Бездарность для проклятого декана. Багровая академия

Глава 12.1

— У Кассио, — вздохнула я.

И, увы, это не было вопросом.

Умбратар промолчал, но слова мне не требовались. Понятно и так — ради того, чтобы спасти свой род, несмотря на то что сам его проклял, Кассио готов на всё. И притащить иномирянку в том числе.

— Ладно, — выдохнула. — Я готова помочь вам… тебе снять проклятие с вашего рода, а взамен прошу только то самое заклинание. И помощь в перемещении обратно.

Дракон искоса взглянул на меня.

— Мы договорились?

Мне нужны гарантии, пусть даже такого мифического свойства.

Губы Убмратара искривились в насмешке. Он кивнул.

— Я помогу тебе вернуться в твой мир, Тас-сия, после того как ты поможешь мне избавиться от проклятия. Если, конечно, ты захочешь возвращаться.

— Конечно, захочу!

Как будто существовали другие варианты! Нет уж, мне слишком дороги душ, интернет и моя маленькая, уютная квартирка в спальном районе.

Умбратар не ответил. То, что произошло дальше, мой глаз не зафиксировал бы, не участвуй в этом я сама: Умбратар вдруг схватил мою ладонь, я ахнула, чувствуя глубокий порез.

Смазанным, слишком быстрым движением, он прижал меня к себе за талию, соединил наши ладони, поднимая их на уровень глаз.

— Клянись!

Не просьба — приказ.

Ещё бы знать, как правильно и в чём именно клясться.

— Клянусь… помочь снять проклятие с рода, — запнулась, чтобы продолжить более уверенным голосом: — С рода драконов Умбратар. Сделать всё, что в моих силах.

И подняла взгляд на дракона. Мы стояли так близко, что я чувствовала жаркое дыхание на своём лице.

— Клянусь, — низким, глубоким тоном вторил он, — помочь Анастасии Безруковой вернуться в её мир после того, как будет снято проклятие с рода Умбратар. Если она, конечно, захочет возвращаться, — всё-таки добавил он с насмешкой.

Вот… гад чешуйчатый!

Ладонь защипало. Взглянув на наши руки, только вздохнула.

Снова кровь. Как оказалось, ладонь порезали не только мне, Умбратар исполнил то же самое и с собой. И теперь маленькие алые капли стекали по нашим рукам к запястьям, перемешиваясь, даже чем-то завораживая.

Не в силах оторвать взгляд от этого зрелища, не обращала внимания ни на слишком уж крепкую хватку дракона, ни на его же взгляд. Чувствовала только сверлящее чувство на губах.

Но какая разница, если капли крови вместо того, чтобы запачкать мой рукав и белоснежную манжету Умбратара вдруг взмыли в воздух.

Потрясённо выдохнув, я наблюдала, как они, кружась и разбиваясь на тысячи ещё более мелких капель, собирались в подобие иероглифов. И чем больше их становилось, тем труднее мне дышалось, но я терпела. Терпела и пыталась сдержать собственные восторги.

В районе солнечного сплетения будто бы раздувался искрящийся, полный детского восхищения, шар.

Вот иероглифов стало столько, что они затмили обстановку кухни. Вот они соединились над нами в подобие пентаграммы или чего-то вроде. Вот заклинание, клятва — или что это было, — начало опускаться прямо нам на головы.

Я до боли задрала свою, чтобы не пропустить ни мгновения волшебства…

И резко села в кровати, чувствуя, как раскалывается голова.

— Господи! Что это было?

Руки сами взметнулись к голове, сжали есть, сколько было сил. Я зажмурилась.

— Клятва, Тасия. Это была клятва.

К губам прислонили прохладное стекло бокала, и я, не задумываясь, выпила всё, что там было. Терпкий, охлаждающий вкус мяты разлился по языку, поднялся к носу, и дальше. Словно ввинтился в голову, отчего она практически перестала болеть, и я смогла выдохнуть.

— Спасибо!

А потом и открыть глаза.

Чтобы тут же спихнуть свои реакции на тело Ферокс. Потому что не взрослой современной женщине отпрыгивать от симпатичного мужчины, оказавшегося в её постели.
А я отпрыгнула. Да так, что ударилась лопатками об изголовье, сотрясая и так бедовую голову.

Оправдывало меня только то, что это был Умбратар. Причём Умбратар почему-то полураздетый, в расстёгнутой наполовину рубашке, брюках и с растрепанной шевелюрой.

В руке у него был бокал, который я осушила, а взгляд…

Нет, вот его взгляд я точно трогать не буду.

— Что случилось? — спросила, чтобы скрыть неловкость.

Одёрнула рукава рубашки — благо, в отличие от него, я оказалась полностью одета.

— Ты упала в обморок, но клятва принята.

— Так не должно было быть?

Новость встревожила, я метнула в него обеспокоенный взгляд. Но почему-то смотреть на такого домашнего дракона оказалось практически невозможно. И я опустила глаза в одеяло, обзывая себя дурой.

— Нет. Но ты из другого мира, возможны… варианты.

Казалось, что он чего-то недоговаривает. Но и с этим я разберусь позже. Желательно, когда мы снова будем в более-менее официальной обстановке.

— А откуда вы… ты знаешь, что клятва принята?

— Смотри…

И да, мне пришлось посмотреть. Кстати, было на что: Умбратар поднял ладонь, на внутренней стороне которой отливал багровым тот самый первый иероглиф. Не удержавшись, подняла свою ладонь, чтобы убедиться — вместо пореза на ней красовался такой же знак.

Вздохнула.

— То есть все будут знать, что мы… — и снова запнулась.

Вот что за!

— Мы — что? — поднял бровь Умбратар.

Ну, конечно. У него с этим никаких проблем не было.

— Принесли клятву.

— Нет, — качнул он головой и резко подался ближе.

Дурацкое сердце замерло, вдох застрял в горле, но дракон всего лишь поставил бокал на тумбу рядом с кроватью и вернулся в обычное положение.

Фух.

— Метки видны только тем, кто клялся… и умеющим видеть. Но сейчас в академии из умеющих только я, — усмехнулся Умбратар.

— Это не может не радовать, — буркнула.

Потому что слабо представляла, что подумают про Ферокс, с её-то репутацией, если вскроется ещё и это. Да и Оли наверняка полезет с расспросами.

Прикрыв глаза, вернула себе душевное равновесие, а потом смело посмотрела на дракона.