Битва мага-пересмешника

Глава 8. Эпизод 1

Проснувшись, я подскочила на месте. Мысль эта сформировалась ещё во сне, и вот, открыв глаза я это чётко увидела. Никто из эльфов не сделает этого. Никто не выдаст и не продаст мне сведений о том, как стать непобедимой. Им не нужен непобедимый человек-маг. Они проведут испытание и выдадут мне разрешение лишь для того, чтобы получить надо мной хоть какую-то власть. Но никто не захочет к моей редкостной силе добавить ещё и выносливость. И помочь мне с этим теперь мог лишь один эльф. Тот, кто поспособствовал обретению мной способностей.

Нацепив максимум тёплой одежды, я выскочила на улицу. Мороз обрушился на щёки и нос, и я замотала лицо шарфом. До главного корпуса мне пришлось бежать, но дыхание постоянно сковывало холодом, а едва закрыв за собой дверь, я услышала всеобъемлющий голос Лусли. Он отскакивал от стен и проносился по всем коридорам, залам, гудел под сводом потолка и, скорее всего, с колючим ветром проносился по всей территории цитадели.

- Великий Птухайл умирает. Всем ученикам собрать необходимые вещи и явиться в главный корпус, чтобы переждать холодное время. Двери и ворота цитадели будут закрыты после того, как прозвучит обеденная арфа.

Мурашки пробежали по коже от предчувствия этих страшных мёртвых дней, о которых сейчас только и болтали ученики. К счастью, Сина я нашла в столовой почти сразу, и отозвала его в сторонку под осиные взгляды сокурсниц. Эльфийки такие эльфийки. Ничем не лучше нас. Готовы волосы драть конкуренткам, лишь бы заполучить красавчика.

- Слушай, Син. Я знаю, что здесь раньше работала учитель Эйтлин. Куда она делась?

- Учитель Эйтлин? – переспросил Син. – Никуда, она и сейчас работает, но живёт в лесу и преподаёт только индивидуально нескольким ученикам.

- Как?

Я хлопала глазами в недоумении.

- Во время войны с восставшими у неё что-то случилось, она исчезла на какой-то период, а потом вернулась, но с тех пор очень странно себя ведёт.

- Спасибо тебе, Син, - я сжала его ладонь двумя руками в знак благодарности и повернулась к выходу, но он поймал меня за рукав.

- Ты собралась в лес? Нельзя. Надо переждать холод.

- Я не могу ждать, Син, пусти, - сказала я, потому что он смотрел так, будто собирался мне помешать. – Ладно, я поняла. Но ты слышал, ученикам сказали собрать всё необходимое? Мне надо вернуться в дом за всем необходимым.

- Точно? И ты не пойдёшь в лес?

- Обещаю. Дождусь, когда холода отступят.

- Хорошо, - друид сузил глаза. Не верил. Ох, только бы не придумал ничего.

Я рванула в дом, замешала факел поводырь, вскипятила воду, заварила чай в глиняной бутылке с крышкой, надела пальто и взяла одеяло.

На Сина я наткнулась у леса. Так и знала. Он вышел из-за угла забора.

- Так-то ты обещаешь?

Он прикрывал лицо рукой в шерстяной перчатке.

- Не помню, чтобы тебя записывали в мои кураторы, - выяснять отношения на морозе было ой как не в тему.

- Я по рождению записан эльфом и не могу тебя отпустить. Это опасно.

- Мне надо поговорить с Эйтлин. Я пережду холода у неё.

- Тогда с я тобой.

- Нет, я должна поговорить с ней наедине.

- Мирослава. Очень холодно. Скоро мороз умертвит всё вокруг. Умертвит, означает убьёт, и это не метафора.

- Поэтому уйди с дороги.

Я была немного груба. Холод, пробивавшийся под одежду, окольцевавший колени, не располагал к нежности.

Друид снял перчатки, развёл руки в стороны. О, нет. Драться на таком морозе...

- Согрей, - прошептала я, вдыхая обжигающе холодный воздух.

- Что? - не понял Син.

- Согрей, - повторила я громко. Я обращалась не к эльфу, и он понял это, когда воздух вокруг меня начал клубиться.

Вскоре я сняла платок с головы.

- Я могу идти? Прости, Син, но тебя будут искать. А меня - вряд ли.

Друид вздохнул, повыше поднимая меховой воротник.

Я подняла ладонь, Сина окружили завитки тёплого воздуха.

- Потрясающе! Не знал, что ты так умеешь.

- Я и сама не знала. Теперь отпустишь меня?

Друид помотал головой.

- Я с тобой и не возражай.

- Ладно, - времени на препирательства не было.

Факел-поводырь метнулся в лес, белый хвост заскользил между мёрзлых деревьев. Они настолько проморозились, что стоило задеть ветку, как она с треском ломалась.

Мы всё больше забирали вправо, углубляясь в чернеющую чащу. Если бы выпал снег, было бы куда лучше, а так нас обнимала полная темень, и не будь перед нами сияющего шлейфа, мы бы врезались в стену деревянного домика, потому что свет в нём не горел.

Я постучалась.

Тихо.

Постучалась снова.

Дверь коротко всхлипнула и открылась. Вспыхнули свечи на столе и полках.