Бездна благоухает орхидеями. Том 1

Глава 4. Об опасностях, таящихся во тьме...

Время в ожидании Сян У провела как на иголках. Чжань Хаоли так и не дал ей точного ответа — точнее, за весь путь он не обронил ни слова и лишь у самой хижины коротко попрощался и был таков. Делать уже ничего не хотелось, поэтому Сян У, сев на пороге, бездумно уставилась на деревья.

К её величайшей радости и облегчению Чжань Хаоли явился ещё до первых лучей солнца, ведя за поводья лошадь. Это был низкорослый чалый жеребец с понурой мордой и выступающими рёбрами — самая настоящая кляча. На спине его болталось широкое вытертое седло.

— Какой хорошенький! — восхитилась Сян У, подбегая к коню. Тот её восторгов не разделил и шарахнулся в сторону, а потом, задрав голову и не сводя с девушки испуганного взгляда, тонко заливисто заржал.

— Похоже, ты ему не нравишься, — констатировал Чжань Хаоли. — Чувствует, что с тобой что-то нечисто.

— Но я же ничего плохого не делала… — принялась за своё Сян У.

— Держи. Попробуй угостить его.

Чжань Хаоли снял с пояса мешочек и высыпал на ладони Сян У горсть бобов. Конёк тут же заинтересованно покосился на предполагаемое угощение, но с места сдвинуться не решался. Сян У терпеливо ждала, вытянув руки.

Вскоре ожидание принесло свои плоды, а боязнь ненадолго уступила желанию перекусить. Конь сделал неуверенный шаг навстречу и, вытянув шею, осторожно слизал бобы с ладони Сян У. Та сразу же повеселела.

— Вот видишь: не собираюсь я тебя обижать, — ласково зашептала она, поглаживая косматую гриву. Попритихшее было животное снова беспокойно вздрогнуло, и Сян У с грустной улыбкой убрала руки подальше, чтобы не пугать его понапрасну.

— Славный такой, хоть и трусишка, — похвалила она. — Это твой?

— Шутишь? — фыркнул Чжань Хаоли. — Откуда у меня взяться лошади? Это дяди Гао — он служил в войсках, а как окончил службу, забрал с собой списанного коня. Он разрешил мне взять Дунцзи на время поездки, чтобы управиться быстрее.

Юноша задумчиво посмотрел на Сян У, потом на лошадь, потом снова на Сян У и спросил:

— Ты умеешь ездить верхом?

— Не знаю, — честно ответила Сян У, всеми силами стараясь сдержать торжествующую улыбку. Значит, решение всё же было принято в её пользу. — Но могу попробовать!

— Тогда отправляемся прямо сейчас. Я сяду первым, а ты садись за моей спиной и постарайся удержаться, — велел он. — Не пинайся и не возись.

Правда на деле усадить Сян У верхом оказалось гораздо сложнее, чем на словах. Стоило только ей приблизиться к коню вплотную, как тот начинал мотать головой и пятиться задом — Чжань Хаоли даже пришлось временно стреножить его и привязать к дереву, чтобы происходящее перестало напоминать игру в догонялки. Только тогда попытки наконец увенчались успехом, и всадники смогли устроиться верхом: кто в седле, кто позади, прямо на костистой лошадиной спине.

Со всей этой вознёй Чжань Хаоли как-то запамятовал, что ему нужно было не только посадить демоницу на коня, но и ехать с ней многие ли, поэтому, когда Сян У обхватила юношу за пояс, чтобы не свалиться, первым его побуждением было хлестнуть ей по рукам и поскорее соскочить на землю. Даже через грубую ткань одежды он чувствовал на себе костлявые ладони и длинные когти своей спутницы, и от этого по всему телу пробегал холодный озноб, а волосы на затылке топорщились как шерсть вспугнутого дикого зверька.

«Если попробует что-то сделать — просто сброшу её с лошади», — для собственного успокоения мысленно проговорил Чжань Хаоли.

…Но сбрасывать никого не пришлось. Замерший столбом конь теперь категорически отказывался идти, и тогда, порядком рассердившись, Чжань Хаоли натянул поводья и посильнее ткнул пятками ему в бока. В ответ Дунцзи несколько раз крупно взбрыкнул — да так, что Сян У, потеряла равновесие и сама полетела вниз, едва не угодив под копыта.

— Ла-адно, — разочарованно протянул Чжань Хаоли и тоже спешился. — Значит, пока что отправимся на своих двоих, а дальше видно будет.

***

По притоптанной пыльной дороге, подпрыгивая и пританцовывая на ходу, шла странная девушка. За ней следовал юноша, ведущий под уздцы лошадь. Втроём они преодолели уже сотни и тысячи шагов, но до места назначения оставалось в разы больше, поэтому Сян У, постоянно мелькавшая то тут, то там, воспользовалась возможностью и завалила своего спутника вопросами.

— Как же тебе разрешили отправиться так далеко? — спросила она, выглядывая из-за коня.

— Еле упросил матушку, — ответил Чжань Хаоли. — Она до последнего не хотела отпускать меня одного.

— И что же ты?

— Сказал, что взрослые мужчины отдыхают после сбора урожая, и незачем беспокоить их по пустякам, с которыми могут справиться остальные.

— Значит, взрослые… — задумчиво повторила Сян У. — А сколько лет тебе?

Чжань Хаоли поморщился. До сих пор подобные расспросы Сян У о нём самом резали слух, хотя следовало бы уже привыкнуть — но каждый раз что-то мешало открыть рот и сходу произнести нужные слова. Должно быть, сказывалось всё никак не наступавшее доверие.

Он с неохотой произнёс:

— После Праздника весны будет пятнадцать[1].