Бирюзовая лагуна.

Бирюзовая лагуна.

Тихое, чистое и спокойное море. Ранний утреннний час. Вот-вот промелькнет, как бы выскакивая из воды, «зелёный луч», взойдёт солнце, и для его обитателей начнёися новый день

По чистой, лазурной гдади моря медленно скользит парусник. Это был длинный, широкий тр ёхмачтовый прогулочеый йол. Если мы посмотрим на его прввый борт, то увидим вырезанное на доске название: «Санта-Лючия»(«Святая Людмила»). Ниже, иод названием парусника, было написанное черной краской по серому фону название порта постоянной приписки – Биарриц. Принадлежал он лично капитану Марвелу Кампу, одному из самых отважных и «непробиваемых» «морских волков». Вместе с нам, как это всегла бывает на маленьких суднах, было пять человек команды, среди которых выделялся своим огромным ростом негр ЗафируллА.

Ещё на паруснике, как и везде на флоте, был юнга, сын капитана Кампа, восьмилетний Фред Квмп. Ему компанию в этом плавании составляла семилетняя Бетси.Лестрем, дочь владельца туристической фирмы, которой принадлежал морской клуб с прогулочными судами, в котором, в свою очередь, и состоял капитан Камп вместе со своей «Санта-Лючией», Сэма Лестрема. И хотя девчонкам было не место на корабле, Лестрем уговорил Кампа взять Бетси на эту морскую прогулку, предварительно пригрозив ему отчислением из клуба. Напрасно Камп пытался доказать Лестрему, что девчонкам, да ещё таким «малявкам», не место среди серьёзных «морских волков», Лестрем всё-таки настоял на своём. Пришлось Кампу «в довесок» взять на судно ещё одного «юнгу».

Сидя на самом носу парусника, возле низко посаженного и как бы вделанного в нос бушприта, на бухте сложенного каната, и наблюдая за летавшими вокруг чайками, Фред сказал сидевшей рядом на другой бухте каната Бетси:

- Что-то чайки раскричались. Кричат и кричвт... Быть буре.

- Но, Фредди... – возразила Бетси – Мой барометр... ну, который висит у нас в каюте... показывет «ясно».

- Это потому, что твой барометр испортился уже третьего дня, - внезапно рассердился Фред. – И тебе, Бетси, давно следовало бы об этом знать.

- А чего ты сердишься, Фред? - Бетси удивленно посмотрела на мальчика, - Ты же ведь сам его сломал... вернее, разбил...

- Было дело... – вздохнув, перебил Бетси залившийся краской стыда Фред и, чтобы не продолжать эту неприятную для себя тему, сказал далее:

- Чайки всегда кричат к буре. У них есть... ну, внутренний барометр, так это называется. Вот они и кричат, предурпреждают друг друга об опасности. Но не только друг друга, остальные ведь тоже слышат их. А вместе с ними приноровились предсказывать бурю и люди.

- А ещё, Бетси, - продолжал далее Фред, - я слышал, что скоро наша проулка должна закончиться. Мы ведь с тобой еще оч-ч-ч-чень ма-а-а-а-леньькие.

Последние слова Фред произнёс точь-в-точь голосом своего отца, капитана Кампа, и Бетси, поняв, чьим голосом он только что сказал, весело расхохоталась.