Библия Времени. О богах и людях

Глава 43. Страшная тайна Одина и Дж.Бруно

ЧАСТЬ 5. СМЕРТЬ БЕЛОБОГА

Страшная тайна Одина и Дж.Бруно

«Небо (города Планка) предвещает нам
Через ясные знаки и неподвижные звезды,
Что время его ВНЕЗАПНОЙ ПЕРЕМЕНЫ приближается,
Ни во благо, ни во зло»

(Нострадамус, III/46)

«Некоторые из наиболее сведущих в небесных законах

Будут осуждены неграмотными князьями

Наказаны указом, преследуемы, как преступники,

И преданы смерти, где бы они ни были найдены»

(Нострадамус, IV/18)

Боги

Стояла глубокая ночь. Старик Время лежал на раскладушке, на крыше своего дворца и любовался звездным небом Вальхаллы, чертога вечности. Многие бесстрашные воины, не убоявшиеся смерти и павшие за правду, отправились в эти миры.

Где они сейчас, кто знает?

Один знал одно. Они не имели никакого отношения к выдуманной продажными жрецами истории про души погибших в бою викингов, попадающих в Вальхаллу, чтобу пировать с богами. Продажные убийцы, проливающие невинную кровь, никогда не покинут пределов этой земли. Они обречены вечно убивать друг друга на поле брани, погибать, воскресать и вновь убивать другу друга. А ночью глушить свою совесть медом и пивом. Какая страшная и бессмысленная судьба. Но таков их выбор.

Для тех же, кто жертвовал собой за правду, за любовь, за то, за что действительно стоило умирать, звезды давали надежду, надежду на вечность.

У Одина была причина смотреть на звезды. Он помнил слова Вельвы. Он помнил ее слова о неизбежной гибели его сына Бальдра, Белобога, бога дхармы, хранителя небесных законов. Если это случится, то конец богов и этого мира не остановить. Была и другая причина этой ночной бессонницы.

После поездки Тора во внешний мир, все иллюзии Одина насчет победы Разума полностью развеялись. Может быть в Греции, может быть в Индии, но точно не в этом мире.

Теперь нужно было думать о Бальдре, его сыне. Бог Времени вложил колоссальное время, чтобы обрести космический алфавит рун и научиться писать слова. Его жена, при помощи норн перекрещивавшая и связывавшая нити судеб богов и людей, космический вычислитель, связала крепкими клятвами всех богов, - все что было на этой земле. Никто не мог нарушить клятвы и навредить Бальдру - богу небесных законов. А пока он был жив, ничто не могло угрожать ни земле, ни жизни на ней. Все было связано в единую саморегулирующую систему, названную смертными Геей.

Один пару раз спрашивал, точно ли Фригга взяла клятву со всего, что встречала на земле. Та лишь отшучивалась.

Но как он мог не волноваться, если он точно знал, что что-то упущено.

На самом деле все было гораздо хуже. Один знал, что смерть его сына неизбежна. Он знал, что весь мир построен на принципе неполноты и нет ничего, что было бы полностью неуязвимо. Что еще хуже, он знал, что так и должно быть. Потому что таков закон справедливости. Таковы законы вселенной.

То чего не знал никто, так это то, что Один перехитрил их всех.

Но что еще они могли ожидать от бога мудрости, управлявшего неисчислимым временем?

Но даже это знание не делало Одина ни на йоту счастливей. Он все также смотрел на звезды, кружившие в ночном небе под какую-то таинственную, только Одину слышимую космическую музыку.

Было это совпадением или нет, но вскоре на крыше дворца Одина с большим подсвеченным бассейном появился и Бальдр. Он без слов прилег на соседнюю раскладушку и также уставился в небо. Несколько минут сын и отец молчали.

Один продолжал смотреть в ночное небо.

- Тебя мучают кошмары?

Бальдр был совершенно спокоен.

- Да, они не оставляют меня. Мне кажется, вскоре мне придет конец. Грядет тьма.

- Но разве твоя мать не взяла клятвы со всего, что есть на Земле, что они не повредят тебе?

- Мне кажется, она что-то упустила. Ахиллес, Дурьодхана, Кришна, Зигфрид все они были неуязвимы. И все они погибли. Теорема неполноты – один из законов этого мира. Впрочем, меня интересует совсем другое.

- Что же….

Здесь Бальдр задумался, взял паузу, как будто бы хотел спросить о чем-то очень важном.

- Отец, я попробовал прочитать книжку, которую ты раньше постоянно держал при себе. Книга Еноха. Помнишь? Там какой-то провидец рассказывает о нашей судьбе, о судьбе богов. О нашей неизбежной гибели.

- Да, конечно, я уже про нее и забыл.

- Знаешь, что меня поразило?

- Что же?

- Меня поразило детальное описание черных дыр, суперзвезд которые слишком ярко светили и взорвались слишком рано. Они были навечно брошены в бездонный колодец, где обречены находиться до конца времен этого мира.

- Согласен. Этот старик откуда-то знал довольно скрытые вещи.

- Нет, нет, отец, ты меня не понял. Меня волнует совсем не это. Ну погибли эти звезды и погибли. На небе их миллиарды миллиардов. Что за трагедия? А главное, что за божественное осуждение?

- Енох их обвиняет?

- Енох никого не обвиняет. Их обвиняет его Бог. Но в чем их вина? Что здесь такого? Что такого в том, что звезды так быстро сгорели и потухли?

Один криво улыбнулся. Бальдр был отнюдь не глуп. Кое-что он уже понимал. Он почти понимал то, что было большой тайной. Страшной тайной Одина.

- Видишь ли, слишком яркие звезды так ярко светят, что сгорают слишком быстро.

- И что, отец? Что в этом такого? Ну пускай себе светят.

- Бальдр, расслабься. Ты мыслишь в правильном направлении. Все так и есть. Эволюция требует миллиарды лет. Эти звезды лишили свои планеты такой возможности.

- И….

- Бальдр, остановись. Не говори ничего. Как только они поймут, что вся ответственность лежит на них, они все поймут. Но будет уже поздно. Они думают, что держат меня за бороду. Они думают, у меня нет другого выбора. Они думают, что я сделаю все, чтобы не допустить этого. Что я закрою глаза на их мерзости. Они считают себя уникальными! Что они одни во вселенной. Они считают, что у меня нет выбора, и можно шантажировать меня этим. Глупцы.