Безрассудная любовь

6

В музыкально-драматическом театре показывали спектакль, написанный по пьесе Уильяма Шекспира «Ромео и Джульетта». Екатерина с удовольствием смотрела, как талантливые актеры передавали чувства и желания героев знаменитейшей трагедии всех времен и народов.

– И как тебе спектакль? – спросил Дмитрий в салоне автомобиля, покидающего автостоянку возле театра.

– Класс! Мы в школе читали пьесу, но театр. Он перевернул во мне все! Я тоже хочу такую любовь! – ответила Екатерина, вытирая слезы и повернув лицо к окну. Улица ночного города расплывалась в мокрых от слез глазах. – Хочу испытывать подобные чувства и хочу, чтоб меня любили также сильно. – Еле слышно продолжила она.

В машине играла музыка, и Дмитрий не услышал этих слов.

– Катя.

– Что?

– Я тебе нравлюсь? – спросил он, мельком взглянув на девушку в зеркало.

Волнение, вызванное неожиданным вопросом, молниеносно пробежало по телу, заставив сердце ускорить ритм.

Екатерина молчала.

– Я тебе нравлюсь? – переспросил парень.

– Да, – не двигаясь, ответила она, ощущая жар на щеках.

– Почему?

– Что почему?

– Почему я тебе нравлюсь?

– Не знаю, – тихо говорила она, – просто нравишься и все.

Екатерина хотела спросить: «А я тебе?», но не успела. Следующий вопрос застал врасплох.

– Надеюсь, не по тому, что я обеспеченный? – холодно спрашивал он.

Екатерина удивленно посмотрела на парня.

– При чем здесь обеспеченный? Дима, ты считаешь, что меня привлекла твоя машина, квартира и тому подобное?

Он молчал.

– По-твоему я продаюсь?

Он продолжал молчать.

– Почему ты так думаешь?

Он молчал, увеличивая скорость автомобиля.

– Дима!!!

– Ты очень сильно похожа на девушку, которую я любил. Я тебе о ней рассказывал!– говорил Дмитрий, выжимая педаль газа. – Она была со мной только из-за денег. И при возможности, не задумываясь, променяла на другого. Я боюсь, что…

Он замолчал.

– Что? Что я такая же? Что я ищу богатого?

– Я не знаю… Катя, ты мне нравишься… очень… и я боюсь, что ты, как она, разобьешь мне сердце, – сделав небольшую паузу и сбавив скорость, он продолжил. – Катя, если ты полюбишь меня так, как в том спектакле, я обещаю, что дам тебе все, что ты захочешь. Только полюби меня. Полюби по-настоящему!

Он замолчал. Екатерина вновь посмотрела в окно – дома сменяли друг друга, оставляя полосы света во все еще мокрых глазах. Шум мотора и классическая музыка нарушали царствующую в салоне тишину.

– И сильно я похожа на нее? – ледяным голосом спрашивала Екатерина.

– Очень!

– А чем?

– Почти всем! И лицом, и фигурой, и даже волосами.

– Ты на меня обратил внимание только из-за того, что я похожа на нее? – сделала вывод девушка.

Дмитрий молчал.

– Ты во мне видишь ее! Каждый раз, обнимая и целуя меня, ты представляешь, что я – это она! – злилась Екатерина.

– Нет! Ты – это ты, а она – это она. Я никогда не представлял ее, обнимая и целуя тебя!

– Но со мной ты из-за того, что я похожа на нее. Ты ее до сих пор любишь?

– Нет!

– Да!

– Нет!

– Дима, хочешь врать мне – ври. Но себе не ври! Ты продолжаешь любить ее!

– Ты ошибаешься!

Парень повысил голос.

– Отвези меня домой!

– А как же ресторан?

– Я хочу домой. Отвези меня, пожалуйста, домой.

– Хорошо!

Volkswagen Passat подъехал к дому, где они жили. Всю дорогу Дмитрий и Екатерина не обмолвились ни словечком – каждый думал о своем.

Парень был поглощен воспоминаниями о Наталье, желанием быть с Екатериной и страхом предательства девушки.

В голове Екатерины звучала музыка из спектакля, перед глазами по-прежнему играли актеры, делясь светлым чувством, которое люди называют «любовь».

– Мы приехали, – нарушил тишину молодой мужчина, когда они подъехали к дому, где жили.

– Спасибо, что сводил в театр, – холодно благодарила она, протягивая руку, что бы открыть дверь.

– Катя, стой, – дрожащим голосом говорил Дмитрий, взяв Екатерину за руку. Парень боялся, что если сейчас она уйдет, то он больше никогда не увидит ее. – Прости, если обидел. Просто ты мне очень сильно нравишься. Точнее я люблю тебя! Если ты ко мне чувствуешь что-то подобное – то давай будем вместе.

– Ты видишь во мне ее! – злилась девушка.