Без права на выбор. Вопреки желаниям..

Глава 7

Вот уже полчаса, я сижу в кабинете ректора и жду, когда же дух-хранитель Академии даст о себе знать. Здесь, конечно, уютно, но кушать-то хочется. Осмотреться вокруг я успела еще тогда, когда леди Сильвия Лионидос привела нас с Кендриком перед светлые очи ректора Гордона. Да уж, вот я почему-то уверена, что такой подставы, она ни в жизнь не ожидала. А вот не фиг было на меня рот открывать. Пусть я и не злопамятная, но мстить предпочитаю без промедлений. Чтоб так сказать человек знал, за что ему по соплям надавали. А то если выжидаешь, то он и забыть может. И вообще, это не я. Да-да, они все сами виноваты. Она, в том, что спалила, Кендрик, в том, что дышал, то есть выхлоп от него знатный был, а ректор, что унюхал. Вот не фиг в столь почтенном возрасте такой острый нюх иметь. А я что, я лишь потоки воздуха совсем чуть-чуть подправила и все. А началось все так замечательно.

30 минут назад

Дверь открылась перед нами самостоятельно, мы даже постучать не успели. Хорошая. Умная дверь.

Войдя внутрь кабинета, первое, что бросилось мне в глаза, это огромный цветок, листья которого были похожи на гигантские листья лопуха. Ух ты, лапулька какая. Так как цветочек находился в углу комнаты, то листья его были изогнуты на манер своеобразной крыши, а прямо под ним, стоял диван. Создавалось такое впечатление, что если на него сядешь, то окажешься в беседке. Здорово смотрится. Рядом, огромный книжный шкаф, уставленный различными книгами и свитками. Стеллаж, на котором было множество фигурок животных и каких-то камней разного цвета и формы. Еще пара напольных цветов среднего размера. Пара кресел и письменный стол. Еще одна дверь, видимо в уборную. А напротив окна, на котором висели тяжелые шторы бордового цвета, большой стол, на котором горой были свалены какие-то документы.

Ой, а что это там серенькое виднеется? Ух, ты, а это голова оказывается, и методом моего дедуктивного вычисления, она принадлежит ректору.

- Ректор Гордон! – проговорила леди фурия, весьма довольным голосом. – А я вот к Вам нарушителей привела. – он оторвался от изучения бумаг и посмотрел в нашу сторону. Какой-то он весь серенький. Голова седая, глаза серые, и мантия, что слегка выглядывает из-за кипы бумаг, совсем не отличается цветовой гаммой от всего выше перечисленного. Этакий серый мышь какой-то.

- Леди Лионидос? Что-то случилось? – старческим голосом проговорил ректор Академии.

- Да, ректор. Вот, смотрите. – и обличительно и весьма надо сказать некультурно, тыкает пальцем в нашу с Кендриком сторону.

- Куда я должен смотреть? – усталым голосом проговорил мужчина, поднимаясь из-за стола и направляясь в нашу сторону.

- Адепт Кендрик Совьер во невменяемом состоянии, да еще и девицу на территорию Академии притащил. А сейчас собрался ее вывести незаметно. – и ухмылочка такая пакостная, что я аж опешила от такой наглой лжи. Ну ладно я говорила, что парень не пил, а она-то куда? Врага нажить решила?

- Что? Адепт Совьер, это правда? – спросил серенький.

- Ну что вы, ректор. Это все наглая, повторяю, наглая ложь. – и взгляд такой невинный.

- Но, что же это получается? Девушку леди Лионидос, поймала? Поймала. – глядя на меня сказал старичок.

- Эй-эй, я ведь уже сказала, что сама пришла. В смысле в академию поступать пришла, а не за тем, зачем представила все леди Лионидос. – а сама стою и думаю, как отомстить этой кикиморе.

- Да? – скрестив на груди руки, она уставилась на меня ехидным взглядом. – И как же ты на территорию академии попала, позволь спросить?

- Позволяю. Спрашивайте. – а саму уже злость пробирать начинает.

- Что? – опешила она.

- Спрашивайте, говорю. – гораздо громче сказала, глядя ей в глаза. Она что, глуховата что-ли?

- Да…как ты…- а из ушей чуть пар не повалил.

- Так, стоп. Леди Лионидос, успокойтесь пожалуйста. – проговорил ректор. – Сейчас мы во всем разберемся. – и перевел свой взгляд на меня. Пристально так посмотрел, будто дырку просверлить пытается. – Для начала, как вас зовут, юная леди?

- Меня зовут Виола Ташерская. – ответила ему, заложив руки за спину.

- И что вы, Виола Ташерская, здесь делаете? – прозвучал его следующий вопрос.

- Поступить в академию хочу. – вот ей богу, что за детский сад? Который раз повторяю, а они все запомнить не могут. Хотя, если ректор с первого раза не запомнил, можно на старческий маразм списать, а вот с блондинкой что делать? И вон, даже смотрит на меня недоверчиво. Вот как пить дать, позже еще раз спросит.

- А как ты на территорию-то попала? Ворота же еще закрыты? – продолжил допрос старичок.

- Как-как, открылись они. Сами. И без моей, смею заметить, помощи. Я только до решетки дотронулась, а они сами дальше. – и смотрю на них во все глаза. Нет, не верят. Вон, даже Кендрик нахмурился.

- Но ворота самостоятельно пропускают уже поступивших, а для только поступающих, мы открываем их в десять утра. – и поглядев на часы, что стояли на столе, кивнул. – Да, сейчас только восемь тридцать.

А мне что оставалось делать? Вот и пожала только плечами.

- Вот видите? Это Кендрик ее сюда приволок. – я говорила, что она глухотой мается? Так вот, она даже по губам читать не умеет.

- Леди Лионидос, успокойтесь, пожалуйста. – нахмурился ректор. – Выясним. Так, теперь, что вы говорили про адепта Совьера?

- Так он же пьян. – обернулась в его сторону фурия, и по мере разглядывания Кендрика, ее глаза все больше и больше увеличивались. Не мудрено, он ведь теперь трезвый, как стеклышко стоит. Мое зелье его капитально так взбодрило, что тот стоит, улыбается, а в глазах, чертики свои хороводики водят.