Благодарность из Тьмы

Часть 7

– “Вроде”? – сдвинул брови на переносице лейтенант.

– Я был в ночном патруле с “Западом”, с панной Сабурович и… панной Сабурович, – комичность ситуации играла не мне на пользу. Правда, другой офицер начал проверять что-то с ноутбука. – Задержание проходило с полицейским отрядом…

– Да, по офицеру Сабурович числится дело с задержанием, – согласился со мной лейтенант за компьютером. – Что до Бермана в задержанных… таких нет.

Сдвоенный рассерженный взгляд от пана Сеньи и лейтенанта не заставил ждать. В животе ответно сжалось.

– … а вот среди свидетелей имеется. Показания он свои дал, поэтому уже отпущен. Все контакты соответствуют. Адрес проживания – на Пулкова, есть номер мобильного. Водительские права на имя Амадея Бермана, гражданина Королевства Польского двадцати двух лет, – дополнил офицер, и недовольством из глаз меня перестали расстреливать.

– Благодарю за сотрудничество, – коротко отправил меня восвояси Старший Архивариус. Я откланялся и направился на выход.

От новостей мыслей в голове стало в разы больше. По одним данным приборов понятно, что в доме Бермана буйствовало создание Астрала, и не из слабых. Выше пятидесяти пяти единиц, значит, имеет физическую, а не псевдо-физическую, оболочку. Нижний порог полсотни – не только сам для себя открывает проходы на сторону Яви, но и пропускать может. Либо сам умеет проклинать, либо привёл с собой кого-то. Очень сильный, вон сколько всего порушил. Астральная мелочь больше по бумаге и тонкой ткани специализируется. Разозлился? Не исключено. Но вопрос в другом – почему не был обнаружен датчиками и про поломку рунных барьеров ни слова не сказали? Была проведена диверсия так тихо, что учуяли только звери? Значит ли это, что создание прошло через барьеры, понизив свой “шум” до близких к нулю показателей в обе стороны?

Зазвонил мобильный. Неизвестный номер замедлил сообразительность, так что ответил я только после нескольких секунд дребезжания.

– Архивариус Тарновский? – поинтересовались на другом конце провода. – Это архивариус Сабурович. Звоню вам по поводу рабочего вызова. Вы ещё на рабочем месте?

– Собирался уходить, – без особой радости ответил я. Перспектива новой работы утомляла и раздражала. – Мне подойти к вашему подразделению?

– Будет замечательно. Жду, – обрадовалась собеседница, и звонок прервался.

Олеся заметила меня загодя, сторожа вход в зал “Запада”. Я до зала не дошёл, потому как мы повернули в другую сторону.

– Операторы отследили парковых хулиганов, по крайней мере, одного. Его уже привезли с матерью в ОСА, они в допросной. С ними сестра, – женщина нервно улыбалась, прижимая к себе планшетку с бумагами, и смотрела то вперёд, то на меня.

– А я тут при чём? Это ваша территория, – я притормозил, но Олеся поманила меня за собой.

– Пацан явно трусит, да и ты был на месте с нами. Нужно сильное мужское плечо! – заявила архивариус и хихикнула.

– Нашла у кого просить, – я покачал головой, но безмолвно согласился.

Допросная близ “Запада” была такой же, как и с “Южной” стороны. Серые стены, стол, несколько стульев и скамейка, узкое окно наружу под самым потолком и яркое освещение от пары ламп, подвешенных высоко над головой. Ольга подпирала стену у входа, лениво разглядывая парочку посетителей, занимающих скамейку за столом. Высокая блондинка лет сорока с шикарными воздушными кудрями и бежевом платье из тонкой шерсти сжимала на коленях чёрную лакированую сумочку, сердито отчитывая офицера. Рядом, сильно сгорбившись из-за высокого роста, на самом краю сиденья пытался сидеть светловолосый мальчишка. Я ему сначала дал лет семнадцать, но, когда я входил, он поднял лицо, и я понял, что ему не больше пятнадцати. Парень перепугался и так из-за приезда в ОСА, а при виде пары оранжевых рубашек архивариусов выпрямился на месте струной. Его сопровождающая тоже нас с Сабурович увидела, но хоть замолчала.

– Добрый день, пани. Доброго дня, пан, – входя, я поздоровался с каждым из гостей. Женщина напряглась, зато мальчишка чуточку расправил плечи. – Я архивариус Тарновский. Это архивариус Сабурович. Как вы себя чувствуете?..

– А как надо чувствовать? – оживилась, рявкнув, блондинка. – Сына сняли с уроков, забрав при всех с классным руководителем в… сюда! Меня вызвали с работы!.. Что люди подумают? А скажут?..

– То есть вас не беспокоит возможность того, что ваш сын получит запись в личное дело по факту нарушения закона? – Ольга не поддавалась на провокацию, а просто пролистывала на планшетке какую-то распечатку. – На данный момент за паном Ларсоном числится попытка прорыва Пограничья.

– Но я же ничего такого не сделал! – вздрогнул мальчишка. Его взгляд заметался между мной и Ольгой.

– Тем не менее, “что-то” было. Мне рассказать что бывает в местах, где происходит медленно накопление нестабильной энергии? – офицер передала мне пачку листов с копиями документов, чтобы я смог ознакомиться с содержимым.

Михал Ларсон, полных пятнадцать лет. Ученик девятого класса одной из местных школ. Отметок за привлечения не имеет. Понятно почему за его будущее пекутся, кому нужно пятно на репутации?..

– Мы защищались! Это была самозащита! – услышал я сорвавшийся голосок парня.

Пани Ларсон не без удивления взглянула на сына, подняв с колен твою сумочку. Я только порадовался за подростка, что не стал совсем уж прикрываться маминой юбкой, раз сам переживает за своё будущее.

– “Защищались”, – без какого-либо смешка повторила Олеся. – Поздно ночью, в парке, пытаясь провести самопальный ритуал без какой-либо защиты. От кого можно защищаться? У вас же в школьной программе есть Основы Астральной Безопасности. Прогуливаешь эти уроки?

– Ничего я не прогуливал, – поджал губы мальчишка и опустил голову.

– От кого ты защищался? – повторил я вопрос, и малец вжал голову в плечи, замолчав. Я вздохнул и сел за стол напротив него. – Послушай, Михал, ты здесь потому, что городские датчики засекли изменения в Астрале. Если ты приманил что-то лишнее, то чем быстрее мы поймём что к чему, тем меньше вероятность того, что кто-то пострадает.