Безумная любовь

Глава 1.

-Папа, я никогда, никогда не предам его! Как вы можете говорить такие ужасные вещи, как вы можете даже подумать, что я брошу Клода в беде?

Старый граф де Милье смотрел на свою красавицу дочь Иоланту. Наследница его огромного состояния, прекрасная, как мечта, она всегда была его утешением в старости. Мать ее давно покинула их ради счастья на Небесах и он вскоре планировал присоединиться к ней.

Старый граф был болен, очень болен и знал, что дни его сочтены. Но Иоланта об этом не знала, а он не хотел в последние свои часы видеть ее слезы. Нужно было устроить ее судьбу как можно скорее, не дожидаясь мальчишки де Вильера, который не только год назад потерял родителя, но и был полностью разорен. Старик хорошо знал, как Иоланта относилась к новому виконту де Вильер, но разве мог он позволить себе ждать? Иоланте скоро исполнится восемнадцать, а Вильер отправился поправлять свои дела в Лотарингию и сгинул там, так и не написав ни строчки. От старой домоправительницы Вильеров граф знал, что юный Клод де Вильер жив и здоров, и, возможно, ему удастся вернуть себе состояние и уважение соседей. Но сколько еще времени это займет?

Время, время... Когда ты молод, ты не думаешь, как оно быстротечно, размышлял граф. Его прекрасная дочь рыдала, и он понимал ее. Но так же он понимал, что горе ее мимолетно и пройдет в тот миг, как только новый жених станет ей мужем и отвезет ко двору. Не могут они ждать Вильера, тем более, что этот жених намного знатнее и богаче всех, кто до этого пытал счастье у его дочери.

Андрэ, герцог де Лазенкур был чуть старше Иоланты, лет на пять. Он явился в их дом на радость графу со своим дядей, герцогом де Шеврез, и почти две недели гостил у них. Граф сразу заприметил, что молодой герцог не сводит глаз с Иоланты, и ночами молился о том, чтобы все эти томные взгляды закончились предложением руки и сердца. Конечно же молодой герцог отвезет Иоланту в Париж. В свое время мать Иоланты блистала в Париже, но им пришлось уносить ноги, когда король положил на нее глаз. Теперь же времена поспокойнее, потише, король совсем молод, и ничего ужасного не случится, даже если он...

Мысль эту старик додумывать не стал. Иоланта плакала, сидя на софе, и казалась такой несчастной в тот миг, когда ей наконец улыбнулась удача. Как юность наивна... не может распознать удачу там, где видится сиюминутное горе и несчастье. Да, девочка влюблена в этого мальчишку Клода. Граф когда-то одобрял ее выбор. И, не скончайся старый виконт так неудачно в прошлом году, да не откройся потом вся пропасть его долгов, граф пошел бы на поводу своей дочери и выдал ее за Клода де Вильер. Но теперь, теперь, когда все стало известно, мог ли он доверять сыну мота и игрока, оставившего наследника на растерзание кредиторов? Не станет ли сын таким же мотом, стоит ему получить приданое Иоланты? Не оставит ли ее без последнего су, не бросит ли, когда пройдет первая страсть, ради богатой покровительницы?

Было о чем задуматься старику. И тут Фортуна повернулась к нему лицом. Молодой герцог Андрэ де Лазенкур с первого взгляда влюбился в Иоланту. Герцог был готов сложить к ее ногам все несметные богатства, дать титул, представить ко двору... Граф смотрел на него, размышляя о будущем, которого не существовало для него самого, но которое существовало для его дочери. Он понимал, что Иоланта, жившая ожиданием Клода де Вильера, будет поражена его решением. Но когда герцог де Лазенкур явился к нему с предложением, таким желанным, старик просто кивнул.

-Уговаривайте ее сами, месье, – сказал он напоследок, видя, как просветлело красивое напряженное лицо де Лазенкура, – я уверен, Иоланта девушка разумная.

Но Иоланта разумной не оказалась. Узнав, что отец дал согласие герцогу де Лазенкур, она устроила настоящую истерику, умоляя не выдавать ее замуж за нелюбимого. Хорошо, что герцог не слышал ничего из того, что она говорила, думал граф. Он явится только завтра, и до завтра Иоланта должна прийти в себя. Очнуться, успокоиться, выглядеть так, будто если не рада его предложению, то смирилась со своей судьбой.

-Иоланта, дорогая моя, я не желаю тебе зла. Но Клод де Вильер уехал и, возможно, никогда не вернется, - граф вздохнул, понимая, что придется приводить главный аргумент, – я болен, Иоланта, и не могу больше ждать. Я болен, я скоро умру, и ты останешься совершенно одна.

Иоланта резко перестала плакать. Она подняла на отца влажные глаза, красивые даже такими, заплаканными, красными.

-Что вы говорите, отец? – прошептала она, поднимаясь с софы.

Изящная, стройная, светловолосая и светлокожая, она была как лучик солнца в туманный день. Граф залюбовался ею, вспомнив её мать. Элеонора тоже была невероятно красива. Но дочь превзошла ее. Даже глаза ее были более выразительными, а губы, чуть пухлые, розовые, призывали к поцелую. Юноши теряли голову от одного взгляда на нее. Неудивительно, что герцог де Лазенкур не сумел устоять перед ее красотой. Вильер обойдется. Сейчас граф жалел, что соединил их руки в тот далекий день, когда старый виконт был еще жив. Но как же хорошо, что они не успели сыграть свадьбу! Все приданое Иоланты ушло бы на покрытие долгов, и красота его дочери навсегда была бы похоронена в старом продуваемом ветрами замке Вильера, что возвышался на холме в нескольких лье отсюда.

-Чем вы больны? – Иоланта опустилась на колени у его ног, принеся с собой аромат жасмина.

-Я умираю, дочь моя, – сказал он, положив руку ей на голову, – и я обязан думать о тебе.

Иоланта замерла, будто не понимала того, что говорил ей отец.

-Я... - она закрыла лицо руками, – отец, я уверена, что это неправда!

-Это правда. Врачи знают, о чем говорят. Я не хотел пугать тебя раньше времени, но этого времени у меня теперь совсем мало...

Иоланта нервно всхлипнула. Сердце ее зашлось от горя, и все ее переживания вдруг стали совершенно никчемными по сравнению с тем, что она только что узнала. Отец умирает... Отец, который всегда был с ней, которого она так любила, ради которого она была готова на все.