Безымянный Бог или История одной учительницы

10.3

Матиил долго вглядывался в быстро чернеющий лес. Могло со стороны показаться, что принц спит. Однако он думал. Думал о том, что его тянет на север. Туда, где за шумными водами Валии раскинулись поля сиреневых и голубых цветов. Дурман-травы.

Принц вспомнил одну из прошлых ночей, посвященную не сну, а медитации. Ему снилась эта трава. И она не трогала, не уводила в свои бескрайние дали, не сводила с ума. Но было другое. То, что действительно пугало принца – тени. Мрачные, плотные, они скользили по цветущей дурман-траве, стоявшей ровно, словно никто и не проходил так близко, почти касаясь.

Матиил вглядывался в тени до боли в глазах и порой ему казалось, что он видит человеческие образы. Ноги, руки, очертания тела. Но тени двигались, смывая проявляющиеся четкие очертания. И двигались довольно быстро.

Не замечая живое существо на поле дурман-травы, тени проплывали мимо. И принц чувствовал их страх. Тонкий, едва различимый.

Матиил вскинул голову и заметил сгустки мрака вдалеке. Черные клубы поднимались выше и выше, захватывая под себя всё больше земли. Тени, оказавшиеся под мраком, с тихим писком растворялись. Исчезали.

Образы тьмы резко исчезли, когда за спиной раздалось громкое покашливание.

- Арекс, я рад, что ты остался. Нам нужно поговорить. Хочу извиниться… - тут же начал Матиил, обрадовавшись, что вернулся его друг. Протирая уставшие глаза, он не сразу увидел собеседника.

- Я бы рад принять извинения в виде клятвы долга. Но увы, я не Арекс. А передо мной ты еще вроде не успел провиниться, - сообщили мужским баритоном за спиной.

- Ахо! – радостно, как мальчишка, воскликнул принц, оборачиваясь.

Мужчины крепко обнялись. Отстранившись, Матиил взглянул на друга, которого не видел очень давно. Зеленые глаза, что пугали раньше каким-то светом изнутри, сейчас искрились по-бесовски. Белоснежные волосы, обрезанные грубо по плечи. Крепкая фигура мужчины, вместо тонкокостного и узкоплечего когда-то мальчишки. И пусть Ахо всегда был старше Матиила на десяток с лишним лет, принц еще помнил своего друга юным. Оборотни не так быстро взрослели и старели. Не как дикий народ.

Поговаривали, что в облике зверя не стареешь. Кроме самих же оборотней вряд ли кто мог точно сказать – так ли это. Но что точно знал Матиил – если долго находиться зверем, то он может поработить разум и заставить остаться в шкуре навсегда. Поэтому оборотни старались перекидываться по необходимости и на короткий срок.

- Мы поздно узнали о том, что происходит у вас, - проговорил Ахо. И в его голосе явственно проступили извиняющиеся нотки. Глаза потемнели. – Но мой клан никогда не бросит в беде своих собратьев! В первую очередь, - голос оборотня приобрел рычащие, гневные нотки, - отрежем эльфам их длинные уши и подпалим бороды этим карликам горным!

- Всё сложно, - с грустью улыбнувшись, качнул головой Матиил. Ответом ему стал громогласный смех оборотня.

- Сложно может быть только у самок! У самцов или собрат, или враг, которого нужно убить. Неужели ты этих длинноухих и очкастых хочешь назвать братьями?!

- Нет.

- Вот и славно! Тогда выступим завтра же? – предложил Ахо, улыбаясь во все зубы. Белоснежные и с сильно выступающими клыками. Незнакомого с вожаком Белошерстных это могло бы напугать, но Матиил лишь улыбнулся.

- Расскажи лучше, как там ваши собратья Рыжехвостые?

- Поджав хвосты, бегут на юго-запад, в надежде на защиту людей, - сплюнул Ахо, едва удержавшись, чтобы не ощериться от отвращения и злости.

- Причины?

- В Пустошах тоже не спокойно. Творится какая-то демонова чушь, - неопределенно поведя рукой, ответил оборотень. Подошел к краю смотровой площадки, всмотрелся вдаль. Прикрыв глаза, принюхался на миг. По его расслабленной фигуре Матиил догадался, что всё тихо и угрозы нет. – Но люди скорее пустят Рыжехвостых на шубы, чем пустят в города. Лисьи шубы, как я слышал, сейчас в цене.

- Буревестники? – сжав губы в тонкую линию, Матиил постарался не поддаваться мрачному настроению.

Он надеялся, что сможет собрать всех оборотней Пустоши. Договориться, объяснить всю опасность. Что оборотни, зачастую наполовину форейтцы, решат помочь собратьям. Помогут отстоять земли от тех, кто убивает и скрывается в ночи.

- Улетели. Тоже куда-то в западном направлении. Сразу, как Афф нашел свою дочь разорванной в клочья на побережьях. На их территориях, понимаешь?!

Гнев Ахо было понятен. У оборотня никогда не было детей, но он всегда мечтал о них. И то, что случилось с дочерью одного из вожаков, десятилетней Аги, не могло не тронуть его сердце.

- Творится демоны знает что, а вместо того, чтобы объединиться и дать отпор, мы разбегаемся по углам! – возмутился Матиил. – Хороши вожаки, что бегут!

- А под чьим предводительством собираться? – задал, наверное, самый главный вопрос Ахо и повернулся к принцу, чтобы видеть его глаза. – Под эльфами? Я скорее свой хвост откушу, чем позволю этим белобрысым засранцам командовать собой!

Они помолчали какое-то время. Ночной холод всё больше вгрызался в кожу Матиила, но он, поглядывая на расслабленного Ахо, старался подражать напускной легкости и небрежности. Принц делал это неосознанно и всегда, стоило ему пересечься с этим оборотнем. Но сколько он не пытался прийти к тем же привычкам, что и друг, всё же не справлялся. А потому, как дурак, стоял и мерз.

- Что с Арексом? Вы поругались? – наконец, спросил Ахо. Он снова смотрел на лес, а потому не мог видеть переступающего с ноги на ногу принца.

- Он хотел, чтобы я прошел обряд.

- Ты так и не рассказал ему? – удивился оборотень. Обернулся, взглянул на принца как на идиота. – Ты ему не доверяешь что ли? Мне же доверился! Матиил! Что за блохи тебя покусали?! Ты весь дрожишь! – вдруг воскликнул Ахо.