Блондинка для Большого Босса

Глава 6 ❤️❤️❤️

Равиль присел от неожиданности, когда к нему на плечо с размаха опустилась сильная и порядком накачанная рука собственного отца:

– Прости, Сайед, что не прислушался к твоему дружескому предупреждению. Будь по-твоему, Равиль Аль Сахим. Да простит меня Всевышний. Я отпускаю тебя. Отныне ты не мой наследник. Обратись к мужу твоей матери. Возможно, он подарит тебе такой же высокий статус. С сегодняшнего дня в холдинге ты не работаешь. Да, не забудь забрать свою наложницу. В моей компании ей тоже не место. Убирайся, Равиль аль Сахим. Чтобы завтра же подал документы на смену фамилии.

– Отец, что ты несёшь? Мать замужем, у неё другая фамилия. В её роду уже есть наследник. Ты хочешь сделать меня нищим? – Равиль запаниковал, он только сейчас понял, что сам срубил сук, на котором столько лет процветал.

– Ты предал меня, поэтому выметайся из апартаментов, которые принадлежат мне. Я не желаю больше тебя видеть, Аль Сахим. Мой сын для меня умер. Тяжело растить ребёнка после того, как неверная жена сбежала с любовником. Только её дурная кровь оказалась сильнее моей благородной. Бог тебе судья, Равиль, – потом он обратился к доверенным охранникам. – Вышвырните эту падаль за ворота! Пусть слуги упакуют его барахло и отправят в дешёвый мотель вместе с новой игрушкой. Судьба Равиля отныне находится в его собственных руках. Больше я не стану вмешиваться в связанные с ним дела.

Мне было неприятно видеть такие разборки. Тем более что я косвенно стала катализатором разрыва двух своих боссов. Только встревать в семейные дела не собиралась. Кто я такая, чтобы судить этих двоих или что-то им советовать?

Сайед сразу понял, что у меня глубокий шок. Я никак не ожидала, что появление теперь уже бывшего директора по маркетингу холдинга «Электронный бум» окажется для него фатальным. Поэтому арабский бизнесмен заботливо подхватил меня под локоток и отвёл на скамеечку под навес. Потом попросил Зухру принести мне успокоительный чай на травах. Оказывается, та была медиком.

Молодая женщина измерила мой пульс и давление и с презрением посмотрела на Равиля:

– Не дай бог такого сына, как вы, господин. Покиньте дом моего брата. Таким как вы здесь не место.

– Заткнись, женщина. Почему ты не в доме своего мужа, а смеешь указывать мне?

– Не смей мне дерзить, наглый мальчишка! – Зухра продемонстрировала наглецу массивное обручальное кольцо, к которому на цепочке были прикреплены восемь изящных перстней по числу рождённых женщиной детей. Я свой долг перед родом выполнила восемь раз. Мой супруг – наследник рода, к которому принадлежит твоя беспутная мать.

Равилю оказалось нечего ответить разъярённой родственнице хозяина дома. К тому же его довольно бесцеремонно вытолкали взашей. После чего отправили собирать свои вещи, чтобы отправиться в отель, какой он сможет себе позволить.

Зухра сразу поняла, что мне совсем дурно. Чай не помог успокоиться. Ведь я неожиданно для себя оказалась в эпицентре безобразного семейного скандала. Даже не сомневаюсь, что Равиль будет считать виновной в его бедах именно меня. Ведь до этого отец достаточно лояльно относился ко всем их с Вилли выходкам.

Поэтому сестра хозяина дома пришла и сделала мне укол успокоительного. Потом увела в особняк и строго велела:

– Сейчас лекарство подействует. Вам лучше пару часов полежать. Хорошо бы принять снотворное и поспать. Вы испытали не менее сильный стресс, чем я. Только мне в силу моего круга часто приходится сталкиваться с проявлениями мужского шовинизма. Поэтому и переношу такие ситуации без неприятных для себя последствий.

Даже не заметила, как провалилась в беспамятство. Проспала, видимо, несколько дольше, чем Зухра мне обещала. Пришла в себя от негромких мужских голосов.

– Равиль получил то, что заслужил. Мне надо было давно выставить его на вольные хлеба, – проворчал Дамир Шамилевич. – Он такой же невозможный, как и подарившая ему жизнь женщина. Если бы не давняя клятва и не наши родители, то никогда бы не женился на таком избалованном чудовище, как Зулейка Аль Сахим. Я был у неё третьим мужем. Благо детей в предыдущих браках не было. Только моему отцу грело душу, что удалось породниться с таким богатым и влиятельным арабским родом. Счастье, что ни он, ни мама не дожили до того позорного дня, когда эта вертихвостка бросила нас с сыном ради нового увлечения.

– Когда происходят такие печальные события, я благодарю Всевышнего. Именно за то, что не родился старшим сыном и Наследником. В нашем обществе идти против воли родителей не принято. Тебе пришлось пострадать из-за того, что полностью исполнил свой долг перед родом и подарившей тебе жизнь парой.

Тут мужчины заметили, что я проснулась. Сайед позвал Зухру:

– Сестра, что-то Алёна Игоревна какая-то бледная и подавленная. Голову бы лично оторвал Равилю за его фокусы!

Молодая женщина улыбнулась мне и промурлыкала:

– Он ничто без богатств своего отца, его ума и деловой хватки. Посмотрим, как долго он сможет держаться на плаву. На что спорим, что приползёт к вам, Дамир Шамилевич, просить простить и принять блудного сына?

– Я не хочу об этом говорить, Зухра. Я вырастил отвратительного ребёнка. Только что-либо изменить в нём может только Всевышний.

– Не корите себя. Вы дали ему всё, а он плюнул вам в душу. Пусть Небеса накажут его за подлость и мелкую душонку. Алёна, давайте вашу левую руку, надо измерить пульс и давление. Что-то вы, и правда, слишком уж бледны.

Мне было совсем нехорошо. Я не пыталась никуда влезть. Хотя оба «фазанчика» не скрывали, что отчего-то умудрилась вызвать у них обоих жгучий интерес. Видимо, просто своей несговорчивостью и желанием не отступать от принятого решения. Они оба привыкли, что всё случается только так, как им обоим нужно. Я же не собиралась исполнять чужие желания. Уж кем-кем, а джинни из лампы из арабской сказки я явно не была. Брать на себя такую заведомо провальную роль не собиралась.

Почему меня так невзлюбил Равиль, пока оставалось загадкой для моего разума. Возможно, просто видел опасность для продолжения его безбедного существования в условиях вседозволенности и безнаказанности. Он, скорее всего, боялся, что я разрушу его сказочный мир инфантильного и безответственного клубного мачо международного уровня.