Без права на прощение

Глава 14. Невольница

Я стояла перед ним, понимая что он, словно злой рок преследует меня. И красота скрывает сердце змеи. Но нет, он не увидит от меня покорности!

- Рас-с-сул! – обрадовался Годдар, кивнув на меня. – Пос-с-смотри, какой товар!

Я вздрогнула, оборачиваясь. Некрасивый, толстый мужчина в роскошных одеждах с маленькими жадными глазками цокнул языком.

- Какой цветок! – усмехнулся он. – Красавица. Такая будет стоит очень дорого!

Он обошел меня со всех сторон, а я чувствовала на себе липкий и оценивающий взгляд. От нахлынувшего омерзения, меня передернуло. Рассул снова поцокал, качая головой.

- Это – дочь бывшего визиря. Тахара, - заметил Годдар, а я от ужаса стиснула зубы.

- Ты не посмеешь! – прошептала я, с ужасом глядя на Рассула, который что-то посчитывал. – Хорошо, Годдар. Я согласна быть твоей женой! Только не надо… Прошу тебя…

- Женой? – черная бровь поднялась, а глаза превратились в узкие щелочки. – Ты опоздала. Женой могла с-с-стать дочь визиря, а дочь мятежника может с-с-стать только наложницей. Но если она пыталас-с-сь с-с-сбежать, то даже наложницей она с-с-стать не может. Таких, как она, продают.

Эти слова больно обожгли меня. Ненавижу! Ненавижу!

- Ну что ж, - заметил Годдар. - Она твоя, Рас-с-сул! Забирай!

Я попыталась сопротивляться, но Рассул позвал охрану. Они потащили меня из дома Годдара, а я так и не могла поверить в то, что он вытащил меня из пустыни, не дал сбежать, чтобы сказать мне о том, что я недостойна даже стать его наложницей!

- Не портьте товар! Каждый синяк снижает цену! – заметил Рассул, когда меня ввели в какой-дом. Три молчаливые женщины содрали с меня платье, а я попыталась вырваться, но руки у них были сильные. Они не проронили ни слова, пока мыли меня, натирали маслами, чтобы кожа блестела и расчесывали волосы. В глазах этих женщин была пустота. Ни сочувствия, ни милосердия.

Это потом я поняла, когда после меня притащили еще одну несчастную. Через их руки проходили сотни девушек, и никакие мольбы не тронули их сердца.

- Красавица, - снова цокал языком Рассул, а я очнулась.

Я стояла на невольничьем рынке, чувствуя на себе липкие взгляды. Годдара не было. Он просто ушел.

- Ну, сто, так сто! – усмехнулся Рассул, а я почувствовала, как перед глазами все темнеет. – Забирайте!