом с людьми, которые... важны, — наконец сказал он.

Я уставилась на него, пытаясь понять, правда ли это или он просто мастер в уходе от прямых ответов.

— Ты странный, — выдохнула я.

— Я знаю.

Его улыбка была одновременно мягкой и загадочной. Это раздражало и привлекало одновременно.

Я посмотрела на него, на тонкие, но сильные пальцы, которые он скрестил на коленях. На его чуть слишком светлую кожу, которая словно не знала солнца. На глаза, в которых таилась история, которую он так тщательно скрывал.

Что-то было в нём не так. Но от этой неправильности я почему-то не хотела избавиться.

— Ты странный, — повторила я, но на этот раз мои слова прозвучали мягче, почти задумчиво.

Остин чуть наклонил голову, и уголки его губ приподнялись в привычной полуулыбке, которая, казалось, знала больше, чем мне хотелось бы.

— Это странность тебя смущает? Или привлекает? — спросил он, глядя на меня так пристально, что я невольно отвела глаза.

— Ты слишком самоуверен для человека, который всё время ведёт себя так, будто наблюдает за происходящим со стороны.

— Я просто умею слушать. Это пугает людей.

— Людей? — я подняла бровь. — Удивительный выбор слов, Остин.

Он не ответил сразу, но я заметила, как его взгляд стал чуть настороженнее. Словно он понимал, что я подбираюсь ближе к чему-то, что он никогда не хотел обсуждать.

— Ты знаешь, иногда мне кажется, что ты делаешь это специально. — Я сложила руки на груди, пытаясь скрыть, как сильно меня взволновал его тон.

— Что именно?

— Подкидываешь фразы, которые кажутся случайными, но которые заставляют думать о том, кто ты на самом деле.

Остин чуть улыбнулся, но в его глазах мелькнуло что-то... опасное. Нет, не угрожающее, а скорее предостерегающее.

— А кто я, по-твоему? — Его голос стал тише, почти шёпотом.

— Не знаю, — призналась я. — Но что-то мне подсказывает, что это не совсем тот, кем ты хочешь казаться.

Он медленно встал и подошёл к окну. Движения его были, как всегда, плавными, как у хищника, и я снова подумала о том, насколько он... неестественно грациозен.

— Знаешь, Сара, есть вещи, которые лучше оставлять в тени. — Он говорил, не поворачиваясь ко мне, глядя на улицу, где редкие фонари бросали слабый свет на мокрый асфальт.

— И это ты называешь «умением слушать»? Ты скрываешь больше, чем рассказываешь, Остин.

Он резко повернулся, и в его глазах на секунду мелькнуло что-то тёмное, глубокое, будто бездна.

— А ты хочешь узнать всё? Даже если это изменит то, как ты на меня смотришь?

Я замерла. Его вопрос звучал как вызов, но в нём была и другая нота — почти как предупреждение.

— Может быть, — ответила я, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее. — Может, я уже догадываюсь.