Бездомная девушка, что стала щитом короля

Глава 40

В королевском кабинете повисла тишина, которую нарушал шорох раскрытия конверта. Жан ещё раз медленно оглядел его содержание и принялся читать вслух. В письме было сказано, что в замке семьи Шафрон, известной как королевские вампиры, планируется переворот. Недавно там произошло нападение мелких сошек, однако, по словам одной из горничных она видела, как кто-то специально открыл главные ворота и впустил нападавших внутрь. Сама ситуация довольно непонятная, поэтому и письмо вызывает сомнения, но несмотря на это, королевский дворец просто не может игнорировать этот запрос из-за вчерашних событий.

- А почему именно мы? Насколько я знаю, есть страны, которые расположены к ним ближе, чем наша. – Сказала Мисаки, пробегаясь глазами по письму.

- Наверное, они уже были в курсе про логово вампиров в шахте, поэтому просто хотят принести извинения? Кстати, зачем им вообще просить нас о помощи, если они там все такие сильные и могущественные? – Сказала Роза, смотря на содержание письма через плечо подруги.

- Не могу точно сказать, но скорее всего в письме указаны не все детали, а лишь их малая часть. Ладно, что скажете насчёт этого всего?

Жан задал вопрос девушкам, а те в ответ посмотрели ему в глаза. Если они действительно отправятся в вампирский замок, то рискуют попасть в их ловушку, однако есть всё же одна причина, по которой им придётся это сделать. Возвращение вампиров уже подтверждено, а если ещё всё сказанное в письме окажется правдой, то грядёт нечто ужасное. Мир снова окутает тьма, а охотники выйдут наружу, чтобы поймать свою добычу. Люди должны будут опять проживать каждый день, надеясь, что они проснуться завтра утром.

- Если мы этого не сделаем, то каковы шансы, что вампирская угроза разрастётся до мировых масштабов? – Спросила Мисаки, сжав письмо в руке.

- С учётом новых технологий, даже если им будут противостоять королевские рыцари, то вампирам хватит всего месяц, чтобы погрузить мир в хаос.

Этого она и боялась. Даже взвесив все риски, у них не остаётся выбора кроме как отправиться в вампирский дворец и самостоятельно разузнать там обстановку. Снова придётся покидать дом на несколько дней, а самое худшее, что ей опять придётся заставить своих родителей волноваться. Однако даже это её не остановит, ведь если не она, то никто другой уже не сможет остановить вампирскую угрозу. Кажется, что сила демона и объединение их душ была специально предназначена кем-то судьбой, ведь без неё Мисаки вероятнее всего погибла бы где-то в тёмных переулках города. Эта ненавистная ей сила была так же её благословением.

- Хаха, по вашим взглядам уже всё ясно. Ладненько, тогда отправляемся сегодня же, только где-то в середине дня. Я приведу кое-кого к конюшне, но сам поеду только послезавтра. Тут накопилось столько дел, что даже совет управления с ними не справиться. А ещё нужно разрешить вопрос с тем владельцем шахты, который был под контролем вампира.

- Хорошо, тогда после звона колоколов собираемся у конюшни. – Сказала Роза.

Покинув кабинет, девушки разошлись по домам, чтобы подготовиться к длинному путешествию. Как и ожидалось, дома чуть ли не начался скандал по поводу нового отъезда Мисаки, однако ей всё же удалось уговорить родителей, сославшись на Бегира, который её защищает. Быстро собрав в чемодан всё необходимое, ей осталось лишь дождаться нужного времени, поэтому она решила провести остаток дня с семьёй. За столом Рой рассказал, что недавно подрался с дворовыми ребятам, чтобы защитить маленького котёнка. Дик сразу же похвалил его за такой смелый поступок, от чего на лице мальчика появился еле заметный румянец. Как бы ей хотелось остаться тут навсегда, однако звон колоколов прервал столь прелестную атмосферу, и Мисаки сразу почувствовала себя грустно. В такие моменты ей приходиться особенно трудно, поэтому она быстро со всеми попрощалась, чтобы не стало ещё хуже.

- Мисаки, а вот и ты. Что-то произошло? – Сказала Роза, заметив расстроенную подругу.

- Н-Нет, ничего. Просто уезжать не хочется. А Жан ещё не приходил?

- Не-а. Он ведь сказал, что кого-то приведёт, поэтому, наверное, и задерживается.

Простояв на улице возле конюшни ещё несколько минут девушки начали возмущаться, однако появившаяся светловолосая фигура вдали их быстро успокоила. Парень шёл в сопровождении нескольких солдат и человека в тёмной мантии, который по каким-то причинам казался знакомым.  Когда они подошли к ним, Мисаки сразу же его узнала. Это был Драф, они несколько раз виделись в темнице для специальных заключённых. Этот парень может видеть будущее людей, только лишь прикоснувшись к ним. Стоило Розе понять, кто это был, естественно её голос стал более агрессивным.

- Почему ты привёл его? Разве в нашей ситуации можно действовать так неразумно?

- Эй, расслабься. Он пообещал, что больше не предаст нас ради денег. Тем более его сила может пригодиться вам в замке вампиров, поэтому я его и привёл.

- Хаха, Роза, разве я так противен тебе? Надеюсь, что ты не задушишь меня во время поездки.

Попытавшись разбавить напряжённую обстановку шуткой, Драф перевёл взгляд на девушку рядом. Его волосы были такой длинны, чтобы скрыть свои глаза от каждого, поэтому никто не мог понять, о чём он постоянно думает. Однако, несмотря на это, стоило ему разглядеть нечеловеческую сущность внутри неё, он резко подпрыгнул и спрятался за спиной солдата сопровождавшего Жана. Поначалу идея с выходом из темницы под предлогом помощи парню казалась довольно выгодной, но теперь это больше похоже на ошибку. Буйная Роза и её подруга с демоном внутри могли в одну секунду лишить его головы, если он хоть раз попытается что-то провернуть.

- Э-Эм, Жан… М-Может мне стоит вернуться обратно? Вряд-ли я действительно буду полезен на этой миссии. По правде говоря, мой живот с самого утра болит из-за чего я не смогу поехать с ними.

- Хохо, Драф, что ты такое говоришь? Твоя помощь будет настолько полезной, что мне лично пришлось вытащить тебя из темницы. Животик болит, да? Ничего страшного если вам придётся пару раз остановиться, чтобы ты мог “вылечить” себя. – Сказал король, улыбнувшись на просьбу своего подчинённого. Иногда появляется такое чувство, будто его действия настолько безжалостны, что перед ним даже боги не устоят.