Бессмертный Легионер

Глава 4. Посвящение

«Ржание коней и крики вольных птиц,

Приятный скрип оси гонящих колесниц,

Летний праздник света, веселья и тепла,

Почтим же бога Кноса кубками вина.

Зрители кричали, что б браги принесли,

Почтим героев славных, Дома и их гербы.

Коварную улыбку не видели в тени,

В тёмном коридоре раздались шаги».

Первое, что услышали дети, поднявшись на трибуны, был далёкий голос оратора.

- ... собрались на празднество, посвященному богу Кносу, хранителю урожая зерна и силоса. Первыми перед вами предстанут лучшие наездники Рима и ближайших земель! Они проявят свою удаль и смелость в гонках на колесницах!!!

Первыми зааплодировали трибуна сенаторов. К ним присоединились римляне, а через несколько секунд всё здание Большого Цирка наполнилось восторженными криками. Наконец-то пробившись сквозь толпу случайных зрителей, Сиена и Сабо застыли около края трибуны. Перед ними открылась удивительная картина.

Сейчас Сабо оценил настоящие масштабы сооружения. Размер самого поля для выступающих был 400 метров в длину и 150 в ширину. Овальная форма, каменные стены, поднимающиеся на высоту пяти метров. Далее начинались места для просмотра зрелища. С трибуны было видно несколько тысяч людей, все зрительские места были заняты. Кто-то сидел, кто-то стоял, но все без исключения были одеты нарядно или хотя бы держали цветные ленты, активно размахивая ими. Если приглядеться, то на лицах каждого можно было рассмотреть необъяснимую радость и ожидание.

Трибуны влиятельных семей, были накрыты навесами от солнца, там нашлось место столикам для закусок и креслам для более комфортного времяпровождения. Их места дополнительно украшали длинные куски материи, обозначавших принадлежность к определённому Дому. Они свисали на несколько метров вниз, красиво сочетаясь с темным деревом и светлым камнем. Если вглядеться вглубь трибун сенаторов, то можно рассмотреть их праздничные робы, веера и отличительные нашивки, указывающие на ранг в Сенате. От буйства красок и гомона восторженных людей Сиена и Сабо не сразу пришли в себя.

Тэб успел объяснить им кое-что об этом месте, перед тем, как отпустить. Здесь, в здании Большого Цирка, находился самый большой ипподром, вмещающий до 12 колесниц одновременно. Но он стал местом проведения праздника ещё и потому, что здесь, по словам Ромула, был обнаружен алтарь бога Кноса. Хоть он и был под землёй, спуститься к нему можно было, пройдя по узким извилинам небольших пещер.

На самой же арене уже вовсю разворачивались первое состязание. Колесницы выезжали одна за одной из темных провалов ворот и делали круг по всей немаленькой арене. Они давали всем зрителям возможность насладиться видом жеребцов, которых специально украсили для праздника лентами. Сами колесницы тоже были празднично оформлены, на борта «коляски» были прикреплены целые букеты цветов.

Наездники выстроились перед линией старта рядом с местом, где расположился царь Ромул. Это был один из немногих моментов, когда правитель появлялся на публике. Многие искренне верующие в Величие Рима, были рады этой возможности увидеть его.

Вскоре Сабо с удивлением понял, что среди десяти представленных наездников, одно лицо ему знакомо. Бородач, что недавно удивил его своими навыками дуэлянта, вновь был в центре внимания. Только уже всеобщего. Воин сорвал один из букетиков белых цветов и что-то прокричал в сторону одной из трибун, где собрались сенаторы. Проследив за его взглядом, мальчик нашёл, кого искал.

Девушка, сражавшаяся против него. Сейчас она сменила броню на светлую тунику. В ответ на внимание мужчины, она резко развернулась и села в плетеное кресло. Как и думал Сабо, они не лучшие друзья. На их трибуне красовался флаг дома Ларции, одного из влиятельнейших Домов. От их семьи в Сенате выступает Аврелий Ларций, являвшийся по совместительству главой их Дома. Скорее всего, это тот почтенный старец в бело-золотой тоге, который склонил голову и что-то втолковывал девушке. И да, тога была именно с золотом. Семья Ларции известна тем, что выставляет своё богатство на показ.

- Смотри, тот мужчина, с россыпью белых цветов и красными лентами. Сегодня я видел его сражающимся. Он сильный боец, - Сабо проинформировал обычно безразличную Сиену, которая, к его удивлению, в этот раз внимательно слушала.

- Его зовут Клаус Юний. В прошлом командир небольшого отряда наёмников и глава своего дома. Скорее всего ты не слышал о нём раньше. Его возлюбленную зовут Милена Ларции, ради неё он сегодня лично участвует в гонке. Известная особа и завидная невеста, - сказал высокий римлянин в серой тоге, стоящий рядом.

Парень подозрительно покосился на неожиданного собеседника. Сабо мог поклясться, что пару секунд назад рядом никого похожего не было, он бы заметил. Одежда из дорогой ткани, идеальная осанка, здоровый цвет кожи и холодный взгляд серых глаз. Короткий ежик чёрных волос. Мужчина выделялся на фоне остальных. Бедняки, которые составляли основу этого сектора трибун, потихонечку отходили от него, боясь запачкать его одежду. Они понимали, что в случае конфликта накажут, скорее всего, менее обеспеченных граждан.

Сейчас бедный, только-только встающий на ноги Рим сам не следовал своим же законам, потакая богачам сверх меры. Проблема финансов стояла острым углом с самого основания города. Основным населением Рима были бедняки или рабы, которых привлекло гражданство и видимость порядка в Риме. Однако вскоре беглые невольники возвращались в кандалы из-за долгов или скверного характера. Многие разорившиеся фермеры и прочий люд не мог улучшить свою жизнь и здесь, продолжая влачить жалкое существование, но уже как граждане расхваленного на всю Италию и Грецию города-государства.

- Спасибо за ответ на мой невысказанный вопрос, господин. Мне важно было знать имя такого хорошего воина, как уважаемый Клаус Юний.

- Не очень-то и хорошего, - собеседник усмехнулся, - О, кажется, начинается.

Все, кто до этого прислушивались не к речи глашатая, а к странному диалогу между мужчиной и ребенком, повернулись в сторону арены. Ромул завершил краткое обращение к выступающим и бросил платок. Когда ткань достигнет земли, гонка начнётся.