Библиотека чудес

Глава 2: Новый сотрудник.

Утро перед бурей.

Кристина пришла в библиотеку на полчаса раньше обычного – якобы чтобы доделать вчерашний отчет, но на самом деле из-за странного беспокойства, которое не давало ей спать всю ночь. В кармане ее куртки по-прежнему лежал тот самый билет, который она в итоге так и не решилась оставить.

Людмила Петровна, заметив ее раннее прибытие, подняла брови:
"Ты сегодня какая-то… собранная. Не заболела?"
"Просто выспалась", – солгала Кристина, пряча лицо за чашкой кофе.

Настя влетела в библиотеку, как торнадо, с горящими глазами:
"Ну что, как тебе наш новый «агент хаоса»?" – она упала в кресло рядом. – "Я вчера три часа слушала, как бабка Морозова рассказывала ему про свою молодость. Он, кажется, единственный человек в городе, кто выдержал ее историю про блокадный Ленинград до конца."

Кристина хотела ответить что-то язвительное, но дверь распахнулась, и в помещение вкатился тот самый «агент хаоса» – Максим, с гигантским термосом в одной руке и каким-то странным устройством, напоминающим миниатюрный спутник, в другой.

"Всем доброе утро!" – оглушительно объявил он. – "Принес эспрессо-машину! Ну, почти. Это мой собственный дизайн — «КофеПульс 3000»."

Первое задание – и первая катастрофа.

Людмила Петровна поручила Максиму простую задачу: расставить новые поступления на полках. Кристина, делая вид, что проверяет каталог, наблюдала за ним из-за стойки.

"Вот, смотри", – Максим оживленно объяснял Насте, – "я вчера прочитал, что в древних библиотеках книги ставили корешками внутрь, чтобы сохранить тексты от выцветания. Может, нам тоже так сделать?"

"Ты хочешь, чтобы наши читатели ползали по полу, пытаясь прочитать названия?" – фыркнула Настя.

Максим задумался на секунду, потом радостно воскликнул:
"Можно сделать таблички с QR-кодами!"

Именно в этот момент стопка книг, которую он держал под мышкой, решила доказать закон гравитации. Десять томов с грохотом обрушились на пол, подняв облако пыли. В читальном зале кто-то вскрикнул, а пожилой профессор Семенов, обычно невозмутимый, выронил пенсне.

Кристина не выдержала:
"Ты вообще понимаешь, что книги – это не кирпичи?"

Максим, вместо того чтобы смутиться, поднял одну книгу и торжественно произнес:
"«Преступление и наказание». Символично, да? Я сейчас действительно чувствую себя преступником."

Даже Людмила Петровна не смогла сдержать улыбки.

Разговор за кофе – неожиданные откровения.

Во время перерыва Кристина застала Максима на заднем дворе библиотеки, где он пытался «починить» сломанную скамейку при помощи скотча и пары учебников по физике.

"Ты вообще всегда такой…" – она искала слово, – "энергичный?"

"Ага", – Максим улыбнулся, отбрасывая в сторону скотч. – "Мама говорит, что я с детства напоминаю ей щенка лабрадора – бегаю, ломаю вещи, но всем почему-то нравлюсь."

Кристина невольно рассмеялась.

"А почему библиотека?" – не выдержала она. – "Ты же, кажется, больше подходишь для… не знаю, стройки или спортивной секции."

Максим неожиданно серьезно посмотрел на нее:
"Потому что книги – это как порталы. Вот смотри: ты открываешь страницу – и ты уже не в сером городке, а в Париже, или в космосе, или даже внутри чьей-то головы." – Он замолчал, потом добавил: – "А еще мне нужна была подработка."

Начало симпатии – несмотря на хаос.

К концу дня Кристина поймала себя на том, что уже не раздражается, а скорее… ждет, что же Максим выкинет в следующий момент.

Когда он, пытаясь дотянуться до верхней полки, чуть не опрокинул стремянку, она первая бросилась его ловить.

"Спасибо", – он ухмыльнулся, балансируя на одной ноге. – "Ты как ангел-хранитель, только в свитере с оленями."

"Заткнись", – буркнула Кристина, но без злости.

Намек на завтра.

Уходя, Максим «случайно» оставил на столе Кристины еще один билет — на литературный вечер в университете. На обороте было написано: «Ты же любишь Бродского? Будут читать «Одиночество». Не приходи – если боишься, что тебе понравится.»

Кристина спрятала билет в книгу, которую как раз читала – «451 градус по Фаренгейту». Ирония не ускользнула от нее.