Безумное пари

2 глава

Надежды Данила не оправдались: Никита совершенно спокойно отреагировал на новость. Уголки его губ чуть дрогнули, обозначая улыбку.

- Поздравляю! Это событие следует отметить. Мария, выбирай, куда пойдем.

Маша приветливо улыбнулась, скрывая, как неприятно ее царапнуло это имя. В самом имени Мария не было ничего дурного, кроме того, что ее так никто почему-то никогда не называл. Но то, как произносил это Мельников, неизменно причиняло ей моральные страдания: холодно и отстраненно.

Больше всего на свете ей хотелось сейчас оказаться в комнате Данила, и чтобы его мамы, будущей Машиной свекрови, не было дома. Чтобы весь мир забыл об их существовании.

А вместо этого Мельников предлагает ей выбрать ресторан, где он на широкую ногу отметит их праздник? Но это же их с Данилом праздник! И причем здесь Никита?

Она неуверенно пожала плечами:

- Не знаю… Я не очень хорошо разбираюсь в ресторанах…

В конце концов, сегодня ее день. Их день. И какой-то там Мельников его не испортит. Она разозлилась.

- Вообще-то, честно говоря, - заявила она, - я бы с удовольствием отметила это событие в спокойной домашней обстановке.

Пораженная своей смелостью, дерзко взглянула в глаза собеседника. Понимая, что будущая супруга ляпнула лишнее, Данил встрял в разговор:

- Машка, ты думаешь, что говоришь? А если б это ты сказала не Киту, а кому-то другому? Слава богу, Кит – человек разумный. Ты не обращай внимание, это она от волнения сказала. Нам без разницы – куда, лишь бы отметить.

В кабинете повисла тишина. По глаза Мельникова Маша видела, что он прекрасно понял намек. Ей было стыдно за свою бестактность, но в тоже время она радовалась, что высказала накипевшее. Теперь оставалось ждать, как Никита отреагирует на ее нежелание скоротать вечерок в его обществе.

Через несколько секунд Мельников сказал спокойно, как ни в чем не бывало:

- Знаешь, есть чудесное местечко. Отличная кухня, и вместе с тем никого не увидишь, только официантов. Вот только он загородом. Но нам же не на электричке добираться. Поехали!

Маша чертыхнулась. Ее план не сработал – отделаться от Мельникова не удалось, - так он еще нашел возможность продемонстрировать лишний раз собственную «крутизну» - как же, он отродясь на электричке не ездил, с детства на крутом авто.

- Регина, - хозяин кабинета склонился к селектору, - я уезжаю, посмотри сегодняшние дела. Что можно, перенеси на завтра. Все срочное переведи на Толика.

Вышел из-за стола и вновь слегка улыбнулся:

- Поехали!

Покидая кабинет, Маша наткнулась на равнодушный, холодный взгляд секретарши.

***

Ресторан назывался «Хуторок» и располагался в нескольких километрах к северу от Москвы. Назвать его рестораном или кафе не поворачивался язык: несколько маленьких обособленных хаток, крытых соломой и переплетенными прутьями.

Внутри домика, за столом, накрытой накрахмаленной скатертью, могли разместиться шесть человек.

Стулья громоздкие и на вид несуразные, на самом деле оказались удобными. Маленькие закругленные оконца украшали занавески из крупноячеистого хлопчатобумажного тюля определенно ручного плетения. Электрические светильники умело маскировались под керосинки.

Официантка, в украинском национальном костюме с непременным веночком на голове, вся опутанная разноцветными лентами, в красных сапожках на невысоком каблучке, расставила на столе глиняные горшочки и маленькие керамические мисочки с овощным салатом. Вторая официантка, зашедшая после, была копией первой. Она выставила на стол штоф с водочкой, бутылку шампанского для дамы, грибочки и маринованные огурчики. А в самом центре стола поместила тарелку с нарезанным крупными брусками салом.

Общество Мельникова по-прежнему не доставляло Маше ни малейшего удовольствия. Однако его вкусу она вынуждена была отдать должное – ей явно начинало здесь нравиться.

Никита по-хозяйски принялся обхаживать компанию. Прежде открыл шампанское, не пролив ни капли. Когда Машин бокал был полон, разлил по граненым стопкам водку.

- Ну что, за вас? – провозгласил Мельников. – Молодец, Даня, поздравляю. За вас! Чтоб ни рано, ни поздно не пожалели о своем решении, чтоб никогда не узнали, что такое разочарование. В общем, за вас!

Маша отхлебнула шампанское и едва сдержала улыбку. Надо же, как заговорил. Раньше все больше молчал. А тут такие теплые слова. Что ж, может, Данил был прав и она действительно несправедлива к его другу?

***

За столом время летит незаметно. За первой стопкой последовала вторая, за второй – третья. Маша и оглянуться не успела, как бутылка опустела наполовину. В голове приятно шумело. Мельников уже перестал казаться таким мерзким: кто сказал, что у него холодные глаза? Холодными могут быть голубые или серые, а у него то ли карие, то ли зеленоватые.

И совсем он не некрасивый. Конечно, с Данилом ему не сравниться – в любом случае проиграет, но вполне нормальная, симпатичная внешность.

Мельников говорил мало. После первого тоста он словно утратил красноречие, стал вновь неразговорчивым. Данила его молчание не настораживало, он разливался соловьем, сев на любимого конька:

- Точно тебе говорю, Кит, - дело бы определенно выгорело. Уж я-то эту кухню знаю, как свои пять пальцев. Это же элементарно! Ну, буквально на поверхности. Я поражаюсь – почему эта идея никому, кроме меня, не пришла в голову? Это же верняк! Такая газета не может не продаваться.

- Так в чем дело? – откликнулся, наконец, Мельников. – Раз карта верная – бей. Кто мешает?

Орлов возмутился:

- Ну, ты, Никит, спросил! Ты же знаешь: прежде чем получить доход, надо вложить деньги. И немалые. А их есть у меня? Фигвам, как говорил Шарик или кто-то из толпы.