Безупречная

Семнадцатая глава - Живая

Секунда и мы вывалились кубарем на влажную землю.

– А вы откуда свалились?

Я приподнимаюсь на руках и посмотрела вверх. Кто бы мог подумать, что портал Янира выбросит нас прямо под ноги декану Шатрану, а если быть точнее в клумбу у главного входа в замок.

– Мы с вами! – сказала, моментально возвращаясь в вертикальное положение, стараясь не переломать ветки кустов и свои конечности.

Все нужные лица уже были в сборе: декан, проректор и ректор Академии видимо только что вышли из здания и направлялись к экипажу, а может и наоборот!

– Мы с вами за проявившимся!

– Я же вам говорил, – тихо сказал магистр Шатран, – что без нее тут не обойдется.

Я улыбнулась изо всех сил. Свои ошибки надо исправлять.

– Ладно, – голос магистра Услина прозвучал обреченно, – только без фокусов как в прошлый раз. Ясно?

– Конечно! – одновременно отозвались мы с Сайном.

– Мы сами только вернулись, – сказал ректор, – так, что идемте в мой кабинет и узнаем все новости.

Как, оказалось, спешили мы, совершенно зря, так как к тому моменту как мы поднялись в кабинет, местоположение нового проявления еще не обнаружили. Поэтому мы заняли выжидательные позиции в мягких креслах.

Когда стрелки больших настенных часов отмерили ровно час нашего ожидания, Дэни поднялась из-за стола.

– Давайте я сделаю нам кофе, все равно неизвестно, сколько еще ждать придется.

– Отличная идея, – кивнул магистр Мэрали, – нас выдернуло из ресторана, не дав даже доесть.

– Эх, мне только мясо принесли, – потянулся в кресле Шатран, – весь выходной через одно место.

– Сейчас все будет, – мило улыбнулась секретарь ректора, – я посмотрю в своих закромах что-нибудь вкусненькое для вас.

– Ты ж мой яркий лучик в этой тьме, Дэни, – промурлыкал декан Шатран.

Лицо девушки залилось краской, и в жутком смущении она выбежала за дверь.

Да уж умеет этот кот смущать молоденьких девушек, а вот женой и семьей все никак не обзаведется. Мой наставник мужчина в самом рассвете бесконечных лет может утереть нос любому сопляку Академии в области флирта с противоположным полом. Вот только почему-то дальше этого он не заходит. Хотелось бы мне застать тот момент, когда сердце холостяка Шатрана растает и этот замечательный человек обретет свое личное счастье…

Через несколько минут вернулась Дэни с небольшим сервировочным столиком, на котором аккуратно расставлены меленькие чашечки с черной жидкостью.

– Спасибо, – улыбнулась я, когда девушка протянула нам с Сайном по чашечке ароматного напитка.

– Я нашла немного печенья и конфет, – сказала Дэни, направляясь в сторону Шатрана, – угощайтесь!

– Я думал, что это только для меня, – наигранно надулся наставник, – Дэни, вы разбиваете мне сердце!

– Съешьте конфетку, – сказала она, когда подошла ближе, развернула яркий фантик и сунула конфету Шатрану в приоткрытый от удивления рот, – говорят, что сладкое помогает при разбитых сердцах!

Я чуть заметно засмеялась, скрыв свое смущение за поднесенной к лицу чашкой. Лицо декана факультета боевой магии в этот момент изобразило множество эмоций от шока до азарта.

– Есть с ваших рук точно поможет всем моим сердечным ранам, – быстро нашелся маг, прожевав сладкую пилюлю.

Мужчины больше не смогли сдерживать смех, да и сама Дэни хоти и покраснела опять, но все же поддержала общее веселье.

– Дэни, – обратился отсмеявшийся магистр Услин, – не обращайте на этого нахала внимание. Он очень бестолков в плане общения с противоположным полом. Он всех своих студентов строит как на войну, да и к любви у него подобный подход.

– Сам же знаешь, – развернув еще одну конфету, сказал Шатран, – что на войне все средства хороши. В любви действуют те же принципы.

– Какой же из тебя военачальник, если войну со своим сердцем проиграл? – иронично спросил магистр Услин. – Начальству следует обратить на этот факт внимание и урезать тебе жалование.

– Оставьте в покое моего секретаря, – включился в разговор повеселевший ректор Академии, – Дэни, проверь послания, может мы что-то успели пропустить.

Но не сейчас, не через час и два часа с нами по поводу нового проявления никто не связался. Еще через час ожидание стало невыносимым, и было принято единогласное решение прерваться на ужин.

– Как же мне нравится такая простая, непринужденная и даже дружеская манера общения между преподавателями в Академии, – сказал Сайн, когда мы стали ожидать свою очередь на раздаче в столовой, – они даже со студентами такие. Удивительно! В Лириненсе все чуть ли не по уставу общаются.

– Согласна, – кивнула я на его размышления, – но думаю, что подобную сцену мы с тобой лицезрели, потому что мы далеко не самые обычные студенты.

Сайн понял, в какую сторону я клоню и больше не задавал лишних вопросов.

Когда мы получили ужин и заняли свой отдельный стол, Сайн вновь нарушил воцарившуюся тишину:

– Ему сейчас больно!

Я проследила за его взглядом, устремленным в окно, за которым виднеется яркая звезда.

– Да, – протянула я, – врагу такого не пожелаешь. До встречи с тобой я никогда раньше не видела проявления. Я его пережила, но не видела со стороны. Это невыносимо даже вспоминать…

– Приветствую всех отбросов общества, как поживаете?

Сафарэл со свойственной ему наглостью и пафосом развернул один из свободных стульев и сел на него, положив руки на спинку.

–Ждем, когда ты, наконец, найдешь свою совесть, – скривилась я, – ибо твоя при рождении решила от тебя свалить.

– Сделаю вид, что мне смешно, – он передразнил мою мимику.

– Лучшее, что ты можешь сделать, так это исчезнуть с глаз моих. Чего надобно?

– Вас скоро станет больше, – его голос стал серьезным, – так что же вы сидите тут, а не спасаете своего нового дружка?

– А с каких это пор ты проникся теплыми чувствами к нам и нашим проблемам? Мне кажется это не должно тебя касаться!

– Это касается всех, – Саф махнул головой в сторону столиков, – люди начинают нервничать. Никто не хочет умирать.