Без границ

Часть I: Чё за хрень здесь происходит?

Солнечно. Жарко. Потно, мать его за ногу! Я люблю лето, но не жару, когда на улице асфальт плавится. Тут не то, что выходить из дому не хочется, даже сил на включение кондишина нет. Уже, между прочим, неделю назад гавкнущего. Ибо температура +39 для него зло! Ни мороженого, ни кондиционера и уж тем более никакого спада температуры. Лежать головой в морозилке можно как вариант, но холодильник не вечен, как и нервы матери. Которая, кстати говоря, швырнула в меня скомканное полотенце, чтоб отогнать от "спасения человечества в жару". И только я зашел в кухню, из которой сбежал минутой ранее, чтоб вернуть это самое полотенце, как тут же потерял челюсть. Место в морозилке заняла маман. Моя мама, ростом меньше, чем я, на 10 см. И если для меня это всего ничего, то для мамы это удар, как она выражается, "хук слева, и я лежу пластом!". Мне, чтобы засунуть голову в морозилку, пришлось нагибаться, а для мамы в этом не было необходимости.

      — Так вот для чего ты требовала холодильник под свой рост! — обличительно ткнув в мать, проорал я.

      Мама от испуга, что её засекли за этим делом, не иначе, подпрыгнула на месте. А так как голова была всё ещё в морозилке, она таки стукнулась. Выбравшись из спасительного холода и посмотрев на меня, прекрасного, злым, испепеляющим взглядом, мама прошерстила глазами содержимое кухни. Глаза остановились на кухонных ножах.

      — Э, нет! Так дело не пойдёт! — стремительно делаю разворот и сбегаю от праведного гнева любимой матушки. — Ты же не убьёшь любимого и главное ЕДИНСТВЕННОГО сына? Так ведь? — кричал я, убегая на сверхзвуковой скорости.

      — Поживём - увидим, доживём - узнаем, выживем - запомним! — донеслось мне в спину, подозрительно близко!

      Походу, несмотря на то что мне 21, а моей маме 53, она спортсменам даст фору! Ибо меня догнали!

      — Да у тебя сверхсветовая скорость! Как так можно! — я, конечно, не жалуюсь, но это, блин, обидно.

      Такого "лося" как я, тоже выражение матери, мать и обогнала, при этом повалив на пол. С учётом разницы весовых категорий, возраста и пола! И кто там говорил, что женщины хрупки и вообще слабый пол? Пускай он молчит, пока его моя мама не вычислила!

      — А кем, по-твоему, является твоя мать? — нервно сдувая со лба выбившуюся прядь, во время забега, пафосно и вальяжно спросила она.

      — 4 года подряд — чемпионка по бегу с препятствиями, а нынче — тренер, — загружено нахмурившись, ответил я.

      — То-то же! — мама щёлкнула меня по носу и ушла на кухню.

      Ну и фиг там! А я — писатель! И горжусь этим. Правда, я ещё и анимешник, но вот чего-чего, а этого мама не переживёт. Потому я и помалкиваю. Она еле смирилась с тем, что я стал писателем, а не как она спортсменом. Сколько истерик было. Ммм. Но мы договорились на том, что, несмотря на то что я писатель, я обязан не забывать про спорт. За этим правилом тщательно бдит мама. Чтоб я "не порос мхом". 

      Пока я предавался раздумьям, мама успела раньше меня схватить мой разрывающийся на все лады мобильный.

      — Да, слушаю! — ответила она на вызов. — Да, он рядом. Даю трубку. Это твой неадекватный друг, — прошептала мама, отдавая мобилку.

      — Алло. Чего хотел? — тут же включившись в разговор, я забил на всё. Ведь друг-анимешник это хорошо, а если он ещё и живёт под боком, то вообще прекрасно!

      — Хэй! Привет любителю странных диковинок! — прокричали на том конце.

      — Просил же меня так не называть, — пробурчал себе под нос. — Привет, Дима!

      — Мы тут фигнюку странную откопали, пока готовили летний лагерь по-японски. Решили звякнуть тебе, ведь это точно по твоей части, — настороженно выдал мой друг, сразу переходя к делу. Не любит он рассусоливания и расшаркивания вокруг да около.

      — Где вы? Точные координаты, пожалуйста, а не как прошлый раз "мы где-то возле сосны, в сосновом лесу!" — я сразу перешел в наступление.

      — Окей-окей! Не кипятись, аки чайник, — стыбрил мою фразочку и радуется, гадёныш. — Мы возле той самой сосны в сосновом лесу!

      Прежде, чем вырубить связь, я услышал чуть-ли не загробный смех. Вот сволочь, стебётся, к гадалке не ходи. Ну и хрен там, мы уже прохаванные люди, а потому...

      — Мам, я ушёл. Вернусь под вечер, — предупредил на всякий случай.

      В ответ мне из кухни донеслось радостное "угусь!". Это был последний раз, когда я говорил маме, что вернусь вечером, последний разговор с другом, и это был мой последний день на Земле.

      Нет, я не подох! Обломитесь все! Меня просто закинуло в Ван Пис! И как закинуло! Ну это уже другая история...



Роза Александрит

Отредактировано: 07.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться