Без названия [9]

Глава 3. Макс

В замочной скважине послышался звук поворота ключа. Она вернулась.

Я резко вырубил телефон и положил его на комод, прикинувшись, что сплю. Был слышен шум, который возник из-за снятия верхней одежды. Я лежал, глаза были закрыты, дыхание старался выровнить.

– Макс, спишь? – тихо спросила девушка, зайдя в комнату. Но ответа не последовало, я молчал.

Не знаю, зачем прикидываюсь, зачем нервирую её и заставляю чувствовать себя виноватой за поздний приход, но почему-то продолжаю это делать.

Ната включила настольную лампу на своей тумбе. Тишина, заполнившая комнату, успокаивала. Слыша тихое дыхание, которое в осеннее время становилось громче из-за все время заложенного носа, чувствовал себя полным мудаком. Коим, скорее всего, и был, но понять себя не мог. Пока она стояла за моей спиной, я смотрел на её отражение в зеркале. Прямая талия и узкие бедра виднелись на стекле. Пряди прикрывали спину от точечных взглядов, тощие руки медленно и аккуратно, чтобы не шуметь, снимали одежду.

Ната была красивой, она знала это и никогда даже не жаловалась на какой-либо изъян. Всегда говорила себе «красотка», смотрясь в зеркало. И за это любил её сильнее. Потому что она сама любила себя. Я был согласен с любым комплиментом.

***

От ужасной духоты в летний сезон я прятался и спасался на балконе у открытого окна. Мы с Натой обустроили себе здесь небольшую релакс зону, так и не выходим почти теперь. Жизнь на десятом этаже с солнечной стороной имеет свои минусы в жаркие дни. Жаль, кондиционеры хозяйка устанавливать не разрешает. Спасаемся, как можем.

– Макс! – позвала из комнаты. Выкинув окурок в уже переполненную пепельницу, я зашел в комнату.

– Это или это? – девушка держала в руке черный, легкий сарафан и коричневое коктейльное платье.

– Мне кажется, сарафан лучше, – заключил я, сев на кровать.

Ната крутилась перед зеркалом, прикладывая то одно, то другое. Я, честно, был рад любому выбору. В целом она собиралась довольно быстро, несмотря на все стереотипы о девушках, но Ахиллесова пята Наты – выбор наряда на выход. На этом этапе она застревала.

– Мне идут оба...

– Согласен, – я встал и подошел, обняв девушку со спины, – ты хороша во всем.

– И без всего, – она звонко засмеялась.

– Это бесспорно!

– Какая же красота тебе досталась, – Ната не отрывала взгляда от нашего отражения.

– Мне достался самый яркий лучик! – в ответ она поцеловала меня.

– Точно!

***

Иногда, вспоминая прошлое, я не могу найти тот день, момент, когда все переломилось. Скорее всего, это дело не одного дня, но кажется, что мы быстро и резко отдалились друг от друга, за мгновенье. И вина лежит не на ком-то одном, а на обоих. Только Ната и я продолжаем делать вид, что все нормально.

Она вышла из комнаты и зашла в ванную. Слушал звук воды, перевернувшись на спину. Я уверен, Ната не просто так пошла сегодня в кино от нечего делать или скуке по подружкам. Я излишне хорошо знаю её, она не любит спонтанные походы. По крайней мере если эти походы не касаются совместных вылазок. И раз она сегодня резко собралась в кино, значит, было сделано это не просто так. Ната злопамятна и любит мстить, если это вообще можно так назвать. Я видел, что она смотрела мою историю в сети, где мелькнули Аня и Катя. По-любому подумала, что я специально не позвал её, и не пошла в магазин. Ната всегда Ната. Возможно, не знай я об этих чертах характера Наты, действительно расстроился бы, что она не пошла со мной. Но я в курсе, поэтому не предал значения. Она зато сто процентов рассудила, какой я козел, что мне плевать: идет она или нет. Но это не так.

Дверь в ванную комнату открылась, шум от воды прекратился, щелкнул выключатель от света. Ната со шлейфом аромата ванили зашла в комнату. Надев на себя большую футболку, легла в кровать. Аккуратно, тихо, стараясь не разбудить и так не спавшего меня, она кладет голову мне на плечо, а рукой обнимает за талию. Я делаю вид, что ворочаюсь, но на самом деле обнимаю её и склоняю голову, целуя в макушку.

Я теряюсь, когда между нами то немая пустота, то нежная, тающая любовь. Это так странно и как будто обычно для пар, которые давно вместе. У нас как раз скоро годовщина. Не забыть бы...

Ната поерзала, прижимаясь сильнее. Ее горячая и изнеженная после душа кожа обжигала мою к этому времени холодную и замерзшую от открытого окна. Сейчас ощущал единство, близость, любовь и хотел, чтобы она чувствовала то же. Вероятно, так и было.

Но утром мы снова станем далеки.

У меня будильник звенит первым. Кое-как встав с постели, я вспоминаю, какой день недели, понимая, что сегодня стоит разбудить Нату и не скидывать на плохую память и не внимательность то, что я просто не подумал о ней вчера. И, если честно, не обрати она на это внимания, я бы и сегодня не подумал. У меня есть полчаса, чтобы побыть наедине с собой. Иногда этого очень не хватает, потому что вы всегда вдвоем.

Сходив в душ, я заварил кофе для себя и Наты. Ей пора вставать, чтобы не опоздать. Иначе снова Дима нагонит на неё, а вечером прожужжит мне все уши об этом она. И вроде бы послушать несложно, но не когда это тема поднимается каждый вечер. Начинает тупо раздражать, а мои показательные вздохи тут же начинают бесить её.

Зайдя в комнату, поставил на тумбу кружку кофе и осторожно потряс Нату за плечо.

– Еще пять минут, – она спряталась под одеялом.

И все-таки опоздает. Там, где у нее пять минут, у других проходит пятнадцать. Я оставил её и закрыл обратно дверь в комнату.

Предпочитаю вставать раньше, чтобы не спешить и при этом просто позалипать в телефон на кухне. Я скроллил ленту, ожидая, пока закончатся пятнадцать минут, чтобы разбудить Нату. Но она сама зашла на кухню с пустой чашкой.

– Пять минут прошли уже, ¬– с обидой в голосе она поставила кружку в раковину и повернулась.