Бездна в нас. Тьма, что пожирает

30

Варгул сидел на своём троне, окружённый мрачными тенями, когда до него дошла новость, что Теодор Эсфалийский разоблачён и казнён.

Тёмный правитель уже несколько часов бесцельно ходил туда-сюда, как зверь, запертый в клетке. В руках он сжимал письмо, доставленное его лучшим курьером. Это сообщение било по нему сильнее любого меча.

«Герцог Теодор Эсфалийский разоблачён. Казнён».

Эти слова, короткие и жестокие, будто вспышка молнии, разрезали его сознание. Варгул с трудом сдерживал себя, пытаясь осознать, как всё могло пойти так наперекосяк. Он всегда считал Теодора своим лучшим козырем, человеком, который держал в руках ключи к империи Селестии.

Первоначально он не поверил. Как это могло случиться? Теодор был одним из самых надёжных его осведомителей, глубоко проникшим в самое сердце Селестии. Его смерть разрушила выстроенные планы, ставила под удар всю операцию.

— Как это произошло? — Варгул резко повернулся к своему слуге, сидящему у ног. — Как он мог так глупо себя выдать? Этот старик казался умнее…

Слуга вздрогнул, не зная, что ответить. В его глазах читался страх. Варгул всегда был непредсказуем, особенно когда его планы рушились. Ещё недавно тёмный правитель был уверен в успехе, но новость об утрате столь важного союзника вызвала бурю эмоций.

— Он был моим ключом к победе, — медленно и с угрозой в голосе произнёс Варгул. — А теперь? Теперь что? Я потерял возможность наблюдать за каждым шагом Артемия!

Тёмный правитель окинул помещение взглядом, словно пытаясь найти выход, но в голову ничего не приходило. Он вдруг резко ударил по мраморному столу, разлетевшемуся на куски.

— Проклятье! — рявкнул Варгул. — Глупец! Взялся за месть, вместо того чтобы закончить дело. Его ослепила жажда отомстить за сына, и что теперь? Где его месть? Где его сила? На виселице, вот где!

Его гнев стал ещё сильнее. Каждый, кто попадался на глаза Варгулу, прятался от его пылающего взгляда. Правитель долго метался по залу, вымещая свою ярость на подопечных. Один из воинов, не успевший освободить дорогу, получил магический удар, отлетев на несколько метров.

Но вскоре его гнев сменился задумчивостью. Варгул остановился, его глаза сузились, и на лице появилось нечто более опасное, чем гнев — холодный расчёт.

— Нет… не всё ещё потеряно, — медленно протянул он, погружаясь в собственные мысли. — Теодор был важен, но у меня есть другие… более тёмные души среди светлых. Их сердца, испорченные завистью и ненавистью, ждут своего часа.

Варгул сел обратно на трон, потирая подбородок. Сначала новость его расстроила, выбила из колеи, но теперь после раздумий он понял, что у него есть ещё один козырь.

— Я знаю, кто следующий, — продолжил Варгул, обращаясь к своему верному адъютанту. — Ближайший к Артемию. Его душа далека от света, и он давно мечтает о власти и больших деньгах. Найдите его. Этот светлый даже не осознаёт, как давно он уже наш.

Он остановился на секунду, впившись взглядом в темноту.

— Я поражён, насколько легко светлые предают своих близких, — его голос звучал тихо, но с отчётливым презрением. — Они наивны и слабы. Светлые могут на словах бесконечно рассуждать о чести и совести, но стоит предложить им деньги или власть, и они сделают для вас всё, что хотите.

Тени быстро склонились в знак повиновения и растворились в воздухе. Варгул вновь остался один, он знал, что его новый план выгорит — предательство всегда находило себе путь. И он был тем, кто лучше всех знал, как использовать это в свою пользу.