Биография моей магии - Листатель

Глава седьмая. Плен

Очнулся я уже привязанным к столбу, а точнее к кресту, т.к. руки мои были разведены и скованы в запястьях и локтях. А также шея, грудь у самых подмышек, пояс, колени и щиколотки были притянуты к столбу, надёжно в общем закрепили. Яркость выровнялась, глаза привыкли. Пекло, сушняк, страшное чувство удушения в шее. Ну что за мудаки, если привязали шею, нужно и голову было, а у меня и без того гаптофобия в области шеи, из-за астмы.

Передо мной, со связанными за спиной руками, прикованная цепным ошейником к моему крепкому столбу и вся в грязи, сидела Кхабе. А вот Хео рядом не наблюдалось.

Сонный утренний лагерь был орочьим, что вырисовывалось даже просто из утвари и палаток, великоватых по меркам среднего человека. Лоб будто открытая рана, политая перекисью, больно защипало, а почесать никак. Это не от удара, потому, что от удара болела щека, а лоб ещё вчера зудел как не помутый. Удалось абстрагироваться, но что-то еще не давало покоя, что-то...

Собачьей чуйкой, зацепившись за ниточку запаха эмоций орка не подалёку, я унюхал сладко-мразотную феерию. Крупный, как два культуриста на химии, он стоял, подпирая столб, как тот к которому были прикованы мы. С виду просто надзирал за пленниками, но каждый раз, когда в сектор обзора попадала Кхабе он слегка прищуривался как от солнца, замедляя дежурное движение шеи. Может я и не приметил бы вовсе это не значительное отклонение в поведении, если бы что-то внутри не подхватывало его чувства, наслаждаясь ими. Как вампир, вздыхающий в такт биению сердца и испускающий слюни от непонятным образом пойманного звука журчания крови внутри жертвы, я слышал, чувствовал, как упоительно он предвкушал скорое удовольствие от общения с нами. Гонимые превосходством его положения и разницей в силе, его чувства выплёскивались за край, выдавливая сознание из реальности в шитый фантазиями аттракцион потех. Он даже не рассматривал нас как рабов - игрушки, призванные удовлетворить все, в основном самые низкие, порывы его истерзанной томлением душонки.

Я почему-то видел его ауру, которая говорила о том, что он не самый успешный представитель своего вида, возможно запятнавший себя и запятнанный грязнейшими эмоциями окружающих. Но всё изменилось теперь, он, видимо лично или во главе отряда, поймал нас и поднял репутацию, заполучив ценную для него похвалу местного авторитета. Это всё читалось лишь в его ауре, это всё висело ошметками в его энергетическом пространстве. Но как это стало доступным мне и чувства, что он испытывал сейчас, откуда мне это все известно? Видимо мои способности прогрессируют как никогда. Признаться, в этом мире я ощущаю себя иначе, я это сразу почувствовал, свобода, как от сброшенных цепей. Так легко, что кажется захоти я, и брошусь в небо за легкой синицей, неудержимо паря, расталкивая в небе облака. И даже нынешние путы меня не тяготят, так дышится свободно.

В другом конце площадки, что расположена пред нами и предназначена наверняка для публики, послышалась рычащая ругань. Из большой, по сравнении с прочими, палатки вышел здоровенный орк, а вслед за ним и Хео. В первую очередь меня удивили размеры орка конечно, охранные орки рядом с палаткой казались щуплыми мальчиками в сравнении с этим гигантом, наверное он главарь. А во вторую бодренький и чистый Хео.

- мели кроспадр брендоф полт...

Кхабе тоже заметила нашего спутника, и когда она это произносила между ней и Хео была заметна нить. Не материальная, но четко различимая эмоциональная нить, хотя, наверное, правильнее будет сказать магическая. Я уже не мысленно, а фактически потянулся к нити щупом, и да это была магия. Вообще теперь щупы ощущались не хуже онемевших рук, я чувствовал их положение и движение и количество, два больших и два маленьких ниже. Они как крылья развивались за спиной беря начало из-под лопаток, прекраснейшее ощущение. Так и буду их теперь называть - крылья.

Я смог понять из чего состоит эта нить, и попробовал извратить, скопировать навеянные чувства собственными, и у меня получилось. Я стал понимать прежде не связную ругань невольницы. Она сулила Хео страшную расправу, и личных надругательств, и с участием ее влиятельного отца. Она обзывала его предателем веры и лжеклятвенником, за что ему грозил отдельный обряд кары. За что-то она его резко возненавидела. Я переключился на другую нить, соединяющую голову Хео и великана, с которым он беседовал, и повторил процедуру.

- ты не можешь повлиять на мое решение щуплый чужак, с кем бы ты не уговаривался о союзе.
- он ваш вождь! мы договаривались с Гурок о свободном проходе через эти земли.
- вот с ним и будешь говорить, а сейчас лучше молчи, пока не занял место среди прочей добычи.
- как вы не понимаете, эта экспедиция очень важна. Почти четыре года мы гонялись за фантомной аномалией, и теперь когда наконец есть результаты ты препятствуешь возможно важнейшему событию в истории.
- для меня нет ничего важнее решения главного генерала, у нас не развлекательный лагерь. Будем ждать, когда придёт его решение. Я послал к нему шустрого скакуна, сразу.
- к тому времени тут будет не повернуться от войск этой сучки крылатой и ее отца! Они здесь все с землей сровняют!
- нам не бывает страшно. Мы лишь маленький гарнизон, но здесь на границе наши войска расположены плотно.
- подожди, вы что, готовитесь к нападению?
- вам повезло стать пленёнными, глупый Брук хотел похвастаться, а теперь ты начал многое понимать. Шаман сказал трехглазого посланника смерти нужно убить, и свех кто его слушает. Может он прав.
- не в коем случае! Он нужен нам живым, не позволю! Да я тут сам с землей все сровняю, а тебя лично в желе превращу, если вы его упустите.
- замолчи! Уведите его к остальным и свяжите руки. И перчатки снимите, шаману отдайте.

Главный орк скрылся за палатками и с той же стороны вынырнули два других в доспехах и при оружии. Хео попятился и в его руке материализовалась палочка, которой он даже успел взмахнуть, но со спины его приложили рукоятью меча по голове и тот распластался.