Без права на слабость

Глава 13. Встреча с родителями

Вокзальный перрон встретил их московской духотой. После крымской свежести и морского бриза столичный воздух казался тяжёлым, наполненным запахами асфальта, выхлопных газов и пыли. Но Рита всё равно улыбалась — это была её Москва, город, который за прошедший год стал по-настоящему родным.

— Добро пожаловать домой, — сказал Максим, когда они вышли с вокзала, щурясь от яркого солнца. — Соскучилась по городу?

— Удивительно, но да, — призналась Рита. — Кто бы мог подумать год назад, что я буду называть Москву домом?

Они взяли такси — непозволительная роскошь обычно, но сегодня, с тяжёлыми рюкзаками и усталостью после долгой дороги, вполне оправданная. По пути Максим рассказывал о редакторе, который был в восторге от их крымских репортажей и обещал напечатать серию статей в сентябрьских номерах.

— А ещё он предложил мне регулярную колонку, — с гордостью добавил Максим. — Небольшую, но еженедельную. И хорошо оплачиваемую.

— Это замечательно! — Рита искренне обрадовалась за него. — Ты заслужил это. Твои статьи действительно отличные.

Такси остановилось у её подъезда. Рита расплатилась, не давая Максиму это сделать — он и так потратил больше в поездке, покупая продукты и оплачивая их транспорт между городами.

— Я сейчас тебе помогу с вещами, а потом поеду к себе, — сказал Максим. — Мне нужно проверить почту, постирать все эти походные вещи, разобрать фотографии...

— Останься, — вдруг сказала Рита. — Сегодня. И завтра. И... сколько захочешь.

Он удивлённо посмотрел на неё:

— Ты уверена?

— Абсолютно, — она взяла его за руку. — Мы же говорили о совместной жизни, помнишь? Может, начнем с небольшого эксперимента? Посмотрим, как нам вместе под одной крышей?

Максим просиял:

— Отличная идея. Только мне всё равно придётся заехать в квартиру за вещами и ноутбуком.

— Конечно, — кивнула Рита. — А я пока приготовлю что-нибудь на ужин. После походной еды так хочется нормальной домашней кухни!

Следующие дни были наполнены простыми радостями — совместными завтраками, работой над статьями бок о бок за кухонным столом, вечерними прогулками по Москве, киномарафонами с пиццей и попкорном. Рита и Максим узнавали друг друга с новой стороны — бытовой, повседневной, не менее важной, чем романтические разговоры у костра.

— У тебя пунктик насчёт зубной пасты? — смеялась Рита, глядя, как Максим аккуратно выдавливает пасту с конца тюбика. — Мои родители вечно ругались из-за этого — папа выдавливал с конца, мама — откуда попало.

— Привычка, — смущённо улыбался он. — У меня старший брат был жутким педантом, всех домашних выдрессировал.

Они узнавали привычки друг друга, предпочтения, мелкие странности. Максим разбрасывал носки по квартире, но был помешан на идеальном порядке на рабочем столе. Рита забывала выключать свет, но всегда идеально складывала одежду. Он не выносил запах жареного лука, она не могла спать с закрытым окном.

Мелочи, детали, крошечные штрихи к портрету любимого человека, которые делают отношения настоящими, глубокими, зрелыми.

Через неделю такой совместной жизни они начали искать квартиру для аренды. Обзванивали риелторов, просматривали объявления, ездили на просмотры. Задача оказалась сложнее, чем они думали — найти жильё, которое было бы одновременно недорогим, уютным и находилось в приемлемом районе, было почти невозможно.

— Может, это знак? — сказал Максим после очередного разочаровывающего просмотра. — Может, нам просто остаться в твоей квартире? Она идеальная — светлая, просторная, в хорошем районе, недалеко от метро.

— Но это же квартира Наталь... то есть владелицы, — смутилась Рита, чуть не проговорившись. — Я не уверена, что она будет рада, если я приведу сожителя.

— Ты можешь спросить её, — предложил Максим. — В конце концов, ты живёшь здесь уже почти год, платишь за коммунальные услуги, поддерживаешь порядок. Я думаю, она не будет против.

Рита задумалась. Она не могла сказать Максиму всю правду о квартире — о том, что прежняя хозяйка давно умерла, что формально жильё принадлежало не Наталье, а совсем другому человеку, что она жила здесь, по сути, бесплатно. Это всё равно что жить на чужую щедрость, и втянуть в это Максима казалось неправильным.

— Я поговорю с ней, — наконец сказала Рита. — Но не рассчитывай на многое. Это всё-таки её собственность.

Максим согласился, и они продолжили поиски, параллельно готовясь к визиту родителей Риты. Это событие волновало их обоих — Рита беспокоилась, понравится ли Максим родителям, а Максим нервничал, пытаясь произвести хорошее впечатление.

— Как думаешь, твой отец не будет против моей профессии? — спрашивал он, перебирая рубашки в поисках самой презентабельной. — Я знаю, что многие родители хотят для своих дочерей парней с более... стабильной карьерой.

— Папа ценит талант и трудолюбие, — успокаивала его Рита. — А твои статьи показывают, что у тебя есть и то, и другое. К тому же, он сам начинал практически с нуля, так что уважает людей, которые строят свою карьеру собственными руками.

В день приезда родителей они встречали их в аэропорту. Рита нервничала не меньше Максима — она увидит родителей, представит им своего парня, впервые покажет свою московскую жизнь.

— Рита! — мама заметила её первой и помахала рукой. — Солнышко!

Объятия, поцелуи, радостные возгласы — всё как положено после долгой разлуки. Потом Рита отступила на шаг и взяла Максима за руку:

— Познакомьтесь, это Максим. Максим, это мои родители — Олег Николаевич и Елена Викторовна.

Максим, непривычно серьёзный в строгой рубашке и брюках вместо обычных джинсов и футболок, протянул руку:

— Очень приятно познакомиться. Рита так много рассказывала о вас.

Отец крепко пожал ему руку, внимательно изучая будущего зятя:

— Взаимно, молодой человек. Наслышан о ваших журналистских успехах.

Мама была более эмоциональной:

— Наконец-то мы встретились! Рита в каждом разговоре упоминает вас. Максим то, Максим это...