Безумие! Выкинь из памяти, Грейнджер!

Наказание или счастье?

Склонившись над колыбелью и, рассматривая  рыжие кудряшки волосы двухгодовалой девочки, она думала о том, что всё в этом мире неоднозначно. Когда ты думаешь, что произошедшее с тобой ниспослано тебе, как наказание, вдруг,  это оборачивается в твоей жизни спасением и единственной нитью, способной удержаться в этом мире, помогает  не сойти с ума, оберегает от глупостей, не даёт скатиться в бездну отчаяния, а заставляет барахтаться всеми силами и  удержаться на плаву.

Прошло уже три года после окончания войны и победы над тем, кого нельзя было называть вслух. В этой войне она потеряла самых близких и дорогих ей людей, оставшись сиротой и без средств существования, она бежала в мир маглов, чтобы скрыться от всех тех, кто её знал. Ей было 20 лет и её прическа претерпела сильные изменения. Никто бы не узнал в ней ту отважную героиню, с когда-то густыми и непослушными каштановыми волосами, которую звали Гермионой Грейнджер.  Она стёрла из памяти этот образ, поменяла цвет волос на светло-русые, её волосы были уложены аккуратными крупными волнами, нежно обрамляя лицо. Новый образ невероятно шёл ей. Девушка выглядела, как хрупкая статуэтка. Постоянные подработки, недосып и заботы  о маленькой дочери сильно изматывали её, она выглядела очень  худой и уставшей, лишь в  такие минуты - любуясь своим ангелом, глаза её преображались, наполняясь  светом и любовью.

- Мой ангел! – шептала она, осторожно поглаживая её  рыжие кудряшки. Их хотелось гладить всё время.  – Какая же удивительная генетика, от меня ей достались  цвет и кудри, но гладкие как шёлк ….

-Чёрт! Забыть, Гермиона, не думать!!! Я - Миона Верес, у меня другая жизнь, другая фамилия! Гермионы Грейнжер больше нет! Она погибла в том доме вместе с родителями! Взрыв был такой мощности, что найти и определить чьи были там останки - было невозможно! Никто не знал, что в этот момент её не было дома.

Как хорошо, что работа изматывала её так, что стоило только

прикоснуться голове к подушке – она проваливалась в глубокий сон. Только иногда ей снились ужасы войны-кровь, убийства и смерть- всхлипывая, она просыпалась в холодном поту и шла за успокоительными каплями, чтобы снова заснуть без сноведений.

Но мозг упорно вырывал из памяти то, что она старалась спрятать глубоко, вычеркнуть навсегда – и,  тогда приходили другие сны…  

- Ненавижу! Не смей! – шептала она во сне и голова металась по подушке, а руки сжимались в кулаки, с остервенением загребая простынь! Вот тогда девушка просыпалась и начинала плакать, как ребёнок, жалея себя и ненавидя одновременно, ненавидя его ещё больше, хотя больше просто уже невозможно! Просто невозможно!