Без короны. Ветер перемен

Глава 6.

***

Аннабет шумно выдохнула, останавливаясь возле кованых ворот Храма. Неожиданно появилось чувство смущение. Ее желание прийти сюда была буквально магической, но возможности все не было. И дело было не только в госпитале на территории церкви. Все из-за обещания. . Та жрица стояла перед глазами все свободное время, и избавиться от этого странного наваждения не получалось. Сначала Аннабет списывала все на страх перед болезнью отца – бессонные ночи перед лекарской книгой и постоянное помешивания новых лекарств не давали толком сконцентрироваться, а навязчивые мысли с просьбой о помощи все чаще посещали голову. То приглашение и расположение манили, а царство спокойствия и уверенности привлекали сильнее теплой постели. Но времени на это не было: приготовления отваров, занятия, дела по дому, скандалы с отцом с просьбой поберечь здоровья, о посещении храма можно было только мечтать. Даже продукты в это время покупались в небольшом рынке в деревне, а не в городе, как это делал обычно Чарльз. И вот сейчас она здесь. От желания зайти внутрь буквально чесались ступни. Казалось, даже сам ветер подталкивал за огражденную территорию, развивая плащ и мешая обзору от навалившегося капюшона.

Преодолев смущение, Ларей  перехватила мешок с продуктами – которые до этого купила на рынке -  на другую руку и зашла на территорию. Магическое нутро, что находилось в полудреме, мгновенно отозвалось на светлую силу, которой была пропитана земля. Это было похоже на удар рукояткой меча в солнечное сплетение, но бьющее изнутри. Дыхание перехватило, в ушах появился монотонный звон. Пришлось остановиться, чтобы привыкнуть к новым ощущениям. Энергия, что так редко давала о себе знать, теплом разбегалась по телу, изгоняя все мысли, эмоции, оставляя странную легкую пустоту и потоки, что пульсировали по току крови.

Спустя какое-то время стало легче. Будто магия осознала, что девушка не может так много принять в себя за раз. Неподготовленный сосуд грозил разбиться от столь яркой силы, а давно забытые ощущения выбили из колеи. Появилось детское желание убежать. Испуг был иррациональным, но появилось чувство, будто кто-то мог увидеть, как потоки земли становятся частью ее собственных и поймут, что она маг. Девушка пару раз осторожно обернулась, чтобы убедиться, что не привлекла чужого внимания. Но людям было все равно – все шли своей дорогой, будто не замечая одиноко стоящей девушкой перед главным входом в храм Создателя. А может, в этом месте это обыденность?

Аннабет поджала губы, с силой прикусывая их. От собственной слабости стало тошно. Будто загнанный зверь, который настолько долго бежал от охотников, что начал бегать по кругу. Чего она боится? Неприятные чувства исчезли буквально через мгновенье после этого вопроса. Это было довольно странно, но акцентировать на этом внимания сейчас не хотелось – возвращения ощущения покоя придали сил, и Ларей решительно зашагала вперед, толкая деревянные створчатые двери.

Странный звук, похожий на затяжную песню, отражался от высоких стен, проникая в сознания, минуя при этом уши. Не было источника или следов заклинания, и это было удивительно. Опальная принцесса была в подобном месте лишь в далеком детстве, когда еще отец держал ее на руках, во время обрядов, дедушка трепал ее волосы, а мама представляла ее Создателю, благословляя маленькую девочку из рода Ларей. Эти воспоминания были такими далекими, что сейчас казались прекрасным сном. Мама говорила, что ее принцесса рождена, чтобы стать счастливой. Сейчас счастье - это спокойно идущие дни и здоровый отец, чьи морщины разглаживаются из-за минут спокойствия. Это ли она имела в виду? Не столь важно. Но теплые воспоминания о семье все мелькали и мелькали перед глазами – их осталось не так много, в основном образы и голоса, искаженные толстыми стенами времени. Она не помнила лица матери, не говоря уже о других членах семьи, но ее нежность и теплые ладони грели даже сейчас.

Аннабет всегда думала, что стены храма украшены лепниной, красочными рисунками, позолоченными колонами. Но ничего подобного не было. Гладкие белые стены с серебристыми ветвистыми рисунками, напоминающие голое дерево. Они были ненавязчивы, появляясь только в отблеске магических камней, что были зажжены в огромной люстре. Длинные скамейки без спинок стояли рядами, разделенные небольшим коридором, ведущий к статуе, с белой ковровой дорожкой. Статуя, символизирующая Создателя, была из того же белого камня, что и храм – ноги обуты в сандалии, плащ, с накинутым на голову капюшоном, не скрывали крупную фигуру. Руки мужчины были направлены в стороны входа, приглашая посетителей в свою обитель. Говорят, Он жил отшельником, переходя из страны в страну, и просвещая народ. Даже ходят легенды, что именно он выбирал семьи, что стали править будущими королевствами, следуя Его заветам. И пусть в некоторых государствах власть давно или недавно поменялась, вера в красивую сказку все еще жива среди народа. На удивление, перед скульптурой не было сотен свечей или цветов. Такой минимализм был удивительно уютен, без лишнего фарса или криков о вере.

Несколько жрецов ходили по залу, негромко переговариваясь между собой. Никто не читал молитв и не произносил громких речей – за это Ларей была благодарна. Подобные мессы пусть и выглядят величественно, но пугают из-за собственной необразованности.

- И опять ты стоишь в дверях. Не бойся, тебя здесь не обидят, - знакомый женский голос вырвал из оцепенения, но в этот раз не пугал. Она посмотрела в зеленые глаза, отступая назад, будто было что-то постыдное в ее нынешнем положении. Женщина была одета в нежно голубую рясу, похожую на ту, что видела девушка в их первую встречу, но с серебряными нитями на рукавах и подоле. Простота шла жрице, подчеркивая внутреннее свечение незнакомки.

- Извините, я… - Аннабет неловко сняла капюшон, пряча мешок под тканью плаща. Слова застыли где-то в горле, и появилась сухость во рту.