Благая кровь

Рискнула

Я очнулась на холодной траве, вытерла полой плаща мокрое лицо, приникла к доскам. Тихо. В сторожке больше не говорили и не шоркали сапогами. Пора уходить. Я полезла обратно через стену.

Переползла гребень, метнулась через луг. Черный короб кареты нигде не торчал меж склонов. Уже уехал?

Среди пятнистых берез вдруг наткнулась на Картора — узкого, без цилиндра. Директор смотрел прямо в мое зареванное лицо. Я не смогла выдержать стального взгляда и опустила глаза на безупречно повязанный кремовый галстук.

— Авинра, — покачал головой мерзавец. — Реви ты под досками чуть громче, и тебя бы пристрелили. Мне пришлось говорить и говорить, лишь бы заглушить твой вой. Никогда в жизни столько не говорил впустую.

Я стояла как вкопанная. Соберись, Ави! Врежь этому гаду. Он считает нас мясом? Так приготовь из него самого отбивную. Будь осторожна: у него всегда револьвер за поясом. Стрелок он меткий. Сначала вильни вбок, а потом пни левой прямо по здоровой руке в черной замшевой перчатке. Ну, вперёд! Атакуй, Ави!

— Ди-ире-е-е-ектор! — вдруг заревела я и вместо того, чтобы напасть, уткнулось лицом в темно-серый жилет под галстуком. — Как вы могли? Как? Как?

Захлебываясь в слезах, схватила его за ворот сюртука. Захотелось так стрясти негодяя, чтобы кости в нем перемешались. Но руки ослабли и не могли даже дернуть. Какая же ты, Ави, слабачка!

Меня по голове погладила костистая ладонь, твердая даже сквозь замшу перчатки. Директор сказал с непривычно нежной интонацией:

— Тактическая хитрость, Ави.

Ну, вот и дура же я.

— Мы не помешали?

Я подняла голову от груди директора и увидела огромную черную тень. Невыплаканные слезы искажали лицо. Но мощный бархатный голос Черного льва нельзя не узнать.

Заслоняясь деревьями от виллы, следом за Марвело вынырнули Гарада и Логван, как и их лидер, в черных комбинезонах, немного мешковатых — видимо, чтобы не привлечь четкими силуэтами ничей взгляд.

Вытирая рукавом глаза, я смущенно попятилась. Хотя на меня никто уже не смотрел. Никого, видимо, не волновало, как одна из учениц оказалась возле базы самовцев. Оказалась и оказалась, мол, поди, очередная поклонница Марвело увязалась за ним. А вот дуля вам! Я помочь хочу.

— Докладывай, — резко приказал директор, будто только что и не звучала мягкость в его голосе.

— Пятнадцать Защитников ожидают внизу за холмом, — ответил Марвело и все же глянул раз на меня. — Удалось убаюкать людишек обещаниями?

— Согласно плану, — сказал директор. — Сегодня Гунлос не ждет нападения.

— А до завтра ему не дожить, — прошипела Гарада, гладя рукоятки ножей за поясом. Директор жестко глянул на Защитницу, и она опустила голову. Со стороны разговор Картора с воспитанниками выглядел как укрощение тигров.

— Во время беседы я попросился в уборную, — продолжал директор. — Открыл первое окно слева на втором этаже. Нужно только толкнуть створку. Туда пойдут группы Марвело и Гарады. Ясно?

Двое тут же отреагировали.

— Ясно.

— Ясно.

Картор замолк и посмотрел на меня. Выдохнул, произнес:

— Группа Логвана займется часовыми у ворот. Их двое. Снять тихо. Затем прощупать весь периметр стен. Кого засечете — снять тихо. Ясно?

— Ясно, господин директор.

Марвело поднял руку:

— Господин директор, а нам подробные инструкции будут?

Картор снова глянул на меня. Казалось, он хотел приказать мне заткнуть уши. Я же ощущала, как кровь отходит от моего лица. Ведь снять — это значило убить? Ничего же не спутала снова?

— Будут, — проскрежетал директор. — Группам Марвело и Гарады — пробраться через окно в особняк. Действовать, как показывал на схеме здания. Войти в первые двухстворчатые двери в левой стене. Это бальный зал. Там наверняка разместили спальные места солдат: около ста-ста двадцати штыков. Действуя бесшумно, быстро, зачистить помещение, убить всех. Убить каждого без исключения, — повторил он жестко. — Указанный метод убийства помните?

— Помним. Вогнать нож в глаз или висок, — кивнула Гарада.

— Помним, — только сказал Марвело.

— Действуете только так, не иначе. Как зачистите бальный зал, идете в следующие двухстворчатые двери — гостевой зал, поместятся пятьдесят-шестьдесят штыков. Зачистить помещение тем же способом. Убить каждого без исключения. Дальше зачистить остальные комнаты. Приказ ясен?

— Ясен, — почти одновременно ответили Марвело и Гарада.

— Приступать.

Трое Защитника растворились во тьме. Картор повернулся к вилле, лунный диск обрамлял чисто выбритое ястребиное лицо, лицо хищника. Лицо «полковника Кинжала». Я вздрогнула. Сегодняшняя ночь — ночь откровений. Летая в облаках, я совсем выключила мозг и не думала, что ради защиты Академии директор и Марвело убивают людей. И Логван тоже, и Гарада.. Хотя вру: несложно представить бросающую убийственные кинжалы Гараду. Сложно, наоборот, — перестать ее бояться.

А теперь я боюсь их всех: Защитников, директора. Знание причиняет боль. Милый наш директор с поврежденной правой рукой, которую он всегда прижимает к туловищу, наш учитель, наш спаситель, наше божество — убийца. Как и его первый ученик — Черный лев Марвело. И что же теперь?

Я поразмыслила. Да ничего теперь. Ради Академии я и сама кого хочешь убью. Хоть тех же самовцев, хоть других бунтовщиков, что развелось в стране. Хоть самого короля.

Будем мы с Тем, кому я принадлежу, убийцами, а что делать? Наши любимые должны жить. Любой ценой.

Я встала подле директора. Он скосил на меня взгляд.

— Значит, у Чайного домика ты подслушивала с самого начала?

Я понуро кивнула.

— Да, господин директор.

Он только головой покачал.

— Быть Защитником — кровавая работа, Авинра. Ты сама слышала мои приказы. У Марвело и остальных тяжелая судьба, они не могут жить по-другому. Но ты можешь.

— У вас сейчас нет других вариантов, — я развела руками, указывая на пустую рощу. — Или вам неинтересно, что происходит на вилле?