Безболезненный урок не имеет смысла

42

Машина резко затормозила перед светофором, и Доминика слабо застонала на заднем сиденье. Её веки дрогнули, и она медленно открыла глаза, уставившись в потолок автомобиля.

-"О... кажется, я умерла," - прошептала она хриплым голосом. - "И попала в ад. Потому что иначе почему Гарри Холланд так... заботливо держит меня за руку?"

Гарри сжал её пальцы чуть сильнее:
-"Если это ад, то почему я здесь с тобой?"
-"Ну..." - Доми слабо закашлялась. - "Может, это мой личный кошмар? Ты знаешь, как я ненавижу, когда ты прав..."

Крис фыркнул с водительского места:
-" О боже, она даже с полуобморока продолжает издеваться. Доктора точно будут в восторге."

Доми медленно повернула голову к Гарри:
-"Скажи честно... я выгляжу так же ужасно, как чувствую?"
-"Хуже," - без колебаний ответил он. - "Ты похожа на мокрую кошку, которую вытащили из канализации."

-" О, отлично!" - Она слабо улыбнулась. - "Значит, когда медсестры будут спрашивать, что случилось, я могу сказать, что дралась с бандитами? Или... или спасала детей из горящего здания?"

Сэм обернулся с переднего сиденья:
-" Доми, у тебя порез на ноге от падения на камни. Никто не поверит."
-"Ну почему..." - она надула губы. - "Может, это был особо опасный камень? С ножом?"

Гарри вздохнул, но уголки его губ дрогнули:
-" Заткнись и отдыхай. Потом будешь придумывать героические истории."
-" Но это так скучно..." - она закрыла глаза. - "Ладно. Но только если ты пообещаешь рассказывать всем, что я хотя бы ругалась с тобой перед тем, как упасть. Чтобы не было так стыдно."

Машина тронулась с места, а Гарри нежно провёл пальцами по её запястью, проверяя пульс.

-" Обещаю," - прошептал он. - "Скажу, что ты назвала меня придурком как минимум три раза."
-" Четыре," - поправила она, не открывая глаз. - "Я всегда делаю всё... основательно..."

И прежде чем Гарри успел ответить, её дыхание снова стало ровным - на этот раз она заснула по-настоящему, с лёгкой улыбкой на бледных губах.

Медсестры уже ждали у входа, когда машина резко остановилась. Доминику бережно вынесли на каталке, но она, несмотря на бледность и слабость, тут же оживилась, заметив молодого врача в белом халате.

— О-о-о, — она слабо свистнула, приподнимаясь на локте. — А кто это у нас такой симпатичный?

Гарри нахмурился, шагая рядом:

— Доми, ты буквально истекаешь кровью.

— Ну и что? — она игриво приподняла брови. — Раз уж мы *расстались* перед моим падением, я вполне могу… ммм… расширить круг общения.

Врач, явно смутившись, поправил очки и взялся за карту.

— Мисс Лоренц, вам нужен покой, а не флирт.

— А почему не то и другое сразу? — Доми слабо улыбнулась, но тут же зашипела от боли, когда медсестра начала обрабатывать рану.

Гарри скрестил руки на груди, его взгляд стал ледяным:

— Никаких флиртов. Никаких врачей. Никаких *расширений круга общения*.

— Ой, — она притворно удивилась. — А кто-то ревнует?

— Нет, — он резко ответил. — Я просто не позволю тебе умирать от потери крови, пока ты строишь глазки первому встречному в белом халате.

Доми закатила глаза, но тут же схватилась за бок, когда медсестра надавила на повязку.

— Ладно, ладно… — она скривилась. — Но только потому, что он, кажется, уже женат. Видишь кольцо?

Гарри бросил взгляд на руку врача и… расслабился. Чуть-чуть.

— Повезло ему, — проворчал он.

Доми слабо рассмеялась, но тут же застонала:

— Ой, больно смеяться…

— Значит, заткнись, — Гарри нежно провёл рукой по её волосам, но голос его был твёрдым. — И запомни — никаких тебе симпатичных врачей.

— Ага, — она слабо ущипнула его за руку. — Потому что *ты* мой единственный личный кошмар?

— Именно, — он наклонился ближе, чтобы только она услышала. — И никуда ты от меня не денешься.

Доми закрыла глаза, но улыбка так и не сошла с её губ.

— Ну… ладно. Но только если принесёшь мне кофе.

— Без шансов.

— Тогда хотя бы мороженое.

Гарри вздохнул. Как же она его бесит.

Медсестра вводила обезболивающее, когда Доми слабо крякнула:
— Ой, а если я сейчас признаюсь в любви, это будет считаться под воздействием препаратов?

Гарри, стоявший у окна, резко повернулся:
— Что?

— Шучу, шучу... — она закатила глаза, но тут же зашипела, когда врач начал обрабатывать рану. — Хотя... может и не шучу. Ты же знаешь, я всегда говорю правду, когда мне больно.

Гарри подошёл ближе, осторожно взяв её руку:
— Тогда молчи, пока тебя не зашили.

— Ага, — Доми слабо улыблась. — Потому что если я начну говорить... скажу что-то вроде... что люблю тебя, даже когда ты ведёшь себя как...

Её голос оборвался, когда врач сделал первый шов. Гарри сжал её пальцы.

— Замолчи уже, — прошептал он. Но уголки его губ дрогнули.

Через час, когда Доми, уже сонную от лекарств, усаживали в машину, она вдруг потянулась к Гарри:

— Эй...
— Что? — он наклонился.
— Всё-таки... люблю. Даже твои дурацкие брови. Особенно... когда ты хмуришься...

И тут же отключилась, уткнувшись ему в плечо.

Крис, сидевший за рулём, фыркнул:
— Ну что, герой, доволен?

Гарри не ответил. Просто прижал Доми ближе, пряча улыбку в её волосах.

Машина тронулась. Доми тихо посапыла у него на плече. Спустя полчаса машина плавно остановилась у парадного входа. Гарри осторожно вынес Доми на руках, пока Крис и Сэм распахивали двери и гасили сигнализацию.

— Всё-таки положишь её в свою комнату? — шёпотом спросил Сэм, провожая их взглядом по лестнице.

— Тихо ты, — буркнул Крис, толкая его в бок. — Пусть разберутся сами.

Гарри нес Доми по тёмному коридору, прижимая к себе так, будто боялся, что она рассыплется в прах от одного неверного движения. Она дремала у него на груди, её дыхание ровное, но поверхностное — лекарства ещё не отпускали.

Он толкнул дверь плечом, переступил порог своей спальни и осторожно уложил её на кровать. Доми крякнула, слегка зашевелилась, но не проснулась.