Без права на любовь

Глава 1

Для Алисы Морган сентябрь всегда был пачкой новых, острых карандашей и чистыми листами в ежедневнике, но в этом году кто-то взял один из этих карандашей и резко, почти грубо, провёл черту, разделившую её жизнь на «до» и «после».

Сидя на истории у мистера Дэвиса, она безучастно водила пальцем по контурной карте Древнего Рима и тайком рассматривала своих одноклассников, будто они были экспонатами на новой выставке под названием «Как мы изменились после каникул».

Эшли, которая всё лето хвасталась в инстаграме поездкой в Калифорнию, сменила свои длинные тёмные волосы на каре, и теперь яростно их поправляла, словно не веря собственному отражению. Сара, бунтарка из соседнего квартала, проколола нижнюю губу. Крошечная серебряная штанга поблёскивала в лучах солнца, когда она что-то шептала соседу. А Райан, в прошлом году бывший долговязым мальчишкой, теперь выглядел совсем иначе. Результаты его тренировок стали очевидны. Его силуэт приобрёл чёткие, спортивные контуры, а появление первой щетины на подбородке довершало образ повзрослевшего юноши.

Своей внешностью Алиса никогда не озадачивалась. Длинные русые волосы, затянутые в хвост — эта причёска стала её неизменным атрибутом ещё с пятого класса. О пирсинге она и не помышляла, зная, какой гнев это вызовет у родителей. Да и на спорт у неё не было ни сил, ни времени. Всё поглощала учёба.

Её взгляд скользнул на соседнюю парту. Там, уткнувшись в телефон под партой, сидела её лучшая подруга Хлоя.

Она была полной противоположностью Алисы во всём. Если Алиса была похожа на аккуратный чертёж, где все линии чёткие и правильные, то Хлоя была яркой, немного небрежной акварель.
Её главной гордостью были волосы медового оттенка. Они были густыми и вьющимися от природы. Этим летом Хлоя осветлила несколько прядей вокруг лица, и теперь, когда она наклоняла голову над телефоном, они искрились на солнце, словно золотые нити. Взгляд её ясно-голубых глаз то и дело метался от мистера Дэвиса, который только делал вид, что не замечает, что она чатится в телефоне, и обратно возвращался к экрану под партой.

Её пальцы хаотично порхали, собирая из букв слова, а на губах играла смущённая, восторженная и немного глупая улыбка. Алиса знала, кому адресованы эти сообщения. Тому самому парню из выпускного класса, с которым Хлоя познакомилась в конце августа.

Наблюдая за подругой, Алиса фыркнула про себя и уткнулась в карту. У неё никогда не было времени, да и, честно говоря, желания, на все эти вздохи и глупые переписки. Её мир был выстроен иначе. Строгие родители врачи, ожидавшие только идеальных оценок, и её собственное, почти маниакальное стремление эти ожидания оправдать не позволяли ей отвлекаться от своей цели — поступить в медицинский. Чувство влюблённости казалось ей такой же абстрактной и бесполезной концепцией, как, например, макраме.

На перемене Алиса и Хлоя сидели на своём привычном месте, на ступеньках у спортзала, поедая сэндвичи. Солнце пригревало ещё по-летнему, но в воздухе уже витал едва уловимый горьковатый запах опавших листьев.

Хлоя вертела в руках телефон, как будто это была самая хрупкая и ценная вещь на свете. Её пальцы скользили по экрану, где всего несколько минут назад загорелось заветное сообщение. Она украдкой взглянула на Алису, которая, уткнувшись в толстый учебник по биологии, методично разбирала конспект.

— Он написал, что скучает, — прошептала Хлоя, и её глаза засияли, будто её зрачки превратились в звёзды, — Представляешь? И он хочет встретиться в пятницу. Но я не знаю, что сказать маме. Ей не понравится, что он из выпускного класса.

Алиса медленно отложила книгу, поставив на полях аккуратную галочку. Она, закончив с сэндвичем, взяла яблоко и откусила ровный, хрустящий кусок.

— Он старше тебя на два года, Хлоя. Для твоей мамы это как будто ты встречаешься с древним стариком, — сухо заметила она, пережёвывая, — Её логика проста — у него уже есть права, а ты ещё геометрию с репетитором разбираешь. Два разных мира. И нетрудно догадаться, что ему от тебя нужно.

— Ты не понимаешь! — вздохнула Хлоя, и её плечи поникли, сияние в глазах померкло, сменившись привычной тревогой, — Он не просто «старше». Он умный, с ним интересно. Он видит во мне не просто десятиклассницу.

— Я и не пытаюсь, — парировала Алиса, её взгляд был чистым и ясным, как родниковая вода, и в нём не было злобы, лишь констатация факта, — Мой мозг сейчас сфокусирован только на мембранах клеток и принципах наследственности. На это у меня уходит ровно сто процентов моей эмоциональной энергии. И мне не остаётся ресурсов на твои драмы с мальчиками.

— Это не драма, Алиса! Это моя жизнь! — Хлоя с силой отодвинула свой пакет с соком,— Ты могла бы хотя бы попытаться меня поддержать, а не обесценивать мои чувства.

Алиса на мгновение задумалась, глядя на подругу. В её взгляде мелькнуло сожаление и стыд за свою отстранённость.

— Хорошо. Слушай, что я думаю по этому поводу, — она сложила руки на учебнике, — Твоя мама боится, что ты повзрослеешь слишком быстро. А ты боишься, что упустишь его, если не повзрослеешь прямо сейчас. Вы обе правы и одновременно обе неправы. Ты должна слушать не только своё сердце, но и взывать к разуму, иначе над твоими чувствами могут просто надругаться и растоптать.
Хлоя смотрела на неё, и на её глазах навернулись предательские слёзы. Но это были не слёзы восторга, а обиды и одиночества.

— Знаешь что, Алиса? Иногда мне кажется, что ты специально прячешься за своими учебниками, чтобы не чувствовать ничего настоящего. Если бы ты иногда слушала меня, то у тебя не сложилось бы такое впечатление о Заке.

— Возможно. Зато у меня пятёрки по биологии и никаких проблем с мамой, — Алиса не стала спорить.
Она снова открыла учебник, ставя в диалоге точку. В ответ Хлоя ничего не сказала. Она просто отвела взгляд, будто Алиса вдруг стала невидимой, и принялась доедать свой обед. Между ними повисло тяжёлое молчание, подчёркивающее, насколько разными путями они уже пошли.
После последнего звонка Алиса привычным маршрутом пошла домой.