Библейские страсти

Главное — отчётность

— ...и ещё вдобавок пять гу сена и три гу зерна, — убитым голосом подытожил Ной, всхлипнул и несколько раз стукнулся лбом о дубовую столешницу, прикрытую кормёжной ведомостью.

В двери тут же просунулся любопытный нос Сима.

— Ты чего, отец? Голова болит?

— Давно. — Ной тяжело вздохнул и отвёл воспалённые глаза от свитка. — С самого начала плавания.

— Хочешь отварчику из сельдерея принесу? — предложил Сим, проскальзывая в капитанскую каюту. — Он даже Иафету помог, тошнота почти прошла. Если б этот проглот ещё и протухшими яйцами не закусывал в таких количествах...

— Да при чём тут это? — поморщился Ной. — У меня голова от забот скоро лопнет. Зверей кормить уже завтра будет нечем. До конца потопа сдохнут с голоду.

— Всего-то? — Сим пренебрежительно выпятил нижнюю губу.

— Тебе "всего-то", — передразнил его отец, — а мне их по списку сдавать. Я за всех расписывался.

Сим взял со стола ведомость и стопку ежедневных отчётов и углубился в чтение. Ной положил руки на стол, примостил на них подбородок и закрыл глаза.

Солнечный лучик, пробивавшийся в щель над иллюминатором, медленно полз вверх по стене. За окном рулевой Хам, небрежно опершись на штурвал, рассказывал русалкам последние содомские анекдоты, те повизгивали от удовольствия, хлопали плавниками и бросали к его ногам жирных рыб. Плеск волн о борт ковчега чередовался с ритмичным посапыванием задремавшего Ноя .

— Всё дело в том, отец, что ты не используешь все возможности ведения отчётности, — наконец заметил Сим, выравнивая бумаги в стопке.

Ной спросонья подхватился и ошалело уставился на сына. Тот вытащил откуда-то корешок сельдерея и протянул отцу.

— Возьми, пожуй, в голове прояснится. Ты кормление проводишь единой ведомостью, — продолжал он, не обращая внимание на скривившегося Ноя. — А надо последовательными отчётами. Вот, смотри. На кормление одного масюрика у тебя в день уходит около горсти травы. Кормим, этого не избежать, и указываем в сегодняшнем отчёте. Вечером отсылаешь и обо всём забываешь; они видят, что всё в порядке, и тоже забывают...

— Уже покормил и отослал, — вставил Ной.

— Уже? Отлично. Теперь, кукану на завтрашний день сколько причитается мяса? Примерно столько, сколько весят два масюрика. Не повезло зверюшкам, кукан важнее...

— Но ведь масюрики идут по графе "пассажиры", а не "корм"!

Сим криво усмехнулся и достал из сундука "Энциклопедию творения", выданную Ною перед отплытием дежурным ангелом.

— Где тут у нас куканы... ага, вот... водится... размножается... смотри, отец, чёрным по белому написано: питается грымсами, масюриками и фругами. То есть у тебя есть официальное подтверждение того, что масюрики — это корм. Корм куканов.

— А как же статья "Масюрики" в этом же справочнике? — воскликнул Ной. — Там же ясно написано, что они тоже водятся и размножаются! Эй, эй, что ты делаешь?

— Статья? — Сим взглянул на отца честными голубыми глазами и несколько раз моргнул. — Какая статья?

— Которая у тебя в кулаке! — завопил перепуганный Ной. — Ты лист выдрал!

Сим досадливо скривился и покачал головой.

— Папа, у меня в кулаке не лист, а корм для фругов. А в "Энциклопедии" статьи "Масюрики" нет и никогда не было. Для корма статьи не предусмотрены. Согласен?

Ной схватился за голову, зажмурился и застонал так, что даже русалки притихли за иллюминатором.

Хлопнула дверь каюты. Через некоторое время ещё раз.

— Ну вот, ничего у меня в кулаке и нет, — весело сообщил Сим.

— А кукана ты отдашь леопарду? — поинтересовался Ной, поднимая глаза на сына.

Вместо ответа Сим красноречиво пожал плечами.

— Не горюй, батя, документация будет — не подкопаешься! Правильное ведение бухгалтерии — самое главное в любом предприятии.

Ной взял со стола ведомость, медленно свернул её трубочкой и протянул Симу. Тот с поклоном принял документ и положил его в сундук.

— По-моему, мы с тобой отлично поработали, — отметил Сим, потирая руки, — и можем это как следует отметить. — Он вытащил из-за пазухи небольшую тёмную бутылку и поставил её на стол. — Прекрасно идёт под отбивную из грудки макла...

— Ж-жаль маклов... — печально пробормотал Ной через некоторое время, пытаясь сфокусировать глаза. — Я уже так привык к их гуканью...

Где-то в трюме тоскливо заголосила крюнька, обладавшая способностью предвидеть будущее на день вперёд. Жруст в клетке напротив посмотрел на неё и облизнулся.

"Сволочи! - мысленно взвыл Марк. Такой зоопарк под нож пустили! Хоть бы описание привели, мы бы их восстановили..."

В раздражении он дёрнул на себя папирус так сильно, что от него оторвался кусочек. Испуганный юноша втянул голову в плечи, но вокруг было по-прежнему тихо. Затаив дыхание, Марк аккуратно плюнул на обрывок, приставил его к свитку и шёпотом прочел заклинание скорой руки. Из пятнышка слюны в разные стороны потянулись тоненькие нити; они приклеивались к папирусу и обрывку, понемногу образуя темнеющую заплатку. Через несколько секунд место обрыва можно было найти лишь хорошо присмотревшись. Студент перевёл дух, бережно положил свиток поверх других и взял следующий, самый толстый из маленькой кучки нечитанных — их было всего штук семь-восемь, но и времени до конца действия заклинания нулевого времени оставалось совсем мало.