Безумная жена, или Волшебный сад Мариники

7. Стардом

Ночь опустилась на землю, и я снова решила идти спать, хотя весь сон с меня слетел из-за недавних посетителей. Только-только я устроилась в кресле поудобней, прижала к себе теплого кота и собралась закрыть глаза, чтобы уплыть в царство Морфея, как около уха неделикатно закашляли.

- Спишь значит, а я до сих пор в эфемерном существовании мучаюсь, - уже ставший привычным скрип голоса бабки Василия раздался уже с другой стороны моей головы.

- Да не сплю я, только собиралась. Вы, наверное, прекрасно видели, что у нас были гости с прибабахом и я уже склоняюсь к версии, что в вашем прекрасном, в кавычках, мире, других персонажей просто нет, - Кот мяукнул и спрыгнул на пол, видимо не желая участвовать в призрачной беседе.

- Так вот, я в прошлый раз не договорила, меня ненадолго хватает, чтобы показываться тебе, а другие меня и не видят вовсе. К чему клоню-то, надо побыстрее наведаться в стардом, а то мое тельце хоронить собираются, я на разведку летала. У них там есть главный по дому, ну так вот, он заявил своей помощнице, что надо переставать моему телу давать еду для естественного, так сказать умирания. Потому как место занимает и лежит, как мертвая уже давненько. А мне ведь, если это тело умертвят окончательно, сколько еще ждать вот такое же, у которого дух выскочил от удара.

Призрак явно волновался и все время мерцал, бабка заламывала прозрачные руки и всем видом давала понять, что решается вопрос жизни и смерти.

- Так бабуля, давайте оставим решение этого вопроса до утра, за ночь, ваше тельце ну никак от голода не помрет и никуда не денется, а завтра с утра я все решу, обещаю. Но и вы со своей стороны уж обещайте, как только управимся с вашим делом, тут же оживляйте мне сад, а то я и шагу не ступлю в сторону этого стардома.

- Да обещаю, обещаю, вот ведь вредная девка мне досталась в соратницы, - бабка смачно плюнула призрачной слюной на пол и исчезла.

- Других все равно не будет, довольствуйтесь той, что есть, - я завалилась в мягкие просторы кресла и забылась некрепким и прерывающимся сном до утра.

Утром я навела на лице марафет, нашла платье поприличнее из своего обширного гардероба, сунула в сумку маленький мешочек с монетами и поехала узнавать, что за стардом существует в этом городишке и как мне законно забрать из него тело для моей бабки-призрака.

Где находится сие заведение мне показали мальчишки, играющие на улице в прятки. Поймав одного за шиворот, я строго спросила о местонахождении данного дома, и ребенок, ошарашенный таким с ним обращением, быстро сообщил мне нужную информацию.

Всегда знала, что дети лучшие информаторы и разносчики сплетен. Отсыпав мальчуганам горсть леденцовых конфет, которые заранее приобрела в лавке неподалеку, я побрела в нужном мне направлении.

Стардом выглядел, как маленькая крепость, забор глухой, ворота металлические. Выглядело все, не как богоугодное заведение, а как какой-то филиал казематов. Неужели ненужным старикам и болезным, оставшимся без попечения, нужно проживать в таком сером и неприглядном месте.

Сама не знаю почему, но сердце сжалось, когда я представила, что при наступлении старости в этой жизни, меня запросто можно поместить вот в такой дом престарелых и буду я там никому не нужная, доживать свой несладкий век.

Я аккуратно постучала по железным воротам, но мне никто не открыл. Я снова постучала и опять тишина. Оглядевшись вокруг, не увидела никого, кто мог бы мне помочь, улица здесь была безлюдная, только я да моя лошадка с телегой. Мы не вписывались в унылую картину этого закоулка судьбы. На мне дорогое платье, соломенная шляпка и ботиночки в тон сумочки, прям куколка, сама прям себе с утра понравилась.

Наконец я услышала старческое ворчанье и одна из воротин приоткрылась. На меня воззрились выцветшие голубые глаза, вот какие бывают у стариков, прошедших очень долгий жизненный путь и повидавших на своем веку многое и многих.

- Чего тебе? Чего стучишь? Чужим сюда хода нету, иди подобру-поздорову, - старушка, открывшая мне, хмуро смотрела на меня, было ощущение, что ей все равно кто предстанет передо ней, хоть сам король, все будут посланы в одном и том же интересном направлении.

- А я не чужая, - нагло заявила я. – У меня тут родственница находится… Дальняя… - тут я замолкла, так как совсем не удосужилась узнать у моей призрачной бабули, как зовут ту несчастную, которая лежит здесь без души.

- Видали мы таких родственниц, бросят сначала стариков, а потом как совесть замучает, снова сюда прутся, да только поздно уже бывает. Иди отсюда, вон в храм ступай, да там грехи замаливай, а тут и без тебя все нормально будет с твоей родственницей, - старуха начала закрывать створку ворот, но я шустро засунула свою ногу в проём.

- Э, бабуля, так дело не пойдет, мне бы родственницу повидать, я только недавно узнала, что она тут оказывается содержится. Если это именно она, я бы хотела вашему стардому помочь немного деньгами или это тоже у вас запрещено.

При упоминании золота, взгляд старухи помягчел, но она все с той же строгостью заявила:

- Ну проходи, коли не обманываешь, а я сейчас главного позову, вот ему и расскажешь, чего тут тебе понадобилось.

Я привязала лошадку к забору и пошла следом за старушкой. Внутри все оказалось, как я и предполагала, двор был мрачный, посмотрим, что будет внутри.

А в самом доме, было еще хуже, пахло плесенью и сыростью, меня поразило насколько старая была мебель. Как мне показалось, здесь не особо то и заботятся о тех, кого жизнь забросила на задворки судьбы. По дороге в кабинет главного по дому, мне попались бедно одетые старушенции, старички у которых пиджаки были с заплатами из споротых карманов, следы от которых явственно виднелись на полочках данных швейных изделий.