Бездомный главнокомандующий.

Глава пятьдесят шестая

                                               ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ 

 Стоит только подумать, что сны об Анг Ли больше никогда мне не приснятся, и мне становится плохо. Причём так плохо, что возвратясь домой с работы, я в буквальном смысле безвольно сажусь в кресло и ничего не могу, да и не хочу делать. Будь моя воля, я бы и на работу не ходила. Но такого, к сожалению, а скорее к счастью - я позволить себе точно не могу. Счета сами себя не оплатят.  
   Но! Хандра, хандрой, а не за горами рождественские праздники. И если подругам и сослуживцам на работе можно купить какие-нибудь приятные мелочи даже в последний момент. Ну, не совсем в последний, а то на прилавках останется только всякая ерунда. То озаботиться подарком для мамы нужно в ближайшие дни. А лучше завтра. Тем более что именно завтра у меня последний предпраздничный выходной. 
  Так, что с величайшим усилием соскребя себя утром с постели и с трудом впихнув в желудок чашечку кофе и сэндвич, я заставила себя одеться и всё-таки двинула по магазинам. Да!? Если я решила, что я одна такая необязательная и без проблем смогу купить подарки в последний предрождественский выходной просто потому, что все давно это уже сделали, то я глубоко ошиблась. 
   Буквально в каждом магазине, в который я заглядывала, в каждом отделе было настоящее столпотворение. Люди сметали с прилавков буквально всё подряд: мелкую бытовую технику, всевозможные новейшие гаджеты, парфюмерию, книги (и кто только их теперь читает в век всеобщей компьютеризации и вездесущего интернета) ювелирные украшения, дорогущие игрушки и многое другое. 
 Я давно уже решила, что я на этот раз подарю своей мамочке. Поэтому, быстро накупив для сотрудников всевозможных рождественских сувениров и прочих симпатичных мелочей, я покинула шумные центральные магазины и с облегчением углубилась в знакомый проулок.  
  Этот небольшой магазинчик я открыла для себя только этим летом. Причём, почти сразу после его первого же дня работы. Не могу сказать, что меня в нём привлекло с первого взгляда. Может быть ненавязчиво-строгая лаконичная вывеска. Может быть, спокойная песочно-коричневая отделка интерьера. 
  Но вот выставленные в нём товары, привлекли меня однозначно. Это были фигурки из дерева. Не из мрачного чёрного или благородного красного. Нет! Липа и берёза. Только эта тёплая и даже какая-то уютная древесина властвовала везде и всюду на его витринах и на полках.  
  Забавные старички, домовитые бабульки, задиристые сорванцы и даже изящная балерина со своими застывшими в балетных пачках подругами. Всё было вырезано именно из этих пород дерева. Я уже не говорю про всевозможные резные ложки, черпаки, какую-то кухонную утварь и различные штучки, сплетённые (или связанные, я не знаю, как правильно) из липовой коры. А ещё была береста… 
 Перед витриной с удивительными берестяными шкатулками, вазочками, коробочками и туесками я зависла, кажется, на целый час. Приветливая хозяйка магазина, видя моё изумление, охотно рассказала о назначении почти каждого предмета и даже дала их мне на время в руки, чтобы я смогла ощутить их удивительное тепло и текстуру самой бересты.  
  Мне приглянулись берестяные баночки для специй с плотно подогнанными  деревянными крышечками и я попросила придержать их для меня. Забавная, в причудливых завитках резьбы выжженная надпись на каждой из баночек, точно понравится моей  пунктуальной маме. 
  А запах! Только берёзовая береста имеет такой мягкий, сладковатый с чуть заметной горчащей ноткой аромат. Я была несколько раз в России. Мама возила меня туда в детстве. И именно тогда, ещё в детстве, я и влюбилась в белоствольные берёзовые рощи окружающие пригороды Москвы, куда она меня возила на экскурсии.  
Помнится, я ещё недоумённо спросила у хозяйки магазина: 
- Берёзовая кора ведь белая. А почему изделия из её бересты имеют разные оттенки коричневого? Да и ещё чуть темнее, чем сама древесина.  
- Да потому, что перед тем, как из неё что-то сделать, кора подвергается специальной обработке. Вот она и приобретает после неё такой цвет. А саму древесину после резьбы только лакируют и всё. Но изделия из бересты, зато и прочные, и лёгкие. И никакие вредители не заведутся в банке или туеске, если они сделаны из бересты. В старину в таких банках с крышками даже крупы и муку хранили. 
  Зайдя в знакомый магазинчик, я попросила хозяйку упаковать тот давно понравившийся мне набор, оплатила покупку, а выйдя, решила перекусить. Уютное кафе, ради которого я всегда и ходила в этот переулок, встретило меня знакомыми вкусными ароматами ванили, кофе и сдобы. Усевшись у окна, я сделала заказ и призадумалась.  
  Мне вспомнился весь этот год: Бездомный, свадьба шефа, Эрика, наши посиделки с девчонками. Мамино чуть ли не еженедельное настойчивое желание познакомить меня с каким-нибудь молодым человеком, и такие же постоянные сны об Анг Ли. Мартин с его выставкой. Сколько же всего произошло всего за один единственный год в моей жизни! 
  Я так задумалась, что даже слегка вздрогнула, когда официантка поставила передо мной тарелочку с заказанными миндальными пирожными и дымящуюся чашечку капучино с забавным шоколадным вензелем поверх пенки. Смущённо улыбнувшись, я опустила глаза на тарелку, на которой помимо пирожных лежали две крошечные зефирки в форме снежинок. 
- Выбирали подарки? – Заинтересованно кивнула она головой на свёртки и коробки на соседнем стуле. 
- Да. Маме и друзьям, - подтвердила я. 
- А я уже давно своим купила. Вон в том магазине, - официантка взмахнула рукой на противоположную сторону улицы, - прикольные у них штучки. 
- Я там тоже маме подарок покупала. 
Но тут кто-то из посетителей позвал девушку принять заказ, и она, извинившись, убежала, вынужденно прервав наш разговор. Тающие во рту пирожные и глоточек ароматного кофе. М-м-м… Они и зефирные снежинки точно немного подняли моё настроение, но главное, зарядили энергией. Расплатившись и бодро подхватив покупки, я решила купить в честь праздника что-нибудь и для себя лично.  
  Но пробродив целых два часа по близлежащим магазинам, так ничего и не выбрала. Пакеты с покупками не были особо тяжёлыми. Но за это время так оттянули мне руки, что я уже собралась плюнуть на всё это бесцельное хождение от прилавка к прилавку и отправиться домой. 
  Маленькая нефритовая статуэтка японского самурая не сразу привлекла моё внимание. Она затерялась на витрине среди яркого многообразия изящных металлических, пластиковых, стеклянных и даже тряпичных фигурок и персонажей из мультфильмов, комиксов и чего-то там ещё. Как он вообще оказался в этой неподходящей компании, оставалось только гадать.  
  Эта фигурка чем-то напоминала моего бездомного. Не физическим сходством. Нет. А затаённой внутренней силой и энергией. Как и он, она излучала некую уверенность в выбранной цели и непоколебимое упорство в её выполнении. Я подхватила фигурку самурая и хотела пройти к кассе, как вдруг увидела глаза. 
  Нет. Глаза не были кем-то изготовлены и вовсе не лежали рядом с этой фигуркой на витрине. Они принадлежали худенькой, опрятно одетой светловолосой девчушке лет десяти-двенадцати. Не по детски серьёзная, с чуть печальным изгибом розовых губок и зачарованным взглядом прозрачно-голубых глаз оттенённых густыми тёмными ресничками и бровками девочка стояла и, не отрывая глаз, смотрела на стеклянную Ариэль, стоявшую неподалёку от моего самурая.  
- Нравится? 
Девочка утвердительно кивнула головой. 
- Так попроси Санту, чтобы он тебе её подарил. 
- Не подарит, - печально вздохнула девочка, - он опять мне подарит носки или варежки с оленями. А я хочу её. 
- Так пускай мама тебе её купит. 
- Мама не сможет. Она болеет. Миссис Вон говорит, что она скоро отправится на небо. 
- А папа? 
Девочка опять едва заметно печально вздохнула, но ответила. 
- Папа прилетит только после праздников. У него работа в другом городе. А нам к нему нельзя из-за мамы. 
И тут мне стало стыдно. Я взрослая женщина. Самодостаточная, обеспеченная, а раскисла – как сопливая девчонка. Обидно ей, что снов интересных больше не будет. Вот! Перед тобой ребёнок: Ему должно быть сейчас намного труднее, обиднее и страшнее, чем тебе. Ведь её ещё никто пока не научил справляться с несправедливостью взрослого мира. А она держится гораздо достойнее тебя. И тут меня осенило! 
- А как тебя зовут? 
- Софи. 
- С кем ты? 
- С миссис Вон. Она вон там, выбирает подарки для своих внуков. 
Девочка энергично замахала пожилой грузной женщине, держащей в руках коробку с какой-то игрушкой. 
- Софи, иди сюда, - крикнула ей женщина, и ребёнок, улыбаясь, быстро побежал к ней. 
Я уверенно подхватила фигурку русалочки в компанию к своему самураю, расплатилась. Но шепнув несколько слов кассирше, оставила у неё одну из своих покупок.  
  Немного отойдя в сторону, я с затаённым вниманием и, чего греха таить, удовольствием понаблюдала, как моя собеседница сопровождаемая женщиной подошла к кассе. Как та расплатилась за несколько коробок с игрушками. И вот кассирша протянула девочке её стеклянную мечту. За такую счастливую улыбку, что расцвела на лице этого ребёнка, можно заплатить и миллион долларов.  
  И я вдруг подумала. А может мама и права? Может и мне стоит прислушаться к её словам. Выйти замуж, да хоть за того же Мартина, ведь не зря же он мне ещё с детских лет нравится. Родить ему дочь. И каждый вечер любоваться на её такую же счастливую, как у этой девочки, улыбку подаренную мне просто так. Просто за то, что я её мама. И дарить ей в ответ свою. Просто за то, что она моя дочь. 
  А как же Анг Ли? Мелькнуло где-то в голове. А Анг Ли для меня был и останется сном. Только сном и ничем больше…