Безумная любовь

Глава 24.

Куда исчез Андрэ Иоланта не знала. Некоторое время она пыталась понять, где она находится и куда ей следует идти, но не поняла. Она стояла на берегу темного пруда, и пыталась остановить качающийся мир. Андрэ исчез, приказав ей стоять на месте, но этого-то как-раз Иоланта сделать и не могла. Напившись, как свинарка, она, которая никогда в жизни не пила столько крепкого вина, боялась, что озеро вплотную приблизится к ее лицу, и изо всех сил старалась уклониться от встречи с ним. По озеру шла лунная дорожка, которая то приближалась к ней, то удалялась, голова болела, а желудок желал избавиться от излишнего количества еды и питья.

-Боже мой, я клянусь, что никогда больше не буду столько пить!

-Очень верное решение, - услышала она ответ, и от неожиданности озеро вдруг оказалось совсем рядом.

Испугавшись, Иоланта вскрикнула, но твердые руки подхватили ее и поставили обратно на ноги.

-Вот только вас и не хватало, - сказала она, отталкивая Клода де Вильер, но мир ее снова покачнулся, и она вынуждена была вцепиться в его руку, чтобы не упасть, - Уходите! Лазенкур меня убьет, если застанет в вашем обществе.

Чувствуя, что становится излишне откровенной и наглой, она прикусила язык, но Клод уже смеялся над ней.

-Вот что делает вино с вежливыми и достойными дамами, - сказал он, подхватывая ее на руки.

Иоланта хотела возразить, но подумала, что снова скажет что-нибудь лишнее, поэтому замолчала и положила голову ему на плечо.

Было тепло и уютно, и она закрыла глаза.

Если бы это длилось вечно.

Если бы он мог нести ее на руках всю жизнь и никогда не отпускать.

Если бы его сердце билось так часто от того, что он любит ее.
Если бы она могла ему сказать о своей любви.

Вокруг была полная тьма, стрекотали кузнечики, где-то кричала ночная птица. А Иоланта прижалась к его груди и лежала тихо-тихо, боясь, что все закончится слишком быстро.

-Я совсем не ненавижу вас, - вдруг сказала она, сама испугавшись своих слов.

Он усмехнулся, остановился и поставил ее на ноги. Они стояли совсем недалеко от сиявшего окнами дворца, немного в стороне, на узкой дорожке, посыпанной гравием.

-Это большая честь для меня, - ответил он, и Иоланта не знала, смеется он над ней или говорит серьезно.

-Я на самом деле не ненавижу вас, хотя должна, - повторила она.

-Вы этому удивлены?

-Очень. Еще вчера я вас ненавидела. А сегодня почему-то нет.

-Вы сегодня слишком пьяны, Иоланта, и как можно скорее должны попасть к себе в комнату. Завтра вы проснётесь и снова будете ненавидеть меня.

Она слышала улыбку в его голосе, хотя он не улыбался. Иоланта замолчала и стала слушать темноту. Было так хорошо просто стоять рядом, положив руки ему на грудь, когда он немного придерживал ее за талию, что мир снова зашатался, закружился, но уже не от вина, а от восторга.

-Я тоже совсем не ненавижу вас, - вдруг сказал он, беря ее руку в свои.

Она замерла, боясь пошевелиться.

-Я много думал о вас.

Она помолчала.

-Я тоже думала о вас, - сказала она наконец.

Клод улыбнулся, проводя рукой по ее щеке.

-Давайте я помогу вам добраться до кровати и передам на руки служанкам?

Она кивнула и снова оказалась в его объятьях. Он нес ее куда-то в темноту, и было так хорошо и уютно, что еще до того, как оказаться во дворце, Иоланта задремала, положив голову ему на плечо.

...

-Месье Клод, я только сейчас сумела вырваться и найти вас... вы абсолютно неуловимы.

Алиса стояла перед ним в серой запыленной амазонке, щеки раскраснелись, в руках она держала хлыст. Сердце её сжималось от ужаса. Она опоздала! Она опоздала! Все утро мечась в поисках Иоланты или Андрэ де Лазенкур она поняла, что произошло, но теперь, возможно, уже поздно что-то исправить! Единственный, кто может помочь Иоланте - это Клод де Вильер. Алиса была уверена, что несмотря на свою обиду он непременно вызовется ей помочь!

Клод опустил ружье, отвлекаясь от охоты, нахмурил брови.

-Что произошло, мадемуазель де Монтеррон?

​​​​​Алиса занервничала ещё сильнее. Возможно, она опоздала. Иоланта в опасности, а она так долго тянула, что теперь уже никто не сможет ей помочь! Даже Клод де Вильер! Алиса не знала, к кому ещё обратиться и надеялась, что любовь, даже, возможно, уже забытая, не позволят ему отказать ей!

-Выслушайте меня, месье, - она торопливо шагнула к нему, - у нас мало времени. Иоланте грозит опасность! Ради всего святого, что у вас есть, ради Иоланты... Выслушайте меня!

Он облокотился о ружье, скрывая тревогу. Андрэ он не видел со вчерашнего вечера, и решил, что количество выпитого не позволило супругам де Лазенкур присутствовать на охоте. На Андрэ это было похоже мало, но принимая во внимание вчерашнее состояние Иоланты, Клод решил, что преданный муж находится у ложа жены.

-Я слушаю вас, Алиса, - сказал он, чувствуя, как замирает от тревоги сердце.


…

Андрэ очнулся от головной боли, будто молотом бьющей в висок. Сначала он попытался пошевелиться, поднести руку к голове, но что-то мешало ему это сделать. Он дернулся и резко проснулся, осознав, что не понимает, где находится. Тряхнул головой, застонал от боли и попытался еще раз проснуться. Вчера, провожая Иоланту домой, он вдруг увидел в лесу чьи-то силуэты. Он бросился вперед, и наткнулся на де Сиса, который давно должен был пересечь Луару на пути в фамильные земли. Но де Сис стоял перед ним, совершенно из плоти и крови, и рассмеялся его угрозе рассказать Луи о его незаконном поведении. Де Сис смеялся, Андрэ положил руку на эфес шпаги... И дальше он ровным счетом ничего не помнил. Он забился, осознавая, что руки его привязаны веревками к столбу, а сам он стоит на коленях на голом каменном полу какой-то круглой башни. Его охватила самая настоящая паника.

Тут дверь, располагавшаяся где-то позади, скрипнула, и послышались шаги. Вошел де Сис в голубом камзоле с серебряным позументом, разодетый, как на праздник. Он обошел комнату кругом и остановился прямо перед пленником. Андрэ попытался подняться на ноги, и ему это удалось с большим трудом, веревки натянулись и врезались в запястья.

-Добрый день, месье, - де Сис стоял перед ним с улыбкой на красивом лице.

Андрэ вскинул голову:

-Что происходит?

Де Сис отступил на шаг, рассматривая жертву.

-Ваша наглость, Лазенкур, перешла все границы, - сказал он, усмехнувшись, - вы надоели всем. Совершенно невыносимо видеть вас при Луи. Ваши интриги мешают множеству приличных людей. Из-за вас и мне пришлось покинуть Париж. Надолго ли? - он развел руками и на его перстне ярко сверкнул солнечный луч. - возможно, что навсегда. А ведь столько надежд было возложено на мое прибывание в Париже, вам даже не понять, - он вздохнул, - но теперь мы покинем Париж вместе.

-Прекрати говорить загадками. Что тебе надо? - Андрэ дернулся, но веревки были крепки, и его тщетная попытка вырваться только рассмешила соперника.

-Все, что мне надо у меня уже есть, Лазенкур. Кроме свободы блистать при дворе. Но я попытаюсь её завоевать. Ты же останешься здесь, и тебя никто не найдет. Никогда. Ну, возможно, лет через сто кто-то набредет на твои кости. Таково не столько мое желание, сколько желание прекрасной дамы, которая не хочет быть названной. Возможно чуть позже, дней через пять, она явится, чтобы освободить тебя от пут... Твой труп от пут. Чтобы версия с убийством не была настолько очевидна.

-Ты сошел с ума? - Андрэ стал белее мела, рванулся, но только содрал кожу на запястье, - развяжи меня, меня уже ищут!

-Да никто тебя не ищет, все уток стреляют. И даже если начнут, то никогда не додумаются искать тебя в этом месте.

-Это подло!

Де Сис кивнул:

-Конечно. Но зато не надо возиться с кровью. Но и это еще не все. Напоследок я приготовил тебе нечто интересное...

-Сколько? - спросил Андрэ, боясь, что сойдет с ума. Де Сис сколько он его помнил всегда нуждался в деньгах, и он решил попытаться разыграть карту жадности.

-Что сколько?

-Сколько ты хочешь?

-Денег? - де Сис удивленно вскинул брови.

-Назови любую сумму.

Тот рассмеялся:

-Деньги мне, конечно, нужны. Но я уже получил достаточно, чтобы не быть корыстным.

-Я дам втрое больше, - сказал Андрэ.

-Нет, - де Сис отмахнулся от него, как он навязчивой мухи, - денег я не возьму. Но у тебя есть нечто более ценное, чем все твои богатства, которые ты швыряешь не глядя, спуская на ненужные никому безделушки.

-Что? - в глазах его вспыхнула надежда.

Улыбка де Сиса была прекрасна.

-Иоланта.