Близнецы от бывшего. Ты нам не нужен

Глава 10

— Так, давайте только без суеты, — просит Тимур. — А то мы как в известном рождественском фильме. Главное — никого дома не забыть.

А ведь он прав, есть что-то общее. Я, честно говоря, хотела лететь с ними, потому что Роман несколько дней не напоминает о себе. Может, мы тогда в сквере все выяснили?

— Мамочка, мы будем ждать тебя, — отвлекает меня от мыслей Богдан.

Провожаю их до самой последней инстанции, куда мне можно в аэропорту. Присаживаюсь на корточки и прижимаю к себе детей.

— Мама, щекотно, — смеётся Лиза, когда я целую ее то в щеку, то в ухо, то в шею.

— Юлька, отпусти ребят, — говорит Лера. — Нам пора на регистрацию. Как только заселимся, я тебе позвоню.

— По видеосвязи, — напоминаю я.

— Конечно-конечно, — кивает Тимур. — Богдан, Лиза, идём со мной.

Его они слушаются беспрекословно и смотрят с обожанием. Да, не хватает им мужского внимания. И хоть Тимур любит моих детей, но отца он заменить им не может, как и не может быть постоянно рядом.

Пока смотрю вслед моим отдыхающим, попрощавшись, думаю, может, все же рассказать Роману. Но я боюсь… Боюсь, что дети ему не нужны. Боюсь, что он снова исчезнет. Боюсь, что вокруг Романа слишком много всего и детям не место в этом мире.

Когда мои скрываются из виду, вытираю уголок глаза, откуда едва не скатывается слеза, и иду к выходу. Я бы хотела просто поговорить с Романом и решить эту дилемму. Но именно с ним это невозможно. Он не лжет, но может так завуалировать фразы, что сомневаешься в своей адекватности. Его жизнь как будто игра, в которой он просчитывает все ходы наперед. И удача любит его, может, поэтому он и вышел тогда сухим из воды. Ведь появился же здесь снова, причем, как мне кажется, совесть — понятие для Романа незнакомое.

Но при этом нет, он не ветреный, хоть и похож на ветер. За его балагурством есть жесткость, собранность, умение быть хорошим лидером, иначе бы он не смог собирать вокруг себя людей, причем людей необычных, одаренных.

— Юля! — слышу сбоку голос.

Я все ещё стою у входа в здание аэропорта, задумавшись, и тереблю в руке ключи от машины. Сразу мне кажется, что из-за мыслей о Романе у меня слуховые галлюцинации. Ага, и зрительные тоже… Потому что, по инерции обернувшись, вижу, как он останавливается в нескольких шагах от меня, причем без чемодана или сумки, только рюкзак на одном плече.

— Что ты здесь делаешь? — вопрос вырывается едва ли не с отчаянием.

А если он видел, как я прощалась с детьми? Жизнь словно специально сталкивает нас, чтобы мы закрыли все вопросы, чтобы вернулись на четыре года назад и все заново пережили. Может, стоит покориться судьбе?

— Летал по делам в Калининград, — отвечает Роман. — Несколько часов туда, столько же обратно, и там провел часа три, так что ничего с собой толком и не брал, — дёргает плечом, возвращая мое внимание к рюкзаку. — Походный набор, так сказать.

Выдыхаю с облегчением. Хоть и можно было заметить, что Роману совершенно необязательно передо мной отчитываться, но сейчас стоит прикусить язык.

— Понятно, — произношу слово, которое даёт понять, что разговор окончен.

— Не подбросишь до города? — Роман разговаривает так, словно встретил старую знакомую и в его просьбе нет ничего необычного.

А что в ней в принципе такого странного? Кажется, это я уже во всем ищу подвох. Даже на секунду мелькает мысль, что это новая тактика Романа. Ведь если он не на машине, то деньги на такси у него явно есть.

— Хорошо, — соглашаюсь я и иду к машине.

Роман молча идёт за мной. Когда я щелкаю брелоком, открывает заднюю дверь и бросает на сиденье рюкзак. Жду, пока Роман устроится рядом со мной спереди, и выезжаю с парковки.

— Тут что-то валяется под ногами, — нарушает молчание Роман и наклоняется. — Какая прелесть, — слышу смешок и бросаю взгляд на маленький предмет на большой ладони.

И тут… Да где же я так нагрешила и карму себе подпортила? Едва не путаю педали, а перед глазами прыгает парочка черных мушек. Не лучшее состояние для водителя. Во рту пересохло от волнения, но мне надо как-то прокомментировать эту находку.

— Видимо, дочка подруги потеряла, — тихо говорю, пытаясь прочистить горло.

Першит невозможно. И воды с собой нет. На ладони лежит маленькая заколка, украшенная улыбающимся мишкой. Говорить, что моя, бесполезно. Даже дурак поймет, что она детская.

— А ты няней на полставки подрабатываешь? — усмехается Роман.

— Положи в бардачок, — прошу я, проигнорировав его вопрос. — Кстати, где тебя высадить? — перевожу тему.

— Поближе к Зеленограду, — отвечает, откидываясь на сиденье. — А ты что делала в аэропорту?

Казалось бы, обычный разговор, но сердце снова начинает ускорять ритм. Я в каждом вопросе, в каждой фразе чувствую двойное дно, хотя его, возможно, там и нет. Это простой вопрос, только я опять думаю, что Роман меня как будто проверяет.

И снова надо просто ответить… Что в этом сложного? Да все сложно!

— Провожала друзей на отдых, — пожимаю плечами.

— Я бы сейчас тоже повалялся где-нибудь на Бора-Бора, потягивая коктейль, — мечтательно говорит Роман. — И чтобы никаких гаджетов и интернета.

— Как будто ты долго протянешь без сети, — не выдерживаю я.

Это его наркотик. Его одержимость. Его страсть. Понимаю, что начинаю расслабляться. Кажется, у нас на самом деле обычный разговор. Мы не вспоминаем прошлое, Роман не предлагает мне опять на него работать.

— Были моменты, когда я забывал о кодах, о базах данных, о кибербезопасности, — вздыхает он.

Секундное расслабление сменяется очередной волной напряжения. Что мы вообще делаем? Едем и болтаем о всякой ерунде. Я вообще не должна была соглашаться подвозить Романа. Я должна его ненавидеть, моя обида должна была так выплеснуться, чтобы оставить после себя только выжженную пустыню.

Я себя убеждала, что ненависть — это сильное чувство, поэтому ее и нет. Но это было до нашей встречи. Сейчас я понимаю, что на самом деле ненависти нет, потому что я благодарна Роману. И за полученные знания, и за жизненный урок, и за прекрасных детей…