Блондинка вне закона, или Ведьма и инквизитор

18. Тайны прошлого

— Кто разбудил меня? Кто привел на эту грешную землю, обрывая мой заслуженный покой? И зачем?

Голос волшебника напоминал скрип двери в давно заброшенной усыпальнице.

— О, я свое дело сделала, — фыркнула я. — Все вопросы к нему.

Указательные пальцы обеих рук (для верности) я направила на Августа. Сохранялся небольшой шанс, что Альберих, вырванный из райских кущ, рассвирепеет и набросится на святошу. Чаще подобное поведение относили к неразумным воскрешенным, называемым зомби. Но чем черт не шутит! Вдруг удастся увидеть, как святошу покусает и кто-то другой, кроме меня?

И пусть после этого не говорят, что я не умею делиться.

— Господин Бофорт… — Август сделал шаг вперед. — Прошу прощения за беспокойство, но это дело первостепенной важности. Для церкви, Ордена Чистоты и для всех жителей Валендора.

Я навострила ушки. Он сказал “Валендора”, а не страны. Почему? Да, мы живем в столице, но все же… Когда хотят подчеркнуть значимость какой-либо информации, обычно используют бОльший масштаб. Или я что-то упускаю?

Ну конечно. Нужная Патриарху вещица находится здесь, в Валендоре. И все же…

— Мне нужно знать, почему при захоронении с вами не было священной реликвии.

Альберих удивленно вскинул брови. Я могла похвалить себя за успешный (наконец-то!) ритуал. Душа прижилась в нем. Он говорил и действовал как обычный человек, даром что провел в земле почти век.

Конечно, свою роль сыграла и ритуальная консервация, сохранившая его тело как раз для подобных призывов. Но и я справилась великолепно.

— Священная реликвия? — хохотнул Альберих. — Я так понимаю, наша маленькая ведьмочка не среди посвященных?

Я стиснула зубы. Совершенно неудивительно, что старый хрыч принял сторону святоши. Давайте, подружитесь еще! Между прочим, болтать вам позволяю именно я!

— Господин Бофорт, ответьте на мой вопрос, — твердо сказал Август. — У нас может быть не так много времени.

Вот тут он попал в точку. Ритуалы подобного рода — вроде воскрешения древних мертвецов с душой, вложенной в их тела — отбирают у некроманта порядочно сил. Нет, даже не так — тянут их из него, медленно истощая.

Пока я еще была полна энергии, взбудоражена даже, но долго это не продлится. А когда моя магия иссякнет, наша связь с Альберихом разорвется.

И уже, скорее всего, навсегда.

— Ты прав, сынок, — вздохнул волшебник. — Что ж, я знал, что этот день однажды настанет. Знал, насколько эта реликвия важна. Но если церковь ее не получила, значит… Значит, моя сестренка мертва.

Август дернулся так, словно его ударили наотмашь. Я изумленно взглянула на него, затем на Альбериха.

— Вы, наверное, не знаете, но с момента вашей смерти прошло уже чуть меньше века.

— Вот как, — прошептал волшебник. — Время там, наверху, и впрямь движется иначе. Но не это тревожит мою душу. Мы с Вивианой не встретились там. Не знаю, почему, но мы не встретились.

Его плечи сгорбились под тяжестью невидимой ноши.

— Ваша сестра была светлой волшебницей? — тихо спросила я.

— Да. Великой волшебницей.

Ланти, про которого я успела забыть, подал голос:

— Ты что, не слышала про Вивиану Бофорт?

Я даже не обернулась, лишь раздраженно повела плечом. Я могла перечислить с десяток великих деятелей темных искусств — ведьм и колдунов, и рассказать их биографии в деталях. Так меня учили. Кроме того… Я равнялась на них. Я мечтала пополнить их ряды.

Зачем же мне изучать историю светлых магов?

— Вы отдали реликвию Вивиане? — осведомился Август. Деловито, сухо. Не знаю, что такое было с ним недавно, но теперь он полностью взял себя в руки. — Почему?

Альберих поднял на него тяжелый взгляд помутневших глаз.

— Тогда шла война с детьми ночи.

— Вампиры, — выдохнул Ланти.

Волшебник открыл было рот, но я вскинула ладонь, привлекая его внимание.

— Пожалуйста, короткую версию.

Август стрельнул в мою сторону недружелюбным взглядом.

— Я начинаю слабеть, — без обиняков сказала я. — Если не хочешь остаться с носом… то есть без драгоценной информации, лучше поторопиться.

Мне совершенно не хотелось провалить задание Патриарха по вине Августа и велеречивого Альбериха, который соскучился по разговорам с живыми. О том, что это задание оказалось куда сложнее, я старалась сейчас не думать.

Подумаю потом, когда зарождающаяся в висках боль утихнет, а древний, воскрешенный из мертвых волшебник перестанет высасывать из меня магию, как вампир — кровь.

— Мы с Вивианой и другими волшебниками сражались с вампирами, хлынувшими в Валендор из своих нор. Но их было слишком много. Казалось, убить их попросту невозможно. Вивиана все это время пыталась отыскать их убежище. Охотилась на них, словно церковная гончая.

Альберих улыбнулся. В его голосе звучала и гордость, и печаль.

— Господин Бофорт… — неожиданно мягко сказал Август.

— Да, прости, сынок. У Вивианы была теория. Она была убеждена, что где-то в катакомбах Валендора находится тайное убежище вампиров. Более того… Нечто, сокрытое там, и дает им такую силу. Она не знала, артефакт ли это, или некая извращенная магия, или сам прародитель вампиров, или богиня знает что еще… Но Вивиана должна была уничтожить источник их сил. И она отправилась туда.

Август прикрыл глаза. Складывалось ощущение, что он до последнего надеялся, будто Альберих скажет что-то вроде: “Вы знаете, я тут вспомнил, та самая невероятно важная для церкви реликвия зарыта в моем саду”.

Но не тут-то было.

Пока он не видел, я отошла назад, к Ланти. Выдавила улыбку (когда-то в прошлом ослепительную, а сейчас мученическую) и буквально повисла на его локте. Если бы я не сделала этого, то просто рухнула бы на кладбищенскую землю.

— Мы разделились. Я остался на поверхности вместе с Орденом Чистоты. Вивиана во главе Длани Рассвета отправилась в катакомбы. — Альберих тяжело вздохнул. — Знаю, церковь хотела, чтобы реликвия находилась у меня. Но Вивиана… Она была моей младшей сестрой! Я не мог позволить ей погибнуть. Я должен был ее защитить!