Безответно влюблён

Глава 3 - Клубок взглядов

Утро перед школой – это, пожалуй, одно из самых тягостных ощущений, которое давит на грудь с самого момента пробуждения. Ты вроде бы и можешь, теоретически, пропустить занятия, но совесть грызёт изнутри: упустишь материал один раз – и всё, пиши пропало, потом будешь грести лопатой этот снежный ком пропущенных тем. Единственной отрадой сегодня была пятница, словно предвестник свободы, а впереди – долгожданные выходные, два дня, которые обещали хоть какое-то забвение от навалившихся проблем. По плану, я намеревалась сегодня пригласить Миру с ночёвкой. Не просто поболтать о пустяках, а наконец-то поделиться с ней всей этой историей о Максе, которая комком застряла у меня в горле и не давала дышать.

Итак, я поднялась с постели, чувствуя, как вчерашняя усталость и переживания тянут вниз, но заставила себя совершить свой утренний ритуал. Сегодня решила заплести две тугие косы, чтобы волосы не мешали и вообще – чтобы собрать себя в кучу. У меня достаточно длинные волосы, поэтому такая причёска всегда выглядит очень опрятно и привлекательно. Надела белоснежный, уютный свитер, который должен был хоть немного согреть от осенней промозглости и чёрные джинсы, нанесла лёгкий, почти незаметный макияж – так, чтобы лицо выглядело свежее, но не отвлекало от внутренних переживаний. Приготовила себе на завтрак привычную яичницу и горячий чай, вливающий тепло в стынущее тело. За двадцать минут до начала занятий, чтобы не опоздать и не привлекать лишнего внимания, обулась, накинула куртку и, стараясь не задерживаться, вышла из дома.

На улице царила сегодня пасмурная, какая-то совсем нерадостная погода; тяжелое, серое небо нависло над головой, словно предвещая нечто неприятное. После полудня ожидался дождь, и я очень надеялась, что мне удастся избежать встречи с ним. Листья, словно маленькие осенние кораблики, живописно опадали с деревьев, кружась в воздухе, и я даже достала телефон, чтобы запечатлеть этот момент на камеру. Вообще, я из тех людей, кто по-настоящему любит снимать и фотографировать всё, что связано с природой. Я обожаю ловить на камеру закаты и рассветы, часами могу восхищаться животными, величественными лесами, бескрайним небом и могучими деревьями. Во всём этом я вижу неоспоримое творение некой высшей силы, невидимого Художника, чьи мазки выглядят потрясающе, и я никогда не перестану восхищаться этой неземной красотой природы. Глядя на закаты и рассветы, я всегда думаю, что это словно сам Бог взял в руки палитру и кисти и искусно расписал небесный холст перед восходом или заходом солнца.

Как обычно, мы с Мирой направлялись в школу вместе. Я подошла к её дому и, чуть поеживаясь от прохлады, стала ждать, когда она выйдет. Мира появилась через минуту, словно только и ждала моего появления. Мы обнялись – тепло и крепко, как умеют только подруги, прошедшие через огонь и воду, – и поздоровались.

– Как дела? Всё дз сделала? – поинтересовалась Мирослава, на ходу поправляя рюкзак.

– Всё хорошо. Да, сделала всю домашку, и на удивление сама: ничего не списала, – ответила я, стараясь говорить непринуждённо. – А ты как?

– Ещё спрашиваешь! – Мира гордо вскинула подбородок. – Конечно же, я сделала всю домашнюю работу, и даже заранее подготовилась к теме, которую мы будем разбирать сегодня по геометрии! Ты же знаешь меня.

– Ну, неудивительно. Я даже не удивлюсь, если ты скоро, как Галина Сергеевна из старых “Папиных дочек”, возьмёшь и освоишь всю программу за седьмой, восьмой и девятый классы и перейдёшь сразу в десятый! – усмехнулась я, пытаясь отвлечься от своих невесёлых мыслей.

Подруга рассмеялась, сделала вид, будто обиделась, но в глазах плясали веселые огоньки. Мы продолжили путь в школу, обсуждая обычные девичьи темы, пытаясь отсрочить неизбежное погружение в школьную рутину.

– Мира, го ко мне на ночёвку сегодня? – предложила я, заметив, как её смех становится чуть тише. – Мы их так давно не устраивали, а нам есть о чём поговорить… Ты даже не представляешь, сколько всего навалилось.

Мирослава посмотрела на меня задумчиво, в её взгляде читался вопрос. А потом ответила:

– Я не против, звучит круто. Только у мамы после уроков спрошу.

Мы вошли в здание школы, и едва я сделала шаг через порог, как почувствовала на себе сотни взглядов. Скинули куртки в гардеробе, и направились на первый урок – английский язык. Зайдя в кабинет, я увидела своих одноклассников, которые, завидев меня, тут же принялись перешёптываться, хихикая и то и дело поглядывая в мою сторону.

– Что это с ними? – недоумённо посмотрела на них Мира, явно не улавливая атмосферу.

Я, кажется, начала догадываться о причине этих перешёптываний. Все эти смешки ещё ладно, но когда я увидела злое, искаженное ненавистью лицо Ани Калининой, которая, видимо, решила сегодня посетить школу и буквально прожигала меня взглядом, то это мне уже совсем не понравилось. И я окончательно поняла, что всё это из-за ЧЁРТОВА КОТОВА.

Дверь распахнулась, и в класс вошёл Макс. Он прямым шагом подошёл ко мне, словно никого вокруг не замечая, и протянул новое подарочное издание книги Анны Джейн.

Я вылупилась на него, как на умалишённого, не веря своим глазам.

– Это что?! – вырвалось у меня немного грубо, но, кажется, меня можно было понять. Моё сердце билось как сумасшедшее.

– Подарок, – сухо, без лишних эмоций, ответил Макс, не отводя от меня взгляда.

– Я его не возьму! – с жёсткостью отрезала я, чувствуя, как внутри всё закипает.

После чего Котов лишь едва заметно улыбнулся, словно наслаждаясь моей реакцией, и, не дожидаясь согласия, положил книгу на мой стол.

На меня смотрела Аня, и, казалось, от неистовой злости захлёбывалась собственным ядом. Она, сжав кулаки, подбежала ко мне, наклонилась и прошипела сквозь зубы:

– Я буду ждать тебя после уроков в туалете. Если не придёшь на разговор, то совсем скоро твоё милое личико превратится в избитое и некрасивое, – с ледяной угрозой произнесла Аня и, бросив на меня последний яростный взгляд, удалилась на своё место.