Безымянный Бог или История одной учительницы

10.5

С приходом зимы на материк, с острова, находившегося где-то за Болотами и Безликими горами, сошла вода. Черная, она миллиметр за миллиметром, словно нехотя, отпускала землю и дома, пришедшие в негодность. Братья помогали восстанавливать то, что еще можно. Послушницы серыми тенями двигались вдоль грязных тропинок, цепляясь тонкими пальцами за попадающиеся выступы. Их задачей было добраться до домика на холме и проверить состояние трав, выращиваемых там.

Три жрицы, по числу городов на западной части острова, отправились через Мрачный хребет, чтобы привести оттуда детей. В сопровождение им Верховная жрица выдала по одному брату и строго наказала проверять все дома. Не пропустить никого.

Передвигаясь по улице и стараясь наступать на сухие участки земли, приподнимая длинные юбки бордового платья, Ахрир исподлобья смотрела на лица немногочисленных жителей. Впитывала их эмоции, мысленно перебирала, словно смакуя. Грусть, отчаяние, облегчение, усталость.

Все жители являлись так или иначе причастными к культу Айлани. Даже пекарь, живущий на другом конце улицы от храма, когда-то был братом. Впрочем, он и сейчас им был. Но после войны пришлось справляться своими силами.

Ахрих нахмурилась, вспоминая события недавних лет. Когда она, будучи еще младшей жрицей, бежала с сестрами и братьями с материка. Не оглядываясь, задыхаясь от боли в легких, что горели огнем из-за быстрого бега. Потому что загнали эдинбергских коней еще на подходе к Пустошам. Преследователи не давали возможности остановиться, день за днем гоня их все дальше на северо-запад.

Среди юных жриц, бегущих без оглядки, были и послушницы, совсем маленькие девочки, и женщины, волосы которых давно тронула седина. Бежала с ними и Верховная жрица Кайлалэ. Наделенная Даром иллюзии, она долгое время отводила преследователям глаза, стоило им подойти на близкое расстояние.

Несмотря на поддержку братьев и сестер, до холодных вод Ледяного моря добрались не все. Пустоши забрали почти половину беженцев. И северо-запад встретил оставшихся загнанных людей ледяными порывами ветра и промерзшим песком.

Буревестники, что жили на побережье, отказались помочь. Испугались гнева Единого, спрятались в своих гнездах, прижимая испуганных пташек-детей. Аглая, одна из жриц с Даром, призвала Синегривых – потомков русалок и других морских существ. Единственных оборотней, согласившихся помочь.

«Были» - поправила сама же себя Ахрир. Она слышала, что после их побега из эльфийской столицы, из самой Академии, где они на равных с другими изучали магию и свою веру, всех тех, кто помог бежать «неверным», как их обозвали прислужники трона, казнили. На главной площади, чтобы все видели. Казнили и оборотней с клана Синегривых, что жили в городах и селениях. Остальным же запретили выходить на материк. Оставаясь в шкуре морских гадов, они потеряли разум и превратились в обычных рыб.

И детей, и женщин, и стариков. Не пожалели никого.

Идя по мокрой тропинке и вглядываясь в изможденные лица, Ахрир уже не была так уверена, что тот побег того стоил. Женщина не видела ни у кого сил бороться дальше. Сторонников Айлани становилось всё меньше.

В наводнение успели провести шесть обрядов посвящения. Ни один ребенок не прошел. Черные воды поглотили их всех, унесли с собой и не вернули даже останков.

Ахрир недовольно поджала губы, думая о том, что сестры Айлани решили преподать тяжелый урок своим детям. Женщина не роптала на богинь, но начинала беспокоиться.

На обратном пути в башни к Ахрир выбежал один из братьев. Если женщине не изменяла память, его звали Кахлир.

- Что случилось? – в легком удивлении Ахрир приподняла черную бровь, следя за тем, как мужчина пачкает свои голые ноги в грязи.

- Пришло послание, госпожа! С материка, госпожа! – задыхаясь, пробормотал Кахлир, оказавшись совсем рядом.

- Тш-ш-ш! – прошипела женщина, грозно сведя брови и сузив глаза, призывая брата быть тише. – Что такое ты говоришь?! С материка никогда ничего не приходило!

- Клянусь душой, госпожа! – это уже было весомое подтверждение. Недоверчиво взглянув на взбудораженного мужчину, ноздри которого сильно раздувались, а в глазах горел огонь, приняла решение не тянуть и как можно скорее утолить свое удивление. И нарастающее возбуждение.

«Для культа Айлани еще не всё потеряно!» - позволила себе Ахрир рано обрадоваться. Тяжелые тучи, что накрыли небо и не покидали его уже неделю, не могли не принести добрых вестей. И подхватив свои юбки, женщина быстрыми шагами направилась в главную башню, не сильно заботясь о том, что некоторые жители начали с удивлением оглядываться.

Двенадцать пролетов башни Ахрир преодолела очень быстро. Ворвалась в свои покои, даже не запыхавшись. Следом за ней, едва поспевая, вбежал красный и едва живой Кахлир.

- Госпожа! – воскликнула Хайлин.

Перед глазами Верховной жрицы предстала невозможная картина – перевернутые столы и стулья, разбитое зеркало, помятая и разворошенная постель. Посередине всего этого хаоса на полу сидела помощница, Хайлин, с испугом и надеждой глядя на Ахрир. Девчушку за плечи держали два брата, не позволяя двигаться. У третьего в руках женщина обнаружила клетку, а в ней – довольно маленькую птичку. Самую обыкновенную, однако Ахрир не знала ее названия.