Безмолвная

Глава 13

— ЛиРа, как ты себя чувствуешь, — первым делом, снова интересуется Каманах. Как будто, за полчаса его отсутствия могло что-то случиться.

«Да меня только что поезд переехал!» — хочется ответить преподу, но чем и хороша немота: молчание — золото.

Принимаю вертикальное положение на кушетке, поправляю задравшуюся юбку, ибо, замечаю как мужики, изо всех сил стараются не коситься на открывшийся вид на белые, девичьи бёдра.

«Извращенцы… блин. Угораздило же меня в женское тело попасть, мучайся теперь»

Уже традиционным жестом — оттопыренным большим пальцем — даю знать, что всё нормально. Каманах облегчённо выдыхает. Он, снова расстаётся с телефоном, достав его из кармана и передав мне. — «Пишите, Шура, пишите… Ваши слова золотые»

Настрочить послание не успеваю. Меня перебивает Сарин.

— Заместитель Ким, хорошо, что вы зашли! Как вы могли допустить до занятий немую девочку, страдающую эпилепсией и перенёсшую амнезию, не предоставив ей возможность пользоваться средством коммуникации во время уроков? Она, даже элементарную просьбу не может озвучить. Я понимаю, правила для всех едины, но послушайте мнение эксперта, сделайте для неё исключение. В её состоянии, любое нервное перенапряжение может вызвать новый приступ, а коммуникатор позволит девочке заранее предупредить окружающих о любом недомогании, и поможет избежать множества проблем в будущем.

Перевожу взгляд на завуча, замечаю, как вытягивается его лицо от изумления.

«Интересно, а откуда ты узнала про отобранный планшет?» — любуясь реакцией местного надзирателя, пытаюсь я решить нехитрую головоломку. — «Или, не узнала? Тогда, о чём речь? А про мою амнезию, значит, комедию разыграла? Да и Каманах, кажется, не стал портить сюрприз, отыгрался за свой позор. Иначе, завуч бы сейчас не бледнел у всех на глазах, а расшаркивался в извинениях, возвращая мне мою собственность. Сговорились они, что ли?»

ЮнДжон соображает быстрее меня, поняв, что речь идёт совсем о другом, нежели об ограблении беззащитного ребёнка.

— Пусть ЛиРа зайдёт ко мне, после лазарета. Я дам ей письменное разрешение. — Произнеся эту короткую речь, он разворачивается и уходит.

«Как бы удар мужика не хватил, вон, как побелел. Запишут на меня труп, ходи потом, оправдывайся. Хотя, наверное, я стану местным авторитетом. Получу прозвище „убийца завучей“, стану их грозой. А новый, десять раз подумает, стоит ли со мной связываться. Короче, во всём можно найти свои плюсы»

Прислушиваюсь, но, из-за закрытой двери, никаких звуков падающих тел не доносится. Лишь, скрип удаляющихся шагов, по кафелю.

— ЛиРа, ты пережила амнезию?! — изумляется классный, в свою очередь, отрывая меня от занимательных мыслей. Киваю, подтверждая сказанное. — Твоя хальмони ничего об этом не сказала. А ты помнишь школьную программу?

«Ну вот, и ты туда же! Если узнаешь, что я помню, у меня на руках может оказаться уже два трупа, дорогой ты мой товарищ учитель. Нужно было раньше интересоваться!»

Показываю один палец два раза. В конце концов, он же не спросил, за какой класс.

— Что это значит? — переспрашивает Каманах, не поняв жеста. Краем глаза замечаю, как Сарин, еле сдерживается, чтобы не засмеяться. Отмечаю, что ей очень идёт такое, напряжённо-весёлое выражение лица. Только, её смех будет выглядеть совсем не профессионально. — «А-та-та!»

— Лира хочет сказать, что её амнезия не помешает ей сдать тест на знания, — справившись с эмоциями, отвечает за меня психологиня.

«Не помешает оказаться в глубокой заднице, в которую, я, только что, выписал себе билет. Или, на больничной койке, после очередного припадка у доски. Они об этом подумали вообще? Может, намекнуть, предложить, протестировать меня, задав домашнее задание?»

— ЛиРа, ты не волнуйся, — будто прочитав мои мысли, говорит Каманах, — никто тебя к доске больше вызывать не будет. Я обещаю. А тест сдашь лично мне, без посторонних.

Настаёт очередь телефона, который я не выпускаю из рук, пока длится вся эта говорильня.

[По закону, я ведь имею право не сдавать тест?]

— Можешь, — разобрав мелкий шрифт, и нахмурившись, отвечает Каманах. — Но ты пойми, если твоя успеваемость не будет соответствовать нормам, школе придётся оставить тебя на второй год. А ещё, ты можешь потянуть свой класс вниз, по общеклассовому баллу.

«Ах, вон как, коллективная ответственность? Ну-ну!»

[Я отказываюсь сдавать тест]

Каманах, прочитав моё заявление, хмурится ещё больше.

— ЛиРа, дело в том, что твоя хальмони, при подаче документов скрыла некоторые факты о тебе, тем самым, предоставив школе недостоверные данные. Это может стать основанием для твоего отчисления. Чтобы этого не произошло, ты должна будешь подтвердить свою компетентность, позволяющую обучаться в текущем классе. Так что, выбор за тобой. Или тебе придётся пройти тест, или двери этой школы будут для тебя навсегда закрыты. Ты меня понимаешь?

Я его понимаю. А ещё, я понимаю, когда пытаются блефовать, и не перевариваю, когда пытаются навесить незаслуженных обязательств и долгов. Никому я ничего не должен. Отстаньте от меня.

[Личные медицинские данные являются тайными. Моя хальмони была не обязана предоставлять сведения подобного характера. Собственно, как и присутствующая здесь врач, не имела права разглашать их посторонним без согласия моего опекуна. Учитель Каманах, давайте обойдёмся без взаимных пикировок. Не доводите до нового приступа на нервной почве. Если вы переживаете за мои оценки, что ж, время покажет. А сейчас, меня ждёт завуч. Проводите меня, пожалуйста, к нему, я не знаю дороги]

Не дожидаясь ответа, сползаю с койки и направляюсь к выходу. Попутно, протягиваю сотовый Каманаху. Тот, с каменным лицом забирает свой девайс, следует за мной. Обе женщины, для которых, содержимое моего послания осталось тайной, провожают нас заинтересованными взглядами.

— Лира-ян, я бы хотела с тобой пообщаться, как-нибудь. Ты уделишь мне немного своего свободного времени? — уже в дверях догоняет меня вопрос от Сарин.