Блогер для магистра

Глава 6. Новые обстоятельства

Карина

Я совершенно не понимала, что теперь делать. По большому счёту, мне было всё равно на чьё-либо порицание. Привыкла, нарастила шкуру. Кому, вообще, какое дело до того, с кем я целуюсь? С Торбандом был эксперимент, а с Николя… о, с Николя был настоящий пожар! Умопомрачение, извержение гормонов, отлёт крыши и прочее, и прочее. Его губы, такие горячие, такие властные и ненасытные, они заставили кровь кипеть, а мозги плавиться.

Невероятно, и никакие усишки не помешали! Я о них вообще не вспомнила, настолько приятно было. Да что там приятно – сногсшибательно! Чёрт, я ни с кем ещё не ловила такой зачётный кайф.

Правда, не сказать, что у меня такой уж обширный опыт, но имеется, да.

- То есть это ещё и артефакт связи? – подал голос Николя.

Вид у него был ещё тот: глаза сверкают, дышит рвано, словно бежал стометровку на время, а сам весь такой сексуальный…

- Да, тут много функций, - кивнула в ответ, автоматически мазнув по экрану в сторону зелёной трубки.

Чёрт, хотела же отклонить!

- Будь добра, дай трубку Николя, у меня к нему серьёзный разговор, - из динамиков словно металл полился.

Казалось, что он, как тот терминатор из жидких кристаллов, сейчас просочится к нам  самым невообразимым способом, потом соберётся в эдакого железного человека и всех проткнёт своим сарказмом.

Пока я раздумывала, а не послать ли его лесом, Николя сам протянул руку и забрал у меня телефон.

- Я слушаю, - он держал его около рта, совсем не так, как надо держать телефон, но ему всё было прекрасно слышно, как и мне.

Уж больно громко и чётко говорил Константин.

- Ты что там с нашей девицей делаешь? – принялся строго выговаривать он ему, словно имел ко мне хоть какое-то отношение.

- А с чего вы вообще решили, что имеете право задавать такие вопросы? – я не выдержала и вмешалась.

- Молчи, женщина, не с тобой сейчас разговариваю, - отбрил меня голос.

- Вы бы уже определились, девица я или женщина, - терпеть не могу, когда меня затыкают!

- Дело не в тебе, а в том, какой пример ты подаешь остальным! – из какого он вообще века?

- Так никто же не видит трансляцию, - я развела руками. – Вы сами ограничили доступ. Кстати, как вы умудрились, у нас тут божественные значки вместо обозначений связи.

- Полностью не смог, только комментарии отключил, - раздражённо отмахнулся Константин. – Поэтому веди себя прилично! Нечего позорить землян в чужом мире.

- А в чём, собственно, позор? – невозмутимо выдал Николя. – Может, у меня самые серьёзные намерения?

И так посмотрел на меня… плотоядно, что я вздрогнула.

- Может или серьёзные? – ехидно уточнил Константин.

Николя смотрит мне в глаза, но кажется, что глядит прямо в душу. Его взгляд вдруг стал серьёзным до невозможности. Он протягивает руку, прикасается к моей щеке, проводит чуть шершавым пальцем по скуле, спускается к губам, очерчивает их, а они… Они, кажется, живут отдельной от мозга жизнью, потому что ловят его, немного посасывают, а потом… Потом в ход идут зубы: они прикусывают палец, отчего Николя вздрагивает всем телом.

Телефон летит куда-то в сторону, меня вновь обхватывают сильные руки, губы обжигают, клеймят. Мы оба горим, вжимаемся друг в друга, словно по отдельности замёрзнем и перестанем существовать. Или разлетимся в невесомости и больше никогда не сможем быть вместе.

Из телефона раздаются какие-то немелодичные звуки, но мы на них не обращаем внимания. Целуемся, как одержимые, словно если перестанем, то задохнёмся. Будто губы другого – источник воздуха, источник жизни на Земле.

Стоп, я ведь не на Земле, а черти знает где, а этого человека знаю от силы пару часов. Тогда почему я не нахожу сил оторваться от него? Почему стоит мне поднять руки и перестать держаться за него, мне становится холодно и больно? Нет, там, где мы продолжаем соприкасаться, всё хорошо, а вот руки ломит, тянет вернуться обратно на плечи, почувствовать их ширину, силу крепких мышц, скрывающихся под щёгольской одеждой.

Безумно хочется узнать, что там, под ним, этим пижонским костюмом. Наощупь всё очень и очень, отчего руки начинают зудеть от желания стянуть с него хотя бы пиджак.

- Вы издеваетесь?! – доносится словно сквозь вату чей-то возмущённый голос.

Кое-как сосредоточиваюсь, осознаю, что это уже не Константин – того не слышно, а несчастный обездвиженный оборотень. Обездвиженный и обиженный, потому что его пару (пусть она и оказалась какой-то не такой) прямо при нём целует вовсе не он. А она, то есть я, такая негодяйка, отвечаю со всем пылом.

Совесть? Нет, не проснулась. Потому что я ничего к нему не чувствую, да и переносить в другой мир себя не просила. Впрочем, в объятьях Николя мне начинает нравиться эта авантюра.

Николя

С этой девой я чувствую себя совершенно по-иному. Ощущение, словно я молодой щегол, только-только дорвавшийся до самого интересного, и у меня сносит крышу. Практически буквально, потому что голова дуреет, словно не Торбанд тут оборотень, а я. А Карина – моя истинная пара. Нет, я далеко не вервольф, и даже эксперименты с шерстью и когтем беты, которые я когда-то сумел заполучить (стратегической хитростью, но смог!), ничего не изменили. Потому что это было бы чревато потерей личности и разума. Но почему тогда сейчас я этот самый разум потерял?