Блуждая в тенях

глава 4

Эурон провёл много времени, ища способ подчинить себе этих колдунов, чтобы получить безмерную власть, и нашел упоминание то ли меча, то ли кинжала с волнистым лезвием и причудливыми узорами на нем. Владея ими, можно отдавать приказы, и маг будет обязан подчиняться. Это уже хорошо, теперь он знает, что искать. И находит его только перед самой атакой Дейнерис. Он теряет флот, но с этим кинжалом он получит все. И когда Джейме уже наносит решающий удар, пират призывает Темного, вовсе не того, какого рассчитывал, но какая разница. Эта чешуйчатая рептилия даже победить калеку не смогла. Но, возможно, он знает, где находится меч, чтобы управлять этой девкой. Тогда она ответит за все, и за его неудачу, и за то, что посмела отвергнуть его и много раз давала ощутить собственное бессилие и ничтожность.

— Говори, где меч? — прорычал Грейджой, сжимая рукоять кинжала.

— Вон лежит, — Темный указал куда-то в бок, обнажая зубы в оскале. Он не переносит этого человека, и если бы он не был им нужен, давно бы канул в Лету. И он бы помог бы ему в этом с превеликим удовольствием 

— Не этот, а тот, что управляет твоей подружкой.

— А он вон там, — издевательски замечает маг. Этот спектакль они разыгрывают не раз. Его эта ситуация несколько веселит и в то же время тревожит, как бывает, когда его кинжал в руках чужаков.

Сзади в темноте пещеры стояла колдунья с мечом в руке, на нем зловеще играли блики, сверкая на причудливых узорах и витиеватой вязи каких-то слов. Он словно завороженный смотрел на клинок, а потом перевел взгляд на кинжал. Было ясно, что они из одного комплекта, хотя он бы сказал, что последний — продолжение меча, если бы тот был цел. Раны дают о себе знать. И вот перед ним двое магов и только одним он может управлять. А что делать с этой девкой? Хотя, ему надо только добыть меч, и он будет всесилен. Мужчина не понимает, что кинжал кружит ему голову, подчиняясь воли своего истинного хозяина, вытаскивая все темное, что в нем есть, наружу, усиливает пагубные черты все больше отравляя душу, и без того погрязшую во тьме. И когда сзади к нему подходит колдунья, он не боится. Пират уверен в том, что ему ничего не будет.

— Не хочешь ли ты стать Темным? Получить власть, бессмертие? — она стоит сзади и нашёптывает, вводя и без того затуманенный разум в ещё большую ловушку. Возможно, потеря крови мутит взор, а может и излишняя самоуверенность и гордыня. Ему достаточно приказать исцелить себя, но он видит только одну цель перед собой. Совершенно уродливое существо, которому, по его мнению, незаслуженно досталось такое могущество. — Всего-то убей его.

Грейджой приходит в себя только тогда, когда ему заламывают руку и раздаётся хруст. Король Железных островов вскрикивает и осознает себя уже лежащим на земле. Над ним склонился колдун, скалясь в хищной и злой улыбке, после чего Эурон получил чувствительный пинок в бок. Как вообще такое могло произойти?

— Знаешь, в этом мире контроль кинжала весьма ослаб, а точнее, главная его функция в том, что Темный не может навредить хозяину кинжала. Как замечательно, — в руках мага блеснул клинок. 

Темный вернул свое и это пьянит не хуже вина, как и то, что он наконец-то покончит с этим отродьем и закончит это тягостное сотрудничество. А ещё есть и более скрытый мотив. Эмма не раз отправлялась в морские походы, после чего часто вспоминала своего пирата. Ему было неприятно видеть печаль и терзания. Не хотелось, чтобы она  страдала по его давнему врагу, образ которого пусть со временем и померк, но воскрешал боль в памяти близкого ему человека. Да и сам Крюк причинил ему столько бед и страданий. Интересно, как бы сложилась их судьба, если бы он не умер, оказались бы здесь, остались бы Темными или все было бы иначе? Это было эгоистично, но почему он должен отказывать в удовольствии, избавиться от Грейджоя, семью которых просто не переносят. Сколько неприятностей они им устроили в своё время.

— Ты не прошел испытания, в тебе же одна алчность и безумие. Это наша любимая забава — смотреть, как подобные тебе думают, что чего-то достойны. А я, знаешь ли, не люблю, когда на мое покушаются, так что оцени, как я долго терпел эти поползновения. А теперь я тебя развлеку. Ты несколько раз расстраивал наши планы, а это непростительно.

Эурон смотрел на жуткий оскал на искажённом от злости лице и, наверное, впервые за долгое время чувствовал страх. "Они играли со мной с самого начала" — вдруг подумалось ему. Почему же он не замечал, и почему именно сейчас к нему пришло осознание того, в какие неприятности он попал? Мужчина сжал зубы и попытался сесть. С трудом он сделал это, чтобы в следующий момент захлебнуться собственными криками. Затуманенным взглядом он видел свое заколдованное сердце, которое вырвали у него из груди. Они были одни, блондинка исчезла почти сразу, но ее взгляд напомнил ему его собственный. И он не предвещал ему ничего хорошего. Темный вдруг аккуратно отложил сердце в сторону и поднял меч, возникший у него в руках. Это, пожалуй, был жест доверия, который трудно переоценить, доступ к кинжалу и мечу.

— Это особенный меч, у него есть занимательная особенность. Раны, нанесенные этим клинком, не заживают, их невозможно вылечить. Так как ты предпочтешь умереть - сразу или помучаться? — с нескрываемым интересом спросил Голд. Он бы предпочел второй вариант, и не скрывал этого. — Ты подумай пока, — и испарился, скрывшись, правда материализовался недалеко.

Грейджой с трудом, но преодолел расстояние к своему сердцу, которое осталось лежать рядом с ним. Взяв его в руки, он почувствовал себя гораздо лучше. Даже смог встать и побрел куда-то, опираясь на стену пещеры, но сделал только несколько шагов, когда спину пронзила резкая боль, а из груди показался кончик меча. Того самого, что он видел сегодня.

Румпель выдернул клинок из тела мёртвого пирата и взмахнул им, чтобы очистить лезвие. Все это время он представлял, что на его месте был Крюк, несмотря на то, что они вроде как отказались от мести. Но и этот человек вызвал у него только презрение. Жаль, что расправа была слишком быстрой, ему ведь надо спешить. Но, пожалуй, хватит о нем, у него ещё есть дела. Надо вернуть меч Эмме и посмотреть, что эта ненормальная натворила в Гавани. А ведь он предупреждал, и не раз, но, видимо, тщетно. Главное, чтобы столько лет их упорной работы не были напрасными. Забрав несколько волосков у близнецов Ланнистеров, он с сожалением отметил, что никто из них не пошел отца. Вот с Тайвином всегда было приятно работать. Одно загляденье, какие сделки он проворачивал. А близнецы, к великому сожалению, ничего такого не унаследовали, хотя младший карлик вполне себе ничего. С королевой он ни разу не заключал контрактов. Щелкнув пальцами, Голд переместился в город, где творилось что-то невообразимое. Несмотря на то, что он был Темным магом уже очень давно, такие бессмысленные разрушения его вовсе не радовали. Это в планы не входило, но когда все шло по задуманному? А когда все получалось, как им хотелось. Послышались взмахи могучих крыльев, и впереди показался огонь. Румпельштильцхен исчез за миг до того, как пламя начало сжигать все вокруг. И переместился в другое место, чтобы на него едва не рухнуло здание. Пришлось выставить щит, чтобы не попасть под обвал. Он поначалу и не обратил внимание, что не один. Он с раздражением посмотрел на небо. Когда же эта безумная остановится? Зачем такие, на его взгляд бессмысленные жертвы, она вообще, чем управлять собирается. Если не остановится то дальше у нее только один путь, бесконечной войны, потому что армию надо содержать и кормить, а как это делать на пепелище. А ещё эти дотракийци, неуправляемые дикари которые создают большую проблему.  Дейнерис все больше сливает свой разум с драконьим, живёт его инстинктами и порывами. И что прикажете делать, им ведь нужен этот дракон. Сверху опять раздался рев, и на строение неподалеку приземлился ящер. Взяв кинжал в руку, Румпельштильцхен парализовал его, и, вновь телепортируясь, на этот раз уже к Дейнерис, чувствует рядом присутствие Свон. Вместе они привели в чувство Драконью королеву, вливая в нее специальное зелье, которое было приготовлено на такой вот случай. Хотя это временная мера. Девушке самой надо будет искать баланс между собой и драконом. Темный удерживал дракона, а колдунья добралась до Дейнерис. Наконец-то хотя бы они успокоились, но остались ещё северяне, которые со всей яростью и жестокостью мстили Королевской Гавани за все беды и предательства. Кроме того, были дотракийци, которые занялись своими обычными делами — грабежами и убийствами. В городе царил ужас. Вот чего Темные не учли, так это того, что возле них соберутся люди и вскоре родится новый миф о паре магов с Севера. Волшебники должны были оставаться в столице, но так вышло, что они защитили невольно ещё и жителей Красной Гавани. До этого многие видели, как Эмма не давала погибнуть Арье, которая ещё им нужна была.
Реклама:
Скрыть