Безупречное Заклятие

Правда

Она начинает рассказ с той самой сказки, которую рассказывала в Круге Младшая. Об Ордене волшебников и об Урусете, которого они изгнали за неизвестный проступок. Только в её устах это уже не сказка. Она рассказывает всё так, будто всё это случилось на самом деле… как будто сама была свидетелем того, что случилось…

Урусета схватили и приговорили к казни вместе со всей его семьёй. Близился фестиваль Общности, и в столице открылась огромная ярмарка. Съехались люди со всех концов королевства. Улицы украсили флагами и фонариками. Выступали менестрели и жонглеры. И посреди всего этого веселья, на главной площади, намечалась казнь.

Клетку с заключёнными обложили поленьями и подожгли. И лишь тогда открылся секрет безупречного заклятия. Нет, оно не было сказкой. Оно и впрямь существовало. Вопреки ожиданиям оно не имело вид узора или плетения, сети или косицы. Безупречное заклятие оказалось текстом на древнем языке огненных духов. Каждая буква в тексте была именем демона, привязывающим его. Изгнанный волшебник написал имена всех пяти сотен демонов на собственном теле пятью сотнями невидимых букв, которые ожили только тогда, когда к ним прикоснулось пламя костра.

Мы можем лишь гадать, как он воплотил в жизнь такой план. Он откопал сосуд, в котором томились демоны и заключил с ними сделку – контракт из пяти сотен пылающих букв, который и стал тем самым нерушимым заклятием, которое он искал. Потому что магия огненных демонов была сродни магии акса и не подчинялась закону о том, что любое заклинание не станет работать без изъяна. Магия демонов была неистова и не знала правил.

Костёр пробудил заклятие. Стоило огню опалить кожу волшебника, как дым подхватил буквы и понёс их по городу, разбрасывая повсюду, как горячий пепел. Буквы выбирали в толпе случайных жертв – благо выбор в тот день был велик, ведь фестиваль собрал в столице множество людей – а находя, впечатывались в кожу несчастных, как выжженное клеймо и наполняло их кости демоническим огнём, связывая их воедино со страшными тварями, которых Урусет освободил из многовекового плена.

Так, испустив последний вздох, отвергнутый ученик превратил жителей королевства в частички своего безупречного заклятия. А суть его была в следующем: пять сотен случайных людей получили невиданную магическую силу, которую давал им огненный демон, привязанный к ним заклинанием. Жертвами оказались самые разные люди: и мелкие карманники, сновавшие в толпе во время представлений, срезая кошельки с поясов зевак; и торговцы, нахваливавшие на торговой площади товары; и благородные господа и дамы, раздававшие у храма милостыню в честь празднества; и спешащие по поручениям слуги; и контрабандисты; и наёмники; и разбойники, смешавшиеся с честной толпой, отыскивая, чем бы поживиться. И стар, и млад. Буквы заклинания не делали различий, выбирая жертв наобум.

Для королевства начались трудные времена. Сила, приобретённая людьми, была огромной, и нельзя было оставлять её бесконтрольной. Огонь подчинялся им, и чтобы творить магию, им не было нужды плести узоры, не было нужды учиться знаниям, которые так ревностно охранял Орден. А всё из-за демонов, что были привязаны к ним огненной руной.

Будь это обычным заклятием, его можно было бы снять, найдя в нём изъян, но безупречное заклятие на то и безупречное – изъяна не было, как бы тщательно Орден Мастеров его не искал.

Более того очень скоро они выяснили ещё одну пугающую сторону заклятия – лишь бьющееся сердце держало это силу в узде. Если носитель знака по какой-то причине погибал, дух огня освобождался и вырывался из его тела неудержимым пылающим потоком, уничтожая всё, что попадалось на пути.

Одни пытались справиться с новообретённой силой, но другие решили пользоваться ею. Они стали мстить своим недругам, жечь дома, пользоваться странным даром, чтобы сводить личные счёты. Мирное население, избежавшее заклятия, молило защитников-волшебников помочь им избавиться от этой напасти.

Только вот как? Заклятие было не снять.

И волшебники придумали иной выход: коли нельзя уничтожить заклятие, нужно его изолировать. Создать тюрьму, из которой непросто будет выбраться даже для тех, кто владеет такой силой…

Задачей это оказалось не из лёгких, но Орден волшебников принялся за дело безотлагательно. Позаимствовав идею у самого мастера-корзинщика, они сплели маленький мирок, где заключённые могли жить - дали им прочные дома и маяк, чтобы освещать темноту. Они также создали выход – потому что без такого изъяна заклинание просто-напросто не сработало бы, но поставили на пути к нему препятствия, обойти которые было практически невозможно.

Обманом людей заманили и заключили в тёмный мир, которому предстояло стать им домом до конца их дней. Воронка выжгла им память, чтобы они забыли о том, откуда взялись и что потеряли и за что были обречены на заточение.

То был не идеальный план, но лучший, который смогли придумать маги. И затем им оставалось лишь с замиранием сердца ожидать – не найдёт ли кто-то из заключённых изъян и не выберется ли наружу…

***

Мы с Киганом слушаем, и с каждым словом привидения, мне становиться холодней. Словно бы огонь в моих костях обратился в лёд.

Я хочу повернуть голову и взглянуть на Кигана, но боюсь. Боюсь того, что могу увидеть на его лице. К тому же мне так холодно, что я, наверное, вся заледенела и сломаюсь, стоит хоть немного пошевелиться.