Black List

Глава 1. Саша

«В такие моменты не спасает даже музыка»

Уважаемые пассажиры, мы находимся на высоте 10378 метров и движемся со скоростью 850 километров в час, просьба не высовывать голову, руки, ноги и другие части тела из иллюминаторов. Убедительно просим вас привести кресло в вертикальное положение, устроиться в нём поудобнее и пристегнуть ремни безопасности, в скором времени наш самолёт будет заходить на посадку в славном городе Москва. Обязательно позвоните близким, как только сойдёте с трапа, думаю, им будет приятно.

Сдержать улыбку не получилось. Если бы я знала, что на обратной дороге нам попадётся настолько обаятельный пилот, то вряд ли бы так сильно переживала. Сколько бы перелётов в моей жизни ни было, и как бы сильно ни хотелось попасть в другие города и страны, склизкие щупальца страха не отпускали меня. Они забирались под кожу, сковывали сердце, сжимали лёгкие, а порой ещё и связывали желудок в узел. В такие моменты даже есть не хотелось, но сегодняшний перелёт стал исключением. И дело было не в милом пилоте, а во времени перелёта. Четыре, пять, даже шесть часов без еды я бы выдержала, но лететь двенадцать часов, так ещё и с пересадкой в Пекине без еды, — выше моих сил. Как говорили в Корее 금강산도 식후경, что значит: «И Алмазными горами любуются только после еды». И сегодня грех было не согласиться, в особенности, когда на обед нам предложили на выбор местную и европейскую кухню. Желая продлить себе впечатление от путешествия, я выбрала первый вариант. Миёкук, чанчанмён и кимбап оказались настолько сытными, что на дольгона у меня не хватило места в желудке. К счастью, её хорошо упаковали, и не обязательно было съедать всё сразу. Конечно, такой обед мама бы не одобрила. Она считала, что это обычный фастфуд. Особенно ей бы не понравился чанчанмён, улучшенная версия "Доширака". Спорить с мамой в этой сфере я не собиралась, она всё-таки глава консалтингового агентства. Ей виднее. Видимо за чанчанмёном стоял не самый лучший пиарщик, раз маму его работа не впечатлила.

Наконец-то мы вылетели из густых, белых облаков и начали заходить на посадку. Вид из иллюминатора чем-то походил на детские рисунки — всё плоское, но пёстрое и яркое.

— Саш, у тебя с чем конфета? — легко коснулась моего плеча Оля, сидевшая справа.

Вытащив из кармана шорт конфету, выданную во время обеда, я взглянула на надписи на корейском языке.

— С виноградом. — Третий язык был в стадии изучения, но базовые слова мне давались легко. Вообще, я считала, что после английского, любой язык, даже из другой языковой семьи, учился легче. По крайней мере, мне точно.

— Давай махнёмся, а то меня от манго уже тошнить начинает. — Оля протянула мне конфету в пёстрой красной обёртке.

— Это не манго, а яблоко. Ты, видимо, не разглядела вторую букву.

— Да?! Всё равно. Давай махнёмся. Мне цвет у твоей конфеты больше нравится.

Оля всегда была взбалмошной и немного не от мира сего, но в бытовом плане, как оказалось, мы схожи. Из всей языковой группы, которая полетела на три недели в Корею, лишь мы вдвоём ни разу не поругались из-за разбросанных по номеру вещей, неубранного мусора или мокрых полотенец. Не высказывая противоречий, я просто вложила в ладони Оли конфету, забрав ту, что она предложила мне. Соседка тут же развернула пёструю упаковку и закинула конфету в рот, блаженно прикрывая глаза, расплываясь в кресле, как сыр в микроволновке. Я поспешила последовать её примеру.

Откинувшись на кожаную спинку сидения, я вновь взглянула в иллюминатор. Земля стала чуть ближе. Теперь проглядывались крыши домов. Скорее всего, это высотки, хоть выглядели они, как маленькие домики в «Монополии». Казалось, любой из них можно взять двумя пальцами и переставить в другое место. Салон легко тряхануло, и пальцы инстинктивно сжались на подлокотниках. Проклятые воздушные ямы. Медленно и глубоко вдохнув, я постаралась прийти в себя, но сердце все никак не успокаивалось. Липкие щупальца страха медленно подползали к нему. Вытащив из кармана мобильный и подсоединив к нему проводные наушники, выдаваемые на борту, я включила первый попавшийся трек. Подвижная мелодия полилась из хлипких динамиков. Если бы мои беспроводные наушники не накрылись перед самым вылетом из Кореи, жизни была бы проще. Пока приходилось довольствоваться скрипящими духовыми и проседающими битами. Но это лучше, чем ничего.

Музыка была моим спасительным островком ещё за долго до того, как моим интересом завладела корейская культура. В моменты, когда мама ругалась с Сергеем, моим биологическим отцом, я забегала к себе в комнату и включала телевизор, по которому вечером, часто шли музыкальные программы. Мне было все равно что слушать, главное, чтобы звук песен перекрывал крики взрослых. Когда родители развелись, музыка стала моим спасением в моменты одиночества. Так, прыгая с исполнителя на исполнителя, ползая по Интернет-сети, как паучок с двумя сломанными лапками, я случайно наткнулась на пару взрывных песен. Смысл их я не понимала, но звучали они круто. Под них не только хотелось танцевать, но и творить: рисовать, петь, в общем, не сидеть без дела. Лишь через два года я узнала о существовании айдолов и к-попа в целом. И пока ещё ни разу не пожалела. То, что начиналось, как легкое увлечение, стало центром моей жизни. Песни дали старт для изучения языка, а танцы подарили мне друзей, а самое главное — лучшую в мире танцевальную каверденс команду ARGON. Без ложной скромности мы были лучшими, и уже два года подряд одерживали победу на CoverLand. И в этом году не намеривались сдаваться. ЕГЭ, конечно, важный этап для каждого школьника, но мама мне уже давно дала понять, что лучше следовать своей мечте, чем чьим-то стандартам.

Самолёт вновь тряхнуло, и мои пальцы сильнее сжались на подлокотнике. Смотреть в иллюминатор не было больше ни сил, ни желания. Прикрыв глаза, откинувшись головой на не самый удобный подголовник, я постаралась сосредоточиться на песне. Перед глазами медленно стали появляться кадры из клипа вперемешку с воспоминаниями о Корее.