Безмятежный лотос у подножия храма истины

Невиновность

Под разговоры о науке время летело на удивление быстро. Но все равно Вика сильно поразилась, когда на следующее утро по часам Системы услышала, что кто-то зашел в темницу и направляется в их сторону. Она быстро оторвала талисман, и камера вновь погрузилась в темноту. Подушки она тоже спрятала и отошла как можно дальше от решетки, а то вдруг тут не один меткий верблюд водится, а несколько.

Оказалось, что это сам глава ордена пожаловал. Вика уже думала, что он пришел с намерением заставить ее покаяться, но Веньян внезапно распахнул решетку и взмахом руки заставил железный ошейник развалиться на части. А потом прямо с порога начал просить прощения. Речь его была довольно бессвязной и по большей части состояла из самобичевания, так что Вика только через пять минут поняла, что все обвинения с нее сняты, потому что главы пиков получили какие-то неопровержимые доказательства ее невиновности.

Девушка, все еще слегка недоверчиво, направилась к выходу из камеры, и только сейчас Веньян заметил, что она не связана.

- А что случилось с вервием бессмертных?

- Местные тараканы съели, - мрачно торжествуя, ответила Вика и больше ничего пояснять не стала.

Эти насекомые все еще были тут, и чем дольше глава ордена здесь находится, тем больше их на себя соберет. Девушка уже почти вышла из пещеры с камерами, но совесть ее все-таки заела. Как-то не по-человечески это - сначала так дружелюбно общаться с шиди всю ночь напролет, а потом бросить его здесь. К тому же она вчера его чуть сумасшедшим не сделала, лучше не оставлять его теперь в темноте и одиночестве. Так что Вика остановилась и произнесла:

- Чуньгуана тоже надо выпустить.

- Что? Но он же...

- Если его наказываете, то и остальных глав тоже надо. Вы все на меня напали. Поверили в какую-то чушь, и не только подняли на меня руку, но еще и унизили. Я и не ждала от них ничего иного, но вот ты... То, что сделал ты - это настоящее предательство, - перебила его Вика, специально наступив на самую больную мозоль.

- Шиди, я...

Веньян хотел что-то возразить, но она снова не дала ему закончить:

- Ты знал меня больше ста двадцати лет, и все равно поверил, что я способна на что-то такое отвратительное. Какие у тебя вообще могут быть оправдания?!

Глава ордена не нашел, что возразить, и действительно выпустил Чуньгуана.

Когда они втроем добрались до выхода, термиты как раз проявили себя. Но одежды главы были из плотных тяжелых тканей, так что стриптиза не произошло, и все равно Веньяну пришлось поспешно улететь, чтобы переодеться. Чуньгуан попрощался и тоже отправился на свой пик, чтобы привести себя в порядок после долгого заточения, а Вика через Радужный мост переместилась на пик снабжения, чтобы всласть пожаловаться Чуньтао на творящийся произвол. Шиди в ответ накормил ее всякими деликатесами и организовал ее воссоединение с Синченем. Бедный меч едва ли не рыдал от того, что не смог защитить хозяина, и чтобы его утешить, пришлось устроить продолжительные обнимашки. А в это время Чуньтао как раз поведал, что же за доказательства такие вытащили ее из тюрьмы. Оказалось, что Дандан пришла к главе пика целителей и потребовала медицинского освидетельствования. И сразу стало понятно, что никто ее не растлевал.

- Таким образом маленькая девочка оказалась умнее, чем все главы пиков вместе взятые, - мрачно подытожила Вика. - Вместо того, чтобы разобраться, как взрослые, разумные люди, они не нашли ничего лучше, кроме как обездвижить меня и закинуть в камеру.

- Шисюн, я был абсолютно уверен, что ты не виновен. Я пытался убедить остальных, но меня никто не послушал, - жалобно произнес Чуньтао.

- Я знаю, - ответила девушка. - Ты ведь мой лучший друг, ты бы не стал во мне сомневаться.

Шкала отношений с шиди тут же подросла и почти достигла максимума.

После этого Вика вернулась на свой пик, и первым, кто ее встретил, оказалась Дандан. Девочка склонилась в самом низком местном поклоне и начала просить прощения, едва ли не стучась головой о землю. Вика поспешно подняла ее, а то как бы та и правда себе лоб не разбила.

- Эта недостойная ученица заслуживает наказания. Учитель потерял память, а эта недостойная не напомнила ему, что ей нельзя входить в дом, принадлежащий мужчине. Это все вина ничтожной ученицы, - рыдала девочка.

- Ну-ну, - Вика легонько похлопала ее по голове, не зная, как успокоить. - Честно говоря, я удивлена, как быстро и ловко ты разрешила возникшую проблему. Дандан, у тебя ума оказалось больше, чем у всех глав пиков вместе взятых. Относись к произошедшему, как к важному жизненному уроку. Просто запомни, что никогда не стоит слепо верить авторитетам. Даже если кто-то старший и, предположительно, мудрый, что-то тебе скажет, не стоит принимать его слова, как непогрешимую истину.

- Учитель, Дандан клянется, что запомнит ваши слова на всю жизнь!

- Вот и молодец, - Вика обрадовалась, что девочка перестала рыдать, и вручила ей фигурный пряник, чтобы окончательно отвлечь от переживаний. - Держи. Сладкое полезно для умственной деятельности.

Но сладость неожиданно оказала противоположный эффект, и из глаз девочки снова полились слезы. Не дав ей опять разрыдаться, девушка торопливо придумала для нее задание:

- Отложи пока проект со школой и напиши для меня эссе на тему, что можно и нельзя делать главе пика. Самостоятельно я все эти правила еще не скоро найду, а впросак могу попасть запросто.

- Да, учитель! Эта ученица все сделает!

- Не торопись слишком сильно, думаю, трех дней на работу будет в самый раз.

Вика спровадила Лян Дандан, и повернулась к Чжоу Кану, который терпеливо ожидал своей очереди, чтобы тоже покаяться. Во-первых, он чувствовал себя виноватым, что его не было рядом, когда эта настырная Дандан пришла приставать к учителю со своими глупостями, да еще и не постеснялась вломиться в его жилище. А во-вторых, он поверил во все эти слухи, и теперь ему было стыдно за это.