Библиотекарь его Императорского Величества

28

— Это говоришь не ты, Гелио! Проклятая магия тянет тебя совершить убийство невинного!

Гелио рассмеялся и пустил тонкий бледный луч огня. Ласка смотрела, как он тянется к ней, обходя волны, подкрадывается ближе и ближе.

— Что ты задумал? — закричала Ласка, понимая, что если не отойдет глубже, то он перехватит её и осуществит свою угрозу. Только вот вода уже сомкнула кольцом и её талию. — Прекрати, Гелио! — взмолилась она, когда между ней и лучом оставалось всего пара мгновений.

Обезумевший от новой силы маг, назначенный насильно ей мужем, или давно обезумевший отец, не испытывавший к ней и капли родительских чувств? Что хуже?

— Ты же обещала, что защитишь меня! Кричала, что спасешь от сумасшедшей огненной магии, что на меня обрушится! — засмеялся Гелио, вздыхая с хрипом, будто ему и самому на секунду стало больно. — А теперь вот так убегаешь!

Вода обхватила Ласку кольцом еще выше. Купол над головой, слишком долго удерживаемый Гелио, начал растекаться, на поверхность озера посыпались капли огня, несколько из них упали прямо ей на плечи. Ласка вскрикнула, отшатываясь, нога попала в зазор между двух камней, она не удержалась и упала в воду.

— Ласка! — взревел Гелио, но её уже захлестнуло бурлящей ледяной волной.

Она испуганно раскрыла глаза в зеленеющей тьме и отшатнулась. Вдалеке, в пугающей близости, к ней плыл отец: рассекавший глубину одним махом, он настигнет её за минуту, две. Редкие волосы медузами на его голове тянулись вверх, а сизое, показавшееся при первой встрече костлявым, тело явно принадлежало духу Океана, её отцу по крови, ненавистному с момента рождения. Она его узнала.

Это то самое чудовище с озера.

Ласка задёргала руками и попыталась всплыть наверх. Силы покидали её, утекали в глубину, глаза закатывались. Миг боли отрезвил и привёл в чувство. Чудом не соскользнувшее, насильно надетое ей на палец дедом Гелио кольцо Арита зажглось. От усилившегося жжения Ласка распахнула глаза и разглядела — костлявое лицо папаши было уже прямо перед ней. Длинный, с заостренным ногтем палец, так напоминавший Ласке один из тех зубов, что он дарил своим мертвым жёнам, скользнул по щеке. Чудовище, именовавшее себя отцом, отшатнулось и зашипело, обнажая чернеющие пеньки зубов. Кольцо на пальце загорелось ярче, огненными обручами обволакивая Ласку. Оно впитывало воду, испаряло и отталкивало ту от неё. Всё вокруг шипело и фыркало, было страшно настолько, что она побоялась снова открыть глаза, страшилась опалить даже ресницы и испуганно замерла, пока в какой-то момент кожу на лице не обдуло свежим легким ветром. Ласка подняла голову и увидела — она сидела на дне озера. Вокруг лишь сплошной, дотлевающий круг из выжженной земли.

— Ласка! — закричала два голоса одновременно. Утопая в иле, она с трудом привстала на ногах и побежала им навстречу.

Фолл оказался первым и схватил её. Он прижимал к себе и шептал:

— Ты жива. — Он осыпал её лицо и волосы поцелуями. Ласка робко отстранилась и обратилась к Гелио:

— Ты всё же спас его.

Фолл отшутился:

— Он намеривался спасти тебя, а тут я, болтающийся в озере, сцепленный водорослями. Вот пришлось нашему Королю и проявить королевскую почесть.

Ласка не хотела при Фолле рассказывать, кем мгновение назад стал Гелио, поддавшись силе Огня. Волны снова набегали на берег, а значит, отец не ушел, и битва состоится. Она сняла кольцо во своей руки и подошла к Гелио, протягивая:

— Возьми, это ваше семейное кольцо.

— Кольцо Арита, — удивился Гелио, разглядывая тонкий блестящий кружок на протянутой ладони. — Я должен был его подарить тебе после того, как вернулся бы. Сегодня, — разочарованно добавил Гелио.

— Твой дед сделал это многим раньше, — призналась она ему.

— Значит, оно принадлежит тебе, — отрезал он в ответ, резким жестом отводя её руку в сторону.

Ласка покачала головой и, взяв его за руку, сама надела ему на мизинец реликвию.

— Тебе нужны все силы. Я и так задолжала твоему деду.

Новая волна окатила ноги. Ласка вскрикнула и отбежала на берег. Гелио кивнул Фоллу, чтобы не отходил от неё, и вошел в воды.

Новое зарево расчертило небо, красная масса потянулась от рук Гелио, вокруг заметались черные всполохи, золотое свечение озарило его силуэт. Ласка охнула: этот купол не походил на те, что поднимал дед Гелио, или что совсем недавно держал Гелио. Смешанная магия деда, магия кольца и самого Гелио выплетали невод, который он и спланировал закинуть на чудовище, спалить озеро и болотного черта в придачу.

Ласка схватила Фолла за руку, уводя дальше. Упорная мысль терзала её: «Почему же это не сделал сам дед Гелио? Что в его плане пошло не так? Куда делся его величественный огонь, не сумевший побороть духа Океана?».

— Ты чувствуешь? — прошептала она, подняв руку перед собой. Снег, лежавший на полях за их спинами, под объединенной магией таял, испарялся и снова опадал на землю, но уже каплями. Возмутившееся небо зачернело и полило дождем. Жизнь вокруг спорила с магией Гелио. — Всё же должно быть не так, — шептала Ласка, сильнее сжимая руку Фолла.

— Словно земля идет против него, — подтвердил её догадки он в ответ еле слышно.

— Естественный ход вещей. Вода таит, испаряется, гасит пламя…

А нарушить ход вещей могла только она. Неожиданность. Ласка осознала, что цель её не стать Королевой или уберечь его от всей силы огня. Цель сделать Гелио сильнее. Ценой своей ли смерти? Ценой своей ли жизни? Гелио не сможет без неё, просто потому что Ласка должна была вобрать часть своей силы, сгореть в ней и дать свершиться предначертанному.

Она отпустила руку Фолла и попросила:

— Прошу, не останавливай меня. Дед Гелио был прав: лишь жертва разрушит этот туман, поднимет бушующее пламя, зажжет сердце Гелио на максимум.

Она даже не представляла силу мощи Гелио, это правда. Но дед ошибся лишь в одном: она не гаситель, она — катализатор.

Ласка коснулась воды и словно услышала, как зашептали волны вокруг: «Она пришла… Она здесь…». Кольцо на руке Гелио зашипело и рассеяло лучи, выпуская вокруг них желтый свет новым дрожащим куполом, растекаясь по опавшим вмиг волнами. Она подошла и коснулась Гелио. Фолл, порывавшийся войти в воду вслед за ней, остановился как вкопанный и прошептал: «Неужели, это и правда предначертанный союз…».