Безымянный Бог или История одной учительницы

4.4

- Августа, это не так уж и сложно. Вспомни руны друидов. Порядок их помнишь? Хорошо, назови мне их.

- Аррау, Бэв, Виал…

- Вот так, хорошо. А теперь представь, что ты очень сильно хочешь пить, но твой язык прилип к подбородку.

- Вы за кого нас принимаете, мисс?!

А кто-то буквально решил это выполнить. Эльфийка покрутила пальцем у виска, в ужасе отшатываясь от своего соседа, пытающегося языком достать до подбородка.

 - Нет, Киран, необходимости исполнять это буквально – нет. Хотя для начала – весьма неплохо. У тебя очень хорошо получается.

Группа скептически посмотрела на Кирана, который кончиком языка почти дотянулся. Почти – от слов «где-то рядом». 

- Что ж, пускай будет так. Теперь попробуй произнести руны в обратном порядке.

- Ауэа? – непонимающе вопросил Киран, отвлекаясь от попытки достичь успеха.

- Нет, наоборот. Каждую букву.

- Уааа…уарра…раа…

Академисты на последних рядах закатываются со смеху, а передние ряды, где преимущественно эльфы – закатывают глаза. Кто-то даже отворачивается, чтобы не видеть непотребства. Марии тоже немного стыдно, но она старательно думала о том, что группа иначе не могла понять.

Следом за Кираном несколько человек пытались это повторить и аудитория быстро наполнилась нечленораздельными звуками.

И в этот момент в кабинет зашла мадам Карин, о которой Мария совсем забыла – сегодня после занятия они собирались вместе посетить библиотеку.

- У вас изучение форейтских жаб в период брачных игр? – с любопытством спросила она, окидывая аудиторию взглядом. – Так понимаю, учите академистов быть жабами на случай, если они вылетят с Академии?

В ответ ей – обиженные и недовольные взгляды академистов, особенно тех, кто вжились «в роль» и особенно старательно пытались выговорить звуки с высунутым языком. 

- Уаааиаиэарра вэээибээа, - с улыбкой проговорила Мария так легко, словно каждый день говорила на этом языке. И для этого ей не требовалось высовывать язык. Но что поделать, если академисты без этого неспособны произнести самые простые фразы на оркском. Они попытались снова произнести за преподавателем, однако ничего не вышло. А под насмешливым взглядом серо-зеленых глаз мадам Карин они совсем стушевались и притихли.

- Вы теперь ведете курсы оркского?

- Мы пустились в споры о том, почему гномы и орки не смогли найти общего языка, живя в одних горах. Для этого пришлось попробовать произнести несколько фраз на их языках, чтобы ощутить разницу.

- Орки и гномы – друзья. Как это забавно, - женщина слегка усмехнулась. – Смотрю, это вызвало у вас ажиотаж.

- Скорее ажиотаж вызвала возможность пойти обедать раньше, - с улыбкой проговорила Мария и, встретив слегка удивленный взгляд мадам Карин, пояснила: - мы договорились, что как только они на гоблинском и оркском скажут «Мы уходим» - будут свободны. Если с гоблинским проблем не было, то тут…

Прозвенела тихая трель, оповещающая, что занятия пора заканчивать. Академисты, получив короткий кивок от преподавательницы, разрешающий собираться, с печальными вздохами и грустными лицами встали со своих мест. Почти двадцать минут они потратили, чтобы освоить легкую фразу на оркском.

Когда все академисты ушли, Мария быстро собрала свои немногочисленные вещи – пару книг, конспекты и перья. Последние она купила на днях в магазине и была безумно рада этой покупке – они были самописными и хватало их на несколько месяцев. Пусть и пришлось немного раскошелиться, но оно того стоило. Перья быстро записывали за девушкой по каждому требованию «пиши» и останавливались на «хватит». Пришлось, правда, следить за тем, что говоришь, но результат был великолепным.

Этим Мария была обязана мадам Карин. Книга магии буквально на первых страницах рассказывала о необходимых канцелярских и личных вещах уважающего себя мага. И пусть девушка не являлась магом, но многие вещи были бы полезны каждому.

Мадам Карин предложила сначала зайти к ней в кабинет и выпить после занятий чашечку чая. Отказаться было сложно, потому что женщина не спрашивала. Была у нее такая интересная манера – сообщать факт действия, не интересуясь желаниями собеседника. Впрочем, минусом это не было, по крайней мере для Марии, потому что они быстро нашли общий язык и девушка редко оказывалась против предложений от мадам Карин. Вообще не было еще случая, чтобы она могла быть против.

- Довольно любопытно всё-таки выходит, - наконец, заварив чай и усевшись в свое любимое бордовое кресло у окна, проговорила мадам Карин.

По обыкновению она достала длинную изящную трубку из белого металла, названия которого Мария не знала и даже боялась предположить, сколько эта вещичка могла стоить, набила ее табаком, которым каждый раз не забывала хвалиться. Он был доставлен ей с дальних островов. Кольца дыма взметнулись к потолку, выдохнутые женщиной, откинувшей голову на спинку кресла.

Мария всегда старалась сидеть прямо, словно проглотив спицу, объяснения чему сложно было найти. И хотя мадам Карин производила впечатление своего человека, с которым можно быть собой, искренним и честным человеком, девушка на подсознательном уровне старалась создать хотя бы небольшой мысленный заслон.

- Что именно? – спросила Мария, не дождавшись продолжения.

- Всё это, - поведя трубкой из стороны в сторону, проговорила женщина и ее глаза, показавшиеся темными из-за того, что она сидела спиной к окну, как-то недобро блеснули.

- Не понимаю, - со вздохом призналась Мария и обхватила руками теплую кружку с чаем. Невероятный аромат цитрусов сразу поднял настроение, и девушка слегка улыбнулась, вдыхая его.

- В прошлом году нас замучили разными проверками, Маша, - женщина выпустила еще пару колец дыма, с хмурым взглядом разглядывая их и внося новые кольца в «рисунок».  – И это при том, что Светлейший является братом главного придворного мага.