Блеф бессмертного охотника

Глава 1. Тусклый Клык и Проколотая Вена

Дождь в Полуночье никогда не был чистым. Он стекал по почерневшим кирпичам трущобного квартала «Тусклый Клык» густой, маслянистой пленкой, унося в сточные канавы не только грязь, но и страх. Страх – постоянный спутник тех, кто еще осмеливался выходить на улицы после заката. В темноте тени оживали и сливались с фигурами в выцветших, но дорогих плащах. Их глаза отсвечивали неестественным рубиновым блеском. Вампиры. Хозяева ночи, хищники, для которых человечество было всего лишь… стадом. Двуногим скотом, приговоренным к вечному доению. И свой «урожай» они собирали не серпами, а клыками, когтями и древней, неумолимой магией Тьмы и Крови.

В одной из таких теней, под обвалившимся навесом старой скотобойни, что давно источала лишь запах тлена и медной окиси, притаились трое. Запах ничуть не смущал их – происходящее вокруг было куда ужасней.

– Три цели внутри, – прошептала Эльс, ее цепкий взгляд выхватывал детали сквозь щель в прогнившей двери. – Два новичка, нервные. И один… постарше. Чувствую его тень, липкую, как смола. Магия Тьмы от него так и прет.

Она не сводила глаз с составного лука, пальцы машинально проверяли наконечник стрелы. Деревянный наконечник, выточенный из рябины – яд для нежити. «Свет» – ее оружие, ее щит. Скромный по меркам великих охотников, но смертельный для вампиров в умелых руках.

Рядом, занимая добрую половину укрытия, Торбин мрачно крякнул. Его огромный молот, «Сокрушитель», мирно покоился на плече, но по напряжению в руках богатыря было видно – он готов был превратить его в адское оружие в считанные секунды. Рукоять молота, темная от пота и крови, тоже была обвита полосами крепчайшего дуба.

– Старый значит хитрый и силен в магии. Эльс, бери его первым, как только ворвемся. Я займу молодняк. Кайро… – Он обернулся, и его добродушное, но сейчас сосредоточенное лицо сморщилось в знакомой гримасе досады. – Кайро, блин, ты ОПЯТЬ это делаешь?!

Кайро, прижавшись спиной к холодной стене, с видом вечного сонного студента, медленно жевал… что-то. Его поношенный плащ землистого цвета сливался с грязью пола. Неопрятные темные волосы падали на лоб. Одной рукой он лениво перебирал потрепанную колоду карт, другой – держал деревянную ложку, которой помешивал воздух перед собой.

– Делаю что? – спросил он рассеянно, не отрываясь от карт. Голос был сонным, с легкой хрипотцой. – Практикую концентрацию. Слышал, это полезно перед боем. Представляю теплый суп… гороховый, с копченостями.

Он чмокнул губами, одновременно ловко перекидывая карту с руки на руку.

– Ты помешиваешь воздух деревянной ложкой, Кайро! – зашипела Эльс, бросая на него быстрый, полный материнского негодования взгляд. – И брось эти карты! Сосредоточься! Или спрячься! Ложка тебя не спасет, когда у тебя к горлу прилетит вампир со скоростью пули!

– О, Эльси, ты так заботишься, – Кайро ухмыльнулся, и в его карих глазах мелькнул знакомый Эльс и Торбину саркастичный огонек. – Знаешь, они говорят, дерево – вампирам как яд. Может, просто помашу ей угрожающе?

Он неловко взмахнул ложкой, и карта выскользнула из его пальцев, а следом за ней – ложка. Они со стуком упали на каменный пол, ложка покатилась прямо к щели в двери.

– Черт! – вырвалось у Торбина.

– КАЙРО! – вскрикнула Эльс, инстинктивно натягивая тетиву.

Изнутри скотобойни мгновенно стихли сдавленные голоса. Затем – тишина. Густая, зловещая. Чувства вампиров были остры как бритва. Стук упавших предметов в мертвой тишине прозвучал как гонг.

Дверь взорвалась внутрь не от удара, а от чистой скорости. Тень старшего вампира метнулась наружу, его глаза – две угольные ямы, пылающие алыми ободками, – сразу нашли виновника шума. Кайро, который с преувеличенным испугом отпрянул назад, спотыкаясь о собственные ноги. Запах человеческой крови, страха и… чего-то еще, магического, необъяснимого и странного, на миг ошеломил вампира, заставив его замереть на долю секунды.

– СЛАБОЕ ЗВЕНО! – прошипел он наконец, когти, длинные и черные как обсидиан, уже метили в горло «беспомощного» охотника.

Но между Кайро и смертью встала гора плоти и ярости. Торбин рванулся вперед с ревом. «Сокрушитель» взвыл, окутанный внезапно вспыхнувшим алым пламенем. Удар молота встретил когтистую лапу с грохотом, от которого задрожали стены. Воздух наполнился вонью паленой плоти и серы. Вампир отшатнулся с шипением, его рука дымилась.

– Жалкий червь! – взревел старейшина, и из его раскрытой пасти хлынул ледяной ветер, сковывающий дыхание и обжигающий холодом. Торбин застонал, замедлившись, броня покрылась инеем.

– Отойди, Кайро! К стене! – крикнула Эльс. Ее голос был резким, командным. Деревянная стрела, на острие которой вспыхнул сконцентрированный шар чистого Света, сорвалась с тетивы. Она просвистела в сантиметре от уха Торбина, пробив ледяной вихрь, и вонзилась в грудь второго вампира, только что выскочившего из двери. Молодой, жадный. Он вскрикнул и рухнул, тело начало быстро чернеть и рассыпаться под действием чистого Света и ядреной рябины.

Третий вампир, самый молодой и испуганный, метнулся не к Торбину и не к Эльс, а к все еще «растерянно» пятившемуся к стене Кайро. Легкая добыча. Его клыки обнажились в предвкушении. Его когтистая рука метнулась к горлу Кайро с такой скоростью, что глаз едва успевал уследить.

– НЕ ТРОНЬ ЕГО! – ярость Эльс была ледяной и молниеносной. Еще одна светящаяся деревянная стрела – и вампир, не долетев и полуметра до Кайро, взвыл от боли, получив шип в плечо. Он споткнулся, ослепленный болью и светом. Его когти прошли в сантиметре от шеи Кайро, порвав лишь воротник плаща.