Безумная любовь

Глава 5.

Иоланта никак не могла привыкнуть к своей новой жизни. А жизнь закрутила ее, как только она переступила порог Лувра. И, если её отношения с мужем были весьма хороши все время, что они путешествовали по Луаре от замка к замку, то по прибытии в Париж они постепенно начали портиться.

Андрэ де Лазенкур был очень учитв и предупредителен с ней, постоянно говорил о своей любви и явно любовался ею. Когда бы Иоланта не обернулась, она ловила его восхищенный взгляд. Красивое его лицо озарялось улыбкой, а синие глаза сияли, если Иоланта говорила ему что-то хорошее. А она старалась говорить, потому что ей нравилось видеть, как он счастлив.

Сначала ей даже нравилось быть его женой. Кому бы не понравилось иметь любящего и нежного мужа, который готов был усыпать её дорогу розами, а саму её - драгоценными камнями. Иоланта постепенно привыкла к нему, и даже стала реже видеть во сне зелёные глаза своего возлюбленного. Образ Клода де Вильера немного потускнел, но в её сердце был все же силен, и Иоланта остро ощущала свое предательство. Да, она оказалась слаба перед любовью и подарками Андрэ, перед уговорами отца, и перед страхом остаться одной, если отец и правда умрет. Все это толкнуло её на измену, и, иногда делая остановку в череде развлечений, Иоланта понимала, что была неправа. Она любила Клода все так же сильно, и часто замечала, как Андрэ с тоской смотрит на нее. Андрэ помнил их разговор, где она честно призналась ему во всем перед обручением, и вряд ли сможет забыть.

Иногда, оставаясь наедине с собой, Иоланта садилась за стол и писала Клоду письма. Она просила прощения, плакала, рассказывала о своей новой жизни. Письма эти она сначала сжигала, но потом ей стало жалко их, и она начала прятать исписанные листы в свою шкатулку для рукоделия, куда Андрэ уж точно не мог бы заглянуть. Вышивать замок она перестала, любовно сложив полотно и спрятав на самое дно шкатулки, укрыв им письма так, что их не было видно. Теперь она вышивала цветы, которые даже ей самой казались поникшими и грустными.

Так прошло несколько месяцев. Иоланта была вполне довольна новым статусом, и если бы ни мысли о Клоде и отце, которого она покинула по его строкому приказу, то была бы абсолютно счастлива. К концу зимы молодая пара прибыла во владения герцога де Шеврез, покровителя Андрэ при дворе, и Иоланта была представлена молодой герцогине.

Её удивило, что герцогиня была её ровесницей, учитывая, что герцогу давно перевалило за сорок. Но юная Эми сияла радостью и счастьем при виде супруга. Так же мило она приняла и Иоланту, которую долго рассматривала, щебеча что-то о красоте и обходительности мадам де Лазенкур. Эми и сама была весьма хороша, тёмные локоны ее вились вдоль милого и улыбчивого личика, очень живого и подвижного. Она то и дело улыбалась, играя ямочками на щеках, то и дело смеялась, словно находила в жизни только хорошее.

-Я уверена, что вы будете подругой моей несчастной королеве Анне, - говорила Эми Иоланте, когда они прогуливались в парке её дворца, - меня больше не пускают к ней, а все потому, что боятся, что Анна будет кого-то любить. Она полюбила меня - и вот меня нет. Постарайтесь утешить ее, дорогая, ведь Анна так нуждается в друге и в утешении!

Искренняя забота о подруге подкупила Иоланту, которая тут же поклялась сделать все, чтобы Анне было не так тоскливо переживать разлуку с любимой подругой.

-О, я сама безумно скучаю по ней, - продолжала юная герцогиня де Шеврез, - мне так не хватает наших бесед, да и что говорить, наших проказ. Анна живет, будто в клете. Я старалась показать ей мир, ведь она видит его только из окна кареты!

-За это вас и изгнали из Лувра? - спросила Иоланта.

-Нет. Они придумали другой предлог. Королева-мать решила, что я виновна в том, что Анна потеряла ребенка. Да, это печальная история, дорогая моя. Но я уверена, вы будете осторожны. Ведь вы так хороши собой и так рассудительны. Наше общение доставляет мне большое удовольствие! Я дам вам перед Анной самые лучшие рекомендации!

И Эми де Шеврез и правда написала королеве письмо, где расписывала все достоинства Иоланты. Иоланта была растрогана до глубины души. Разве могла она мечтать ещё пол года назад, что попадёт ко двору и познакомится со всеми этими людьми? Что она будет дружить с герцогиней де Шеврез, что станет служить королеве, оказавшись вдруг проверенной в её делах, и заслужит любовь королевы-матери, которая неожиданно решит, что Иоланта хорошо влияет на Анну?

Как ни пугала Эми её Марией Медичи, Иоланта никак не могла понять, что ужасного могла желать Анне королева-мать? Ведь она проявляла столько заботы, предупреждая все желания Анны! Королева Мария была ещё красива, очень уверенна в себе, и старалась сделать жизнь всех домочадцев самой прекрасной. Она очень любила своего сына, поэтому полюбила и невестку, которую окружила постоянной опекой и заботой. Иоланта, как подруга Анны, пользовалась полным доверием королевы-матери, и та всегда улыбалась, когда видела ее.

А вот король совсем не понравился Иоланте. Высокий, худой, как жердь, черноволосый и черноглазый, с надменным и брезгливым выражением на худом лице, капризный в еде, зато непривередливый во всем остальном, он казался ей большим избалованным ребенком. К Анне он относился как к предмету мебели, впрочем, как и ко всем женщинам двора. Даже красивую и яркую Иоланту он будто не замечал, а когда она была официально представлена ему, он пробубнил что-то вежливое, всего лишь окинув её скучающим взглядом. Зато король очень обрадовался появлению при дворе Андрэ де Лазенкура, тут же начав обсуждать с ним нового породистого скакуна, которого приобрёл в его отсутствие.

-Его Величество очень любит разные виды спорта, - сказал ей вечером Андрэ, - он у нас лучший стрелок, а на коне скачет, как заправский кавалерист. Да и в беге с ним лучше не соревноваться.

-Когда же король правит королевством? - спросила Иоланта.

Андрэ рассмеялся.

-Королевством есть кому управлять. Луи, конечно, всегда в курсе дел, но у него много помощников. Тот же герцог де Ришелье, да и королева-мать так и не оставила своих попыток вести нужную ей политику. Так что не переживайте за Францию, она в надёжных руках!