Безболезненный урок не имеет смысла

24

После ужина,они переместилсь в гостинную,чтобы немного отвлечься от напряженного вечера,тени от включенного телевизора плясали по стенам спальни, окрашивая все в призрачно-синие оттенки. Доминика полулежала на кровати, подложив под спину подушки, но ее поза была нарочито неудобной — одно колено приподнято,оголяя гладкую кожу бедра, а рука с пультом небрежно свисала с края матраса.
Гарри стоял у двери, скрестив руки. Его взгляд скользнул по ее изгибам, по тому,как тонкая ткань футболки обтягивает грудь, как шорты задрались выше, чем нужно.
— Ну что, смотрим? — Доминика щелкнула пультом, не глядя на экран.
Он молча подошел и опустился на край кровати, оставив между ними почти метр расстояния.
Почти. Но не совсем. Доминика потянулась за стаканом воды на тумбочке, намеренно выгнув спину. Ее мизинец «случайно» задел его бедро.
— Ой, — пробормотала она, даже не извиняясь.
Гарри медленно повернул голову.
— Ой?
— Ну да. Ой. — Она приподняла бровь. — Ты что, не знаешь такого слова?
Гарри медленно повернул голову. Его глаза были темными, почти черными в
полумраке.
— Ты это специально.
— Что специально? — она приподняла бровь, делая глоток воды. Капля скатилась
по ее подбородку, исчезла в вырезе футболки.
Он не ответил. Просто выхватил у нее стакан, отпил, поставил обратно — но уже
на свою сторону тумбочки.
— Эй! — она потянулась за ним, но он перехватил ее запястье.
На экране герои что-то кричали друг другу, но звук был приглушен. В комнате
стояла тишина, нарушаемая только прерывистым дыханием Доминики.
— Фильм дерьмовый, — прошептал Гарри, его пальцы сжимали ее руку все
сильнее.
— Ужасный, — согласилась она, не отводя взгляда.
Его свободная рука впилась в подушку рядом с ее головой. Доминика
почувствовала, как нагревается воздух между ними.
— Ты играешь с огнем, — он наклонился ближе, его дыхание обожгло ее губы.
— А ты не умеешь тушить, — она резко перевернулась, оказавшись сверху, и
вырвала руку.
Но Гарри не дал ей уйти. Его ладонь скользнула под ее футболку, обхватила
талию, прижала к себе.
— Больше никаких игр, — прошептал он, и его губы наконец нашли ее — жестко,без прелюдий, как будто он терпел слишком долго.Доминика ответила с той же яростью, впиваясь пальцами в его волосы, кусая его губы, пока они не почувствовали вкус крови.Телевизор продолжал мерцать, освещая их сплетенные фигуры — но ни один из них уже не помнил, какой фильм они вообще собирались смотреть. Ее последняя связная мысль была о том, что он, кажется, все-таки проиграл. Но почему-то это совсем не выглядело поражением.

Доминика проснулась от собственного голода и сладкого запаха бекона,доносившегося с кухни. Простынь на месте Гарри уже остыла – он встал явно давно. Она лениво потянулась, смакуя приятную тяжесть в мышцах, и с ухмылкой прикрыла глаза, вспоминая вчерашнее.
*"Такой серьезный снаружи, такой… неожиданный внутри"*, – подумала она,натягивая его футболку, случайно найденную на полу. На кухне Гарри стоял спиной, сосредоточенно помешивая яичницу. Его голые плечи были испещрены царапинами – ее рук дело.
Доминика бесшумно подкралась и обхватила его за талию, прижавшись губами к напряженным мышцам спины.
– Ты пахнешь грехом и кофе, – прошептала она, целуя его шею.
Гарри замер, но не отстранился.
– Доми… – его голос звучал предупреждающе.
– Что, уже стыдно? – она провела пальцами по его животу, чувствуя, как
напряглись его мышцы.
Раздался громкий, нарочитый кашель.
Доминика резко отпрянула.
За столом сидел Мэтт, широко ухмыляясь, с вилкой в одной руке и телефоном в
другой.
– Ну наконец-то! – воскликнул он, откинувшись на стуле. – А я уж думал, вам
нравится только орать друг на друга и драться.
Гарри тяжело вздохнул, но не стал оправдываться. Вместо этого он уверенно обнял Доминику за плечи и прижал к себе, оставив нежный поцелуй в ее макушку, жест одновременно неожиданный и… обжигающе естественный.
-Я рад за вас, честно. Просто… дайте мне минутку, чтобы переварить, что вы теперь… это.
Доминика чувствовала, как жар разливается по щекам, но Гарри, кажется, только этого и ждал. Его рука плотнее обхватила ее талию, словно давая понять ничего скрывать он не собирается.
– Переваривай быстрее, – проворчал он, возвращаясь к плите. – Яичница
подгорает.
Мэтт покачал головой, все еще ухмыляясь, но в его глазах читалось искреннее одобрение.
Доминика же стояла, слегка ошарашенная, но… странно довольная.Гарри медленно отпустил её,

Мэтт, всё ещё хихикая, отложил вилку и потянулся за ключами.

— Ладно, любовь любовью, а подарки для ребят с работы сами себя не купят. Кто со мной?

Гарри переложил яичницу на тарелку, не поднимая глаз.

— Уже съездили.

— Давно, — добавила Доминика, наливая себе кофе. Её голос звучал невинно, но уголки губ дрогнули.

Мэтт замер с ключами в руке.

— Стоп. Вы... вчера?

— М-м-м, — она сделала глоток, прищурившись. — Не только за подарками.

На кухне повисла пауза. Гарри резко кашлянул, будто подавился собственным слюной. Мэтт открыл рот, закрыл, потом снова открыл:

— Так вот почему у тебя вчера был такой... э... заряженный вид, когда я звонил.

— Закрой рот, Мэтт, — проворчал Гарри, но ухо у него заметно покраснело.

— О-о-о, нет, дружище, теперь ты мне всё расскажешь! — Мэтт хлопнул ладонью по столу. — Где? Когда? В машине?

Доминика сладко потянулась, демонстративно поправляя воротник Гарри.

— Всё-всё, а вот детали — только для VIP-персон.

— Я твой лучший друг! — возмутился Мэтт, указывая на себя.

— Тогда представь, что я тебя очень люблю, поэтому щажу твою психику, — она лениво облизала ложку.