Биологическая опасность. Дорога домой

Глава 15: Интернационал

22 августа 2029 года. Йошкар-Ола, Россия. 08:20 местного времени. Военный аэродром транспортной авиации “Данилово”.

Вообще-то я проснулся в пять утра, как и было оговорено, даже чуть раньше пяти. И почти сразу жизнь на аэродроме закипела - военизированная охрана проверяла лётное поле на предмет наличия регенератов и дыр в заборе, техники готовили самолёты к отправлению, сегодня, как я понял, было запланировано три вылета, причём вернуться обратно экипажи обратно должны сегодня же.

Потом откуда-то приехала колонна из десяти грузовиков под охраной сразу четырёх БТР.

- А откуда они? - спросил я честно полковника Калинина.

- С базы Росрезерва. Сейчас только так - производствам конец, сельское хозяйство едва-едва перекрывает потребности самих хозяйств, вот и летаем. А здесь, скажу по секрету всему свету, одна из крупнейших баз во всём регионе.

- А как вы узнаёте, кому что нужно? Или наобум везёте?

- Почему? Ну, кое-где действительно, как Бог пошлёт, а в основном - устанавливаем радиосвязь, узнаём, что и сколько нужно, и отправляем, по мере возможности. Порожняком отсюда не летают. О, смотри. - рассказывал мне Калинин, но вдруг прервался и показал мне куда-то в южном направлении.

А там на посадку всё так же беззвучно заходил самолёт, который я без проблем опознал как Ил-76.

- Он откуда?

- Новосибирск. Если не ошибаюсь, летит пустым, обратно забирает груз медикаментов и нефтепродуктов, пятьдесят пять тонн.

- Что-то многовато. - подумал я. - Не упадёт?

- Им виднее. Ладно, поговорим, узнаем детали.

В этот момент грузовой самолёт перелетел торец полосы и практически в самом её начале коснулся земли, и единственным звуком был лишь шум от резкого трения шин о бетон. Самолёт прокатился через всю полосу, и наконец, остановился ближе к её концу, едва не выкатившись за неё. Но вот что странно - самолёт ни разу не был военным. Ливрею крупнейшей грузовой авиакомпании ни с чем не спутаешь. “Волга-Днепр”. И теперь понятно, почему им грузят столько груза - если не ошибаюсь, они заказывали специальную модификацию этого самолёта[38].

- Внимание. Подать тягач! - раздался приказ в моей рации.

Утром мне дали частоту для рации, на которой разговаривает весь персонал авиабазы. Сделано это с целью, чтобы случайно не попасть под колёса и чтобы каждый знал, кто где находится.

- Второй тягач в работе. - коротко отчитался кто-то.

- Принято.

Сразу к остановившемуся “Илу” помчался аэродромный тягач. Не привычный мне белый приземистый тягач, какие снуют по аэродромам, а капотный грузовик, переделанный для такой работы.

Минут пятнадцать грузовик-тягач тянул самолёт до перрона, где уже происходила разгрузка грузовиков с лекарствами. Я не смотрел, что там, больше смотря на самолёт. Действительно, “самолёт ста профессий[39]”, в небе уже почти шестьдесят лет, но уходить в отставку очень даже не собирается.

Ещё пятнадцать минут - самолёт наконец остановился, и мне разрешили подойти к нему. Когда я подошёл, грузовой люк уже открылся, и когда опустилась рампа, тут же начался процесс погрузки. Мне с моими травмами заниматься физическим трудом было запрещено как минимум ещё месяц, но понаблюдать за процессом можно. Хотя… ничего необычного там не было. Мне было гораздо интереснее выяснить про другое - полковник Калинин сказал, что этот рейс из Новосибирска, а значит, как минимум у военных уже есть связь, и как минимум, спутниковая. Хотя… говорили же, что будут поднимать связь в любой её форме. Но вот пока сотовая работает с перебоями или не дотягивается до куда мне нужно.

- А пилоты не выйдут? - спросил я кого-то из техников.

- Почему это? Подпишут маршрутный лист в вышке, схавают весь чай и печенье и умотают.

- Отлично. Как раз хочу с ними поговорить.

- Лучше в “гостевой”, там как раз все соберутся.

Я прошёл в “гостевую”, и решил слегка похозяйничать. В шкафу лежало несколько кружек с логотипом “Армия России” и… инвентаризационным номером, выведенным красной краской. Тупость прёт через край - ну кому придёт в голову красть кружку? Хотя… нужно же узнать, что списать, что оставить. Но господа, кружки!

Окончив офигевать от такого явно советского пережитка, я достал одну из таких вот кружек и достал пакетик чая. Спасибо, что хотя бы он без инвентарного номера. Нет, я до сих пор офигеваю по этой теме и начинаю троллить уже самого себя.

Через минут пять в комнату ворвался интернационал - казах, русский, армянин, татарин и вишенка на торте, кореец. Национальности я различаю на ура, без каких-либо проблем, всё-таки сначала жизнь в ставшей к концу нулевых многонациональной Германии, где порой в автобусе ни одного немца нет, потом, когда стал пилотом, мир в некотором роде повидал, ну и наловчился.

- Рави, ты в следующий раз проверь спутник, на случай если восстановят. - обратился кореец к татарину.

- Да ладно! Я до сих пор по нему нас вожу. Расхождение всего сорок метров. - заявил татарин.

- На одном месте, ненормальный! Тебе про сахалинский “Боинг”[40] напомнить? - воскликнул армянин и что-то произнёс на своём. Почти уверен, это были ругательства.

- Ладно-ладно. Знаешь же, что я сверяюсь с инерциалкой.

- Зашибись блин! Сначала штурман водит нас по спутнику, теперь кто-то в гостиной заседает. - воскликнул казах.

- Прошу прощения, я не отвлеку.

- Да ладно. Хоть кто-то новый. - воскликнул русский и посмотрел на меня, как будто пытался опознать, кто я такой. - Какая птица?

Правильно распознал. По выражению серых прищуренных глаз - главный в этой компании.

- МС-двадцать один. - коротко ответил я.

- Наш человек. - воскликнул казах.

Армянин что-то произнёс, но естественно, я не понял, кроме того, что по интонации это был мат.

- Рома. - представился тот, кто меня заметил. - КВС на Ил-семьдесят шесть, и главный среди этого балагана. - и протянул руку.

- Павел. - я пожал его руку. - А кто остальные?