Бездомная девушка, что стала щитом короля

Глава 39

Внезапно в кабинете прозвучал знакомый глухой голос. Его источник не был определен, однако казалось, что он исходит сразу отовсюду. Мисаки напряглась и прикрыла Жана спиной, который в свою очередь продолжал спокойно осматривать своё помещение. Любой другой на его месте бы начал паниковать, ибо услышать что-то подобное было действительно жутко, но он вёл себя так, будто уже знает, что произойдёт дальше. Стоило ему опустить взгляд на спину своего секретаря, его глаза еле заметно дрогнули. Два красных свечения, окутанные серым плотным туманом, были направлены прямо на парня.

- Мисаки, главное не двигайся. Не беспокойся, вряд ли он сделает мне что-то плохое. Я на это надеюсь.

- Ха-ха, неужели ты боишься? Я напугал тебя своим появлением?

“Э-Это… демон?!”

Как ей и приказали, девушка продолжала стоять неподвижно, всеми силами пытаясь сдержать дрожь. По началу изменения, произошедшие в её теле, казались даже полезными, однако теперь она считает иначе. Бегир появился так неожиданно, и ей не удалось почувствовать этого, а значит, его слова были правдой и теперь он может действовать куда свободнее, чем раньше. Медленно повернув голову, Мисаки посмотрела на лицо Жана, чтобы убедиться в его безопасности. К счастью он не выглядит напуганным.

- Я просто удивился. А ты, оказывается, теперь можешь появляться, не забирая контроль над телом?

- Я и раньше мог это сделать, просто хотелось немного поиздеваться над тобой. Да и у меня не было причин делать это сейчас, если бы не одно но.

- Я слушаю.

- Из-за недавних событий в магическом храме, когда я зверски оторвал тебе руку, с Мисаки кое-что произошло. Если говорить кратко и понятно, то её эмоциональная боль была настолько велика, что стёрла все границы между нашими душами. Теперь не существует никакого меня и её, а есть только МЫ.

Слушая разговор между королём и демоном, девушке почему-то стало больно. Осознавая тот факт, что теперь ей придётся навечно закрыть свои чувства где-то глубоко в сердце, действительно огорчал её.  Она не может позволить, чтобы рядом с Жаном находилась такая опасность, даже если этой опасностью является сама Мисаки. Всё что сейчас ей позволено сделать, как королевскому секретарю - это продолжать помогать ему до какого-то определённого времени. Однако сказать когда этот момент её ухода настанет, никто не может.

- Да, ты уже говорил про это. Давай перейдём к чему-нибудь более интересному.

“Ч-Что?! Он знал..? И он позволил мне находиться рядом, несмотря на всю опасность?”

- Ха-ха, кажется, кое-кто до сих пор не догадывался об этом. Ладно, тогда перейду к боле важным вещам. В той шахте действительно было логово вампиров, однако, их предводитель не совсем обычный кровосос. Это был Виктуар, один из членов семьи Шафрон. Не знаю, что у них там произошло, но раз он так свободно создавал себе подобных, то значит, что-то изменилось.

Из объяснений Жана в таверне стало ясно, что в прошлом вампиры являлись большой напастью для человечества. Они пользовались своей силой, чтобы красть, насиловать и убивать обычных людей, которые были намного их слабее. Однако и среди них были неплохие ребята, и в итоге объединившись с семьёй Шафрон, вампирская популяция резко снизилась. Если слова демона были правдой и тот с кем даже он не мог справиться в одиночку был действительно связан с этой древней семьей, то в скором времени можно ожидать чего-то страшного.

- Ладно, дальше думайте сами. Мне уже надоело с вами разговаривать.

Сказав это, демон растворился в воздухе, однако оставленная после него атмосфера была по-прежнему тяжелая. Поняв, что разговор между ним и Жаном закончился, девушка медленно развернулась и взглянула на своего возлюбленного. Он пытался вести себя безразлично к словам Бегира, но благодаря своей силе она могла читать его как открытую книгу. Парень был действительно напуган, а в его мыслях постоянно всплывали какие-то страшные варианты будущего. Вот какой настоящий король, когда остаётся один на один со своими мыслями. Слабый и пугливый словно кролик.

- Ж-Жан, ты…

- Не говори ничего. Почему именно ты увидела меня в таком состоянии.

Мисаки не поняла смысла его слов, однако хотела его утешить. Сделав неуверенный шаг вперёд, она медленно обвела руки вокруг шеи Жана, а тот в свою очередь положил свою голову на ее плече. Для них обоих время вокруг будто остановилось, и лишь биение сердец напоминал им о реальности. Никто не задавался вопросами или не пытался заговорить первым, только чтобы не нарушить их маленькое счастье. Когда ноги начали затекать, девушка неосознанно облокотилась на возлюбленного, однако тот обнял ее одной рукой за талию и тихо рассмеялся. Похоже, у нее получилось немного успокоить его, потому что теперь мысли Жана были заняты полностью ею.

- Я, правда, боюсь всего, что со мной происходит. Но если ты скажешь я полностью приму себя и сделаю все, чтобы помочь тебе. – Сказала Мисаки, держа парня в объятиях.

- Тогда прошу, помоги мне. Я нуждаюсь в твоей силе.

Какое-то время они продолжили так стоять, обмениваясь неловкими фразами и шутками. Когда девушка вспомнила про родителей, которые её все ещё ждут дома, то слегка вздрогнула, и Жан сразу понял причину. Медленно отстранившись друг от друга, они резко развернулись, чтобы скрыть свои красные лица. Романтическая атмосфера была нарушена, поэтому король поблагодарил своего секретаря за поддержку и пожелав хорошего оставшегося дня, попрощался с ней. Мисаки могла лишь тихо согласиться с ним и быстро выбежать в коридор, ибо её сердце билось настолько сильно, что казалось, будто его может услышать кто угодно во дворце.

“И тебе спасибо, Жан. Я сделаю все, что в моих силах.”

Встряхнув головой, девушка улыбнулась и направилась домой. Когда она добралась до таверны на улице уже начало вечереть, однако, людей по-прежнему много. Табличка с надписью «Закрыто» все ещё висела на дверце, подсказывая, что её родители до сих пор очень переживают. Чтобы не заставлять их ждать еще дольше она быстро вошла внутрь и почувствовала яркий запах, идущий с кухни. Главный зал был убран, поэтому свет был только там. Мисаки сделала пару шагов, однако резко остановилась из-за скрипучего пола. Из дверного проёма показалось лицо матушки, которая, бросив готовку, подбежала к дочери и обняла ее.